Чтение онлайн

– Это радует. Может, ещё не успели перегрузить и ваш товар перехватят и сохранят. И ещё, Сергей Иванович, я заметил, что у вас на пограничном переходе есть свои люди?

Сокол усмехнулся:

– Ну как им не быть, если я сам мотаюсь через границу с начала перестройки, да ещё и такие товары отправляю. Уважают.

– Они могут вам помочь с информацией?

– Думаю, да. Если это не пойдёт вразрез с интересами их службы. Что нам надо?

– Мне нужен список автомобилей, проследовавших через погранпереход за час до вашей машины и час после.

– Это получится. Сделаем.

– Вы и сами посмотрите списочек – вдруг там встретятся знакомые фамилии владельцев. Но это было бы слишком просто, скорее всё гораздо глубже.

– Что ж, посмотрим…

Дома Ардов проспал до обеда.

Можно было прихватить и ещё пару часов дремотного состояния, но лежащий рядом с постелью пёс начал поскуливать, обращая внимание хозяина на нарушение заведённого распорядка: «Гулять пора!»

Юрий Александрович принял душ, оделся и, взяв собаку на поводок, вышел на улицу. Летнее солнце было в зените. Припекало изрядно. Но в лесопарковой зоне, где Ардов с Зигером осуществляли свой ежедневный моцион, было гораздо приятней. Кроны высоких деревьев защищали от палящих лучей светила.

Спустив Зигера с поводка, Ардов не спеша двигался по пешеходной дорожке.

Метрах в двадцати внизу крутого склона поблёскивал ручей с плавающими утками, а ещё дальше за ним темнели неприступные стены бастиона «Грольман».

Город когда-то был столицей Восточной Пруссии. А немцы – замечательные фортификаторы. Построенный ими в прошлые времена оборонительный Литовский вал тянулся на несколько километров. Он защищал центр города от внезапных вражеских нападений. Преодолеть его можно было только по нескольким сильно укреплённым мостам, а между ними – отвесные стены с бойницами бастионов, ручей и крутой склон. Практически неуязвимая крепость. А в наши времена – прекрасная зона для прогулок.

Город значительно вырос и расстроился, крепостные сооружения и лес оказались в центре города. Многие жители окружающих домов устраивают среди деревьев пробежки и прогулки, а то и пикники. Городские власти не выделяют денег на благоустройство этого природного парка, поэтому стволы поваленных временем и штормами каштанов служат местным посетителям сиденьями, а многим – и столами. В хорошие дни здесь всегда можно заметить любителей прогулок и любителей спиртного. Вот и сейчас на полянах и в кустах виднелись группки людей, звенели голоса, откуда-то тянуло запахом шашлыка.

Вообще-то эти места значились на карте мэрии как специально отведённая зона для выгула собак. Но табличек, указывающих на это, нигде не было, а потому любители всевозможных видов отдыха смело располагались там, где им больше приглянется.

Юрий Александрович с наслаждением вдыхал запах листвы и аромат цветенья различных кустарников. Разогретый воздух был густым, казалось, что его можно пить. Множество дорожек и троп то пересекались перед ними и ускользали в зелёные заросли кустов, то выводили на внезапно открытую поляну, золотящуюся мать-и-мачехой. Обычно они гуляли час-два, в зависимости от занятости, и маршрут выбирали в обход гуляющих, загорающих, бегающих, орущих, пьющих – словом, отдыхающих.

Зигер бежал в нескольких метрах впереди, держа хозяина в поле зрения, как и положено умной охранной собаке, временами задирая лапу на обнюханный ствол дерева и делая свои «пометки», а иногда ныряя в кусты в поисках своих собачьих интересов. Вот он скрылся за очередным поворотом, и Юрий Александрович услышал призывное повизгивание.

Прибавив шаг и обойдя куст, Ардов увидел стоящего на краю тропы малыша. Зигер боком загораживал ребёнку крутой откос и пытался оттеснить подальше, а тот тянул к плавающим внизу в ручье уткам маленькие ручки и весело повторял:

– Га-га! Га-га!

Ардов быстро подхватил малыша на руки и сказал ему:

– Да нет, это не гуси. Это утки.

– Ути-ути? – спросил малыш.

– Да, утки.

Зигер уселся у его ног и улыбался, свесив язык и наклонив голову. Ардов озабоченно осмотрелся вокруг – невдалеке о чём-то шумела компания.

– Ага! Ясно! Ну, садись! – он аккуратно усадил ребёнка на спину Зигера и, придерживая, направился к шумной компании.

– Эй! Мамаши! – прикрикнул Ардов, приблизившись к ним.

На траве на раскинутых покрывалах сидели несколько молодых женщин и галдели кто о чём. Здесь же на покрывалах стояли одноразовые тарелки с закусками, несколько бутылок спиртного и тетрапакеты с соком. Лежали пластиковые стаканчики. Рядом стояла детская коляска.

Мужчины стояли у импровизированного мангала и колдовали с шампурами. Кто-то курил.

– Кто ребёнка потерял? – Юрий Александрович приподнял малыша со спины Зигера в воздух.

– Ой! Сашка! Сашенька! – подскочила одна из сидящих. – Ты куда убежал? А я и не заметила!

– Вы бы повнимательней! Там откос крутой и сразу ручей – свалиться ведь мог, не дай Бог.

Ардов передал ребёнка подхватившей того женщине.

Тут запричитали наперебой все остальные.

– Спасибо вам! Ой спасибо! Как же это мы не уследили, заболтались? Да он же не первый раз здесь с нами?

Юрий Александрович отмахнулся:

– Да не мне спасибо! Вот ему! – он указал на стоящего рядом и следящего за происходящим Зигера.

– Какая умная собака… – сказала мать малыша.

– Ав-ав! – радостно сказал сидящий на руках у мамы малыш и пальчиком показал на овчарку.

Все заулыбались.

Один из мужчин подошёл к Ардову и предложил:

– Может по сто грамм с нами?

– Нет, спасибо, мне на работу.

Совсем не хотелось оправдываться, но и обидеть никого отказом не было желания. Вроде бы – нормальные люди, а выпивающие и пьяницы – это разные категории.

– Зигер, барьер! – скомандовал Ардов, указывая собаке на ствол лежащего дерева. Тот легко перепрыгнул, и оба скрылись в зелёных зарослях.

Когда на следующее утро Ардов вошёл в уже знакомый кабинет, Сокол протянул ему несколько исписанных листов:

– Вот прислали с пропускного пункта. Я почитал, там действительно есть пара знакомых фамилий, но никакого отношения к нашему делу они не имеют: один – бизнесмен, но его бизнес с моим никак не пересекается, да и уехал он с семьёй на отдых в Испанию. Второй – из областной администрации, тоже к нашим делам не имеет касательства. Так что пустышка…

– Всё гораздо глубже. Как я и говорил. Но отрицательный результат – всё же результат. Это тоже информация!