Чтение онлайн

— Я отнес пистолет на кухню.

— На кухню?

— Да, сэр.

— А с какой целью?

Я ответил не сразу. Мне надо было подумать. Если сказать ему правду, что я собирался стереть с пистолета свои отпечатки пальцев, это будет звучать подозрительно. Весьма подозрительно. Может быть, это опять паранойя, но у меня с самого начала было нехорошее ощущение, что меня воспринимают не в качестве жертвы, а в качестве первого подозреваемого.

— Э… честно сказать, я не знаю, сэр.

— Вы не знаете, почему отнесли на кухню пистолет, который нашли у себя в квартире свисавшим с потолка на веревке?

— Не с потолка, а с дверной перекладины.

— А есть разница?

— То есть?

— Какая разница, мистер Мокберг, откуда именно свисал пистолет, с потолка или с дверной перекладины? Или это как-то повлияло на ваше решение отнести пистолет на кухню?

Я даже не стал поправлять детектива Склейджа, когда он в очередной раз переврал мою фамилию. Проблематично ему запоминать еврейские фамилии. Антисемитский усатый урод.

— Э… нет. Наверное, нет. Я просто рассказываю, как все было.

Склейдж посмотрел мне прямо в глаза. Словно пытался меня разгадать. Его усы дернулись, как ухо коня, которого донимает слепень, а потом растянулись в улыбку.

— Да, — сказал он, легонько похлопав меня по колену. — Продолжайте.

— Ну, я отнес пистолет на кухню, потому что… Я просто не знал, что мне делать. Я никогда в жизни не видел живой пистолет. Ну, не живой… В общем, вы понимаете. А по дороге на кухню…

— Мистер Маркштейн, вам не кажется, что вы должны были сразу же вызвать полицию? Сразу, как только вошли и увидели пистолет, свисавший с дверной перекладины?

— Да, сэр. Вы правы.

— Тогда почему вы не вызвали полицию сразу?

— Я был уку… э… я растерялся. Да, растерялся. И я хотел позвонить в полицию, но мне не дали.

Детектив Стрикленд со своей свитой криминалистов давно ушла в спальню и как-то не торопилась возвращаться. Это уже начинало меня беспокоить. Что они там рассматривают столько времени?!

— Кто вам не дал?

— Прошу прощения?

— Кто вам не дал позвонить в полицию, мистер Маркович?

— А… ну, да. Я шел на к-кухню, и тут из спальни выскочил м-мужик…

— Опишите его. Как он выглядел?

— Он был в м-маске. В маске Гомера Симпсона. И в синем комбинезоне.

— Ага. — Детектив Склейдж сделал запись у себя в блокноте. — Все интереснее и интереснее. Ну, ладно. И что было дальше? Вы стреляли в него… в этого Гомера Симпсона?

— Да, стрелял. Но не нарочно. Он набросился на меня, я испугался и рефлекторно нажал на спусковой крючок.

Детектив Склейдж резко поднялся с дивана и навис надо мной наподобие грозовой тучи. У него был такой вид, как будто ему вдруг явилось божественное откровение. Как будто он был на пороге разгадки великой тайны.

— Хорошо, мистер Маркович. С вашего позволения, я включу диктофон. Вы не волнуйтесь. Это стандартная процедура, которая вообще ничего не значит. Я включу диктофон, и мы продолжим беседу. Хорошо?

— Э… хорошо, — сказал я, слегка сбитый с толку. Он включил диктофон.

— Продолжайте, сэр. Что было дальше?

— Э… я нажал на с-спусковой к-крючок. Не нарочно. Случайно.

— И что… случилось… потом? — спросил он медленно, с расстановкой, словно обращаясь к трехлетнему малышу, или к иностранцу, или к клиническому дебилу.

— Не знаю. Может быть, я в него и попал. В того парня в маске Гомера Симпсона. Но он сбил меня с ног, я ударился головой и отрубился. Так что я ни за что не могу ручаться.

— Понятно, — сказал детектив, взъерошив усы кончиком ручки.

— Но скорее всего я в него не попал. Потому что ваши криминалисты нашли пулю в стене. — Я указал на то место, у которого чуть раньше возилась команда криминалистов.

Детектив Склейдж нахмурился, подошел к стене, внимательно осмотрел дырку. Как мне показалось, чуть ли не с разочарованным видом. Потом он обернулся ко мне:

— Где оружие, мистер Маркович?

— Наверное, его забрал тот мужик в м-маске.

— Понятно, — пробормотал Склейдж себе в усы. — Оставайтесь на месте, — велел он мне и ушел в спальню. Наверное, чтобы посовещаться со своей напарницей.

Я остался сидеть на диване. Кровь стучала в висках, перед глазами все плыло. Я прилег на подушку и уставился в потолок. Мысли неслись, обгоняя друг друга. Стоит ли рассказать детективу Склейджу о похищении Доктора Шварцмана? И о подозрительном черном джипе, который последние несколько дней постоянно дежурит у нашего дома? Наверняка это все как-то связано между собой…

Детектив Склейдж вернулся в гостиную вместе со своей молчаливой напарницей.

— К нам поступило два телефонных звонка. От свидетелей, слышавших выстрел, — сказал Склейдж, обращаясь ко мне. — Первый звонок был… — он заглянул в свой блокнот, — …в четыре ноль две. Абонент сообщил нам, что слышал выстрел. Вроде как в квартире этажом выше, расположенной прямо над его квартирой. По месту вызова немедленно выслали наряд. Патрульный автомобиль № 9039. Второй звонок поступил… в четыре ноль девять. С сообщением, что абонент видел какого-то странного человека, выбегающего из подъезда. Но не смог разглядеть его как следует. Когда наши патрульные прибыли на место, они обнаружили вас. Вы сидели на полу в кухне, предположительно раненый, в полной растерянности и/или потрясении. В спальне — все перерыто. Как будто там что-то искали. А теперь объясните мне, мистер… э… Маркович, что здесь у вас происходит?

— Н-не знаю, сэр. Я уже все рассказал. Я вернулся домой и нашел пистолет. Потом на меня напал человек в маске, и я в него выстрелил. Случайно.

— Очень странная история, вы не находите.? Может быть, я упустил что-то важное? Что он здесь делал, этот ваш Гомер Симпсон? Что он искал?

— Я рассказал все, что знаю, сэр. Я понимаю, что это звучит совершенно безумно, но именно так все и было. Честное слово.

Детектив Склейдж посмотрел на меня очень внимательно.

— Все это более чем подозрительно, мистер Маркштейн. Вставайте. Поедем в участок.

— Моя фамилия Москович. Уолли Москович. Детектив взглянул на часы у себя на руке.

— Двадцать одна минута, сорок три секунды. Что же вы столько ждали и не поправили меня сразу? Какой-то вы невнимательный, мистер… Москович. — Он подмигнул мне, улыбнулся улыбкой довольного сытого аллигатора, подхватил меня под руку, помог встать с дивана, самолично довел до полицейской машины и усадил на заднее сиденье.

Меня привели в мрачную комнату для допросов. В точности такую, какие показывают во всех фильмах. Голый цементный пол, голые бетонные стены. Огромное черное зеркало-окно. Камера слежения под металлической защитной сеткой, прикрепленная под потолком и нацеленная на холодный металлический стол, за которым сидел я. Как я ни старался, у меня все равно не получалось не смотреть на черное зеркальное стекло и не думать о том, кто наблюдает за мной с той стороны.