Чтение онлайн

Подлешик понял, что волчий вождь пришел не один. С ним было много волков. Леденящие мурашки страха побежали по позвоночнику, перехватили горло, кольнули в коленках… Фир представил, что будет, если волки поймают его. А если станут искать, то обязательно найдут и поймают. На то они и волки. Обильный холодный пот выступил на огромном правом ухе подлешика.

— Не надо. Мы сейчас уходим. У меня нет времени.

Зер и Лана продолжают нести охрану. И будьте настороже. Я всегда жду вашего сигнала.

Волчий вождь ушел. Ушли волки его стаи. Фир слышал, как остались те же два волка охраны.

Подлешик еще долго лежал в оцепенении, приходя в себя от пережитого страха. Затем долго думал о том, как наблюдать за волками, чтобы они этого не заметили. Так ничего нового и не придумал. Потом осторожно и бесшумно продвинулся еще ближе к норе.

Черный ворон Каррагар уселся на ветвь Древнего Кедра почти у самой вершины.

— Рад видеть тебя, почтенный Каррагар, — произнес Кедр, едва ворон прилетел, — как давно тебя не было!

— Р-рад видеть тебя, Др-р-рев-ний Кедр-р-р! Ты, как и прежде, велик и зелен, несмотря на почтенный возраст!

— А ты, Каррагар, как и прежде, мудр, несмотря на молодость.

— Скажи мне, Древний Кедр, что тут важного произошло без меня. Не было ли за это лето великих бед? Случались ли большие битвы? Появлялся ли кто новый из дальних краев?

— Ничего такого особенного не случалось. Даже великих пожаров в это лето не было. Тихое лето… Но дела всякие происходят. Мудрый волк Вергил потребовал от леших соблюдения Закона Леса. А это не совсем сходится с их Великими Болотными Правилами.

— Об этом не надо, почтенный Кедр, тем более, что про эти события я знаю.

— Может быть, ты, мудрый Каррагар, расскажешь мне, что повидал там, далеко за горизонтом. Многое ли удалось тебе увидеть, узнать за это твое путешествие?

— Многое.

— Велик ли мир там, за горизонтом, куда не достает мой взгляд?

— Велик, почтенный Кедр.

— Вот стою я здесь уже семьсот лет, мудрый Каррагар. Видел много событий, помню много всякого. Знаю столько о Лесе, о зверях, о тайнах природы, что вряд ли кто еще столько знает. А иногда думаю, что отдал бы свое долговечное, тысячелетнее созерцание земли и Леса за, может быть, короткую жизнь птицы или зверя, который волен бежать или лететь, куда ему хочется. Тяжко быть прикованным к своему месту. Даже если есть и сила, и независимость, и почет, и великая память обо всем.

— Может быть, ты и прав, Древний Кедр, — после некоторого молчания молвил Каррагар, — но не думай, что все счастье в движении. Иной зверь или птица только и мечтает о том, как бы найти спокойное место, где бы ему никто не мешал жить, дышать, думать. Где его не съедят, не обидят, не растопчут. Мало кто так прочно устроен в жизни, как ты, почтенный Кедр. Я понимаю, тебе хочется за горизонт, тебе интересно, что там. Я скажу тебе: там такие же леса, холмы, реки, озера. И за многие дни полета не встретишь такого могучего и древнего Кедра, как ты.

— Слушаю тебя, почтенный Каррагар, и как-то спокойно на душе. Словно не я, а ты прожил семьсот лет, так интересна и рассудительна твоя речь. Как ты научился понимать мир, зверей, природу?

— Я еще не научился этому, Древний Кедр, хотя все, что я знаю, собрано за много сотен лет и передано мне. Тут ты не ошибся, почтенный Кедр. В этом не моя заслуга, но в этом мое предназначение и моя судьба.

— Скажи мне, черный и мудрый Каррагар, вот ты уже знаешь о делах, которые затевают ведьма и Леший Фарг. Что ты думаешь обо всем этом?

— Суета все это!…

— Да… Пожалуй. А я вот смотрел, смотрел, да и подумал: надо заступиться за семью барсуков, они такие степенные, трудолюбивые, аккуратные, скромные. Я не верю в какую-либо их вину. Все это выдумано, чтобы расправиться с ними. И я решил помочь им, предложил перейти ко мне, под корни мои, барсукам ведь недолго нору отрыть…

Ворон помолчал, сидя неподвижно, затем спокойно и задумчиво произнес:

— Это — твое дело!

— И ты знаешь, почтенный Каррагар, — продолжал Кедр, — он — барсук Тин — не принял моего предложения. Сказал, что в старой норе жил его отец, его дед, там родились его дети. Он сказал мне, что будет там жить до конца, до последней своей ночи. И отказался…

Ворон внимательно выслушал все, что сказал Кедр, и, снова помолчав, добавил:

— А это — его дело!

— Конечно…

Древний Кедр заметил, что когда он говорил обо всем этом, ворон стал немногословен, как часто бывало, хотя разговор поддерживал.

— Почтенный Каррагар, мне бы хотелось услышать твое мнение о заветной мечте Лешего Фарга, о том, что он желает перестать быть синим.

— Ума ему это не прибавит. И я очень сомневаюсь, что ему вообще удастся достать Лунную жемчужину! Русалки дорожат ею, и не отдадут ни за что! А днем, когда они спят, единственный, кто мог бы ее достать, это выдра Бара. Но она — злейший враг синего Фарга. В Канаве был казнен ее выдренок.

— Да… Пожалуй, Лешему придется остаться синим навсегда.

— Пожалуй.

Теплый августовский день уже далеко перевалил за середину, а Кедр и Каррагар все беседовали, с интересом обсуждая события, происходящие в Лесу, их смысл, их значение и важность.

— Скажи мне, мудрый Каррагар, — неожиданно спросил Кедр, — а для чего мы все живем?

— Это очень непростой вопрос, почтенный Кедр. Но если уж ты хочешь услышать, как я на него отвечу, то я скажу, что у каждого — свое предназначение. Один живет, чтобы под защитой его могучих ветвей от ураганов и бурь спасались другие деревья, прятались звери и птицы, чтобы его бесчисленные листья обновляли воздух в Лесу. Это твое предназначенье, Древний Кедр. И еще ты живешь для того, чтобы помнить все, что было здесь в прошедшие века, чтобы понять законы жизни и при необходимости помочь кому-то, спасти чью-то жизнь мудрым советом. Я не знаю всего, что тебе суждено, но я знаю, что ты в Лесу необходим и второго такого нет ни в нашем, ни в других, известных мне краях.

— Ну что ж, мудрый Каррагар, мне приятно слышать, что ты считаешь меня нужным Лесу. Но ведь жизнь так многообразна. Каких только существ нет в Лесу! А за горизонтом- и того больше!

— Да, жизнь многообразна и сложна. Кому-то предназначено переносить пыльцу с цветка на цветок, чтобы растения в Лесу множились, наполнялись соками, цвели и благоухали, а кому-то предопределено протаптывать свои тропы, заполнять Лес, чтобы он был живым. Лес должен быть живым, почтенный Кедр, иначе он исчезнет и все исчезнет на земле…

— А в чем же твое предназначенье, Каррагар?

— Я не могу подробно ответить тебе, Древний Кедр, но скажу, что моя судьба — летать, слушать, помнить, думать. Я должен знать и понимать многое. Чтобы жизнь Леса была вечной…

— Интересно и не совсем понятно говоришь ты, Каррагар!

— Такова жизнь: интересна и не совсем понятна, почтенный Кедр…

Перед самым рассветом Бреха появилась у Канавы. Она кликнула Лешего, и он, кряхтя, выбрался наверх.