Чтение онлайн

Так значит, «BRAUEREI MINSK»- это гут? А будет- ещё лучше.

Восемь часов сорок минут. Варшавское шоссе, на въезде в Минск.

Перед въездом в город- КПП. У шлагбаума- пограничники в зелёных фуражках, которые вместо того, чтобы заниматься своим делом- вылавливать врагов, творят…о-оо…творят насилие и кровавосталинскуютиранию…

Вот подъезжает грузовик, доверху наполненный очень ценными и важными вещами- делопроизводством треста «Барановичисельпроммонтажзаготовка»…

Злобные опричники сбрасывают бесценные скоросшиватели прямо на землю, потом дают пинка верещащему конторскому работнику, а машину с шофёром отправляют к обочине, где уже выстраивается целая колонна…

Никому нет уважения и пощады…Вот уже знакомый нам хозяйственник в украинской вышиванке (точная копия «Дорогого Никиты Сергеевича») кувырком летит с машины вслед за наполовину уже опорожненной пивной бочкой и изрядно помятой белобрысой секретаршей…

А вот — уже замахнулись на святое!

Из сверкающего «ЗиС» а вытаскивают пальму, в которую вцепилась дама на высоких каблуках и шёлковой блузке…это ведь не просто дама, а первая дама Белостока…то есть супруга Первого, из Белостока…

Вот оно! Полное забвение ленинских норм партийной жизни (ленинская норма- это когда в голодающем Петрограде товарищ Коллонтай устраивала себе ванны из шампанского). Да, правы «дети арбата»- происходит надругательство кровавобериевского карательного органа над партийными слугами народа…

Кстати, сам народ выражает по этому поводу бурный восторг, от чего-то…

А зачем это глумление, зачем машины отнимают?

А потому что Минск- не Париж…и столько такси, чтобы на них 100-тую дивизию Руссиянова доставить в нужное время в нужное место- в Минске просто нет…

Восемь часов пятьдесят минут. Минск. Деревня Уручье.

Уручча, по белорусски…действительно, протекал здесь когда-то «ручей» Слепня — приток Свислочи…на северо-восток от центра столицы Беларуси.

Небольшой лесок, песок на немощёных улочках, невысокие домики…Тихое место. Было.

Пока в конце двадцатых не стали здесь лагерем дивизии 2-го стрелкового корпуса. И пока не стала деревня — городком, да не простым, а военным…

А что такое военный городок? Это- особый, ни на что не похожий мир…

Где все друг друга и всё друг о друге знают.

Где двери — никогда не запираются на замок (закрытая на замок дверь наводит на мысли о том, что сейчас за этой дверью некая пара не состоящих в законном браке граждан совместно роняют моральный облик красного командира…)

Где в раздевалке бани даже жёны комсостава щеголяют в одинаковом белье — какое Военторг подвёз, такое и носят. А про их мужей и не говорю- синие трусы до колен, или чуть ниже, кипенно-белые, кипячёные в щёлоке майки…как у братьев-близнецов.

Военный городок- это место, где хозяйка, выходя во двор- зовёт обедать не только своих детей — а накормит всех, кто попадётся ей под горячую руку…

Где поделятся последней картошиной и последним рублём до мужниной получки…

Где постоянные сплетни (взаимная перекрестная информация), интриги (много-много-ходовые византийские психологические комбинации), верная дружба до гроба (и тщательно лелеемая мечта этот гроб поскорее увидеть), бескорыстная помощь в трудную минуту (и титанические усилия эту минуту организовать)…

Где все равны (в зависимости от звания и занимаемой должности супруга), где без стука ходят в гости (и это так порой напрягает), где нет зависти и злости, а есть только искренняя, чистая ненависть…

Военный городок!

Любил ли кто тебя, как я? И так явно кто-нибудь тебя ненавидел?

И вот в эту самую минуту в военном городке Уручье происходит то, что можно описать как пожар в бардаке нефтеперегонного завода во время катастрофического наводнения (причём население бардака при этом занимается своими прямыми профессиональными обязанностями). Или говоря проще.

100-тая ордена Ленина Стрелковая Дивизия РККА выступает в поход…

Это только кажется — простое дело…Протрубил трубач — «Та-та, татата, та-та-та-та…татата!» Прогрохотали сапоги и солдатские ботинки, защёлкали замки ружейных комнат — и вот на плацу уже ровный строй, готовый к бою и походу…

Ага. Сейчас. Ежели несчастный читатель когда- либо выезжал с двумя малыми ребятами, женой, тёщей, собакой и двумя кошками на дачу…почему несчастный? Ежели выезжал, то уж точно, несчастный…

Так это всего лишь пара узлов, шесть сумок, две корзины и оцинкованная (цинковая, как моя тёща говорит) ванна на багажнике…А тут одновременно снимаются с места:

штадив, включая штабную батарею начарта и особый отдел вкупе с военной прокуратурой (и про политотдел с дивизионной газетой не забудьте!)

85-тый, 331 и 355 стрелковые полки

34-тый лёгкий и 46 гаубичный артполки

81-ый противотанковый артдивизион

183-ий отдельный зенитный артдивизион

69-тый отдельный разведбат

29 ый отдельный батальон связи

90-тый отдельный сапёрный батальон

23 отдельный медсанбат

тылы (хлебозавод, артмастерская, рота регулирования)

по мелочи- взвод дегазации, комендантский взвод, отделение полевой почты, полевое учреждение госбанка — сберкасса такая…

А у полков- свои тылы и службы…И всё это грузиться либо на транспорт 2-ого отдельного автобата, либо на приписной и реквизированный автотранспорт, либо влачится пузатенькими мохноногими лошадками…

«Смешались в кучу кони, люди…»