Чтение онлайн

— Вы просто феноменальный человек, Танечка! Из вас вышел бы прекрасный разведчик.

— Или грабитель банков. Но в ближайшее время я не собираюсь менять род деятельности. У разведчика слишком много начальства, а грабить банки — весьма однообразное занятие. И то и другое не по мне.

Мы поболтали еще немного в том же духе.

— Ну а как вам вообще живется на новом месте? — по-отечески заботливо поинтересовался Завадский.

И тут я почему-то не выдержала и рассказала-таки ему обо всем, что произошло вчера, — об этих странных свиданиях в беседке, о человеке, подслушивающем под окном.

Он выслушал меня очень внимательно и серьезно. Несколько минут думал. Потом сказал:

— Вы знаете, Танечка, мне все вами рассказанное очень не нравится. Не знаю, имеют ли эти события отношение к нашему делу. Но они могут грозить неприятностями самому Максиму Леонидовичу, чего я ему ни в коей мере не желаю. И то, что он отнесся к происшедшему инциденту с юмором и недоверием, — просто умение себя вести и нежелание показывать истинных опасений перед прислугой.

— Как вы посоветуете мне себя вести в такой ситуации, чтобы не навредить заданию, которое я исполняю для вас?

— Мне сложно принять решение. Взвалить на вас все сразу я не могу… Послушайте, Танечка, может быть, у вас есть в органах кто-то, с кем можно очень доверительно…

Я не дала Завадскому закончить мысль и с ухмылкой заявила:

— Борис Дмитриевич, дорогой, у меня есть идеально подходящий кандидат для доверительных отношений. Звание майора вас устроит?

После встречи с Завадским я пробежалась по магазинам, купила все по списку. Затем наведалась к себе домой. Приняла душ и подкрасила волосы. Разумеется, в особняке Алексеева была ванная и на первом этаже, и отдельная на втором — для прислуги. Но лишний раз заниматься там окраской волос не хотелось — вдруг кто-то что-то заметит, заподозрит. Поэтому я решила воспользоваться случаем.

Пока волосы сохли, я стала рыться в своем старом хламе — надо было что-то подобрать на случай жары. Нашла пару каких-то бесформенных футболок, допотопные широкие летние брюки, еще какие-то более или менее подходящие тряпки — на месте разберусь, сейчас некогда. Потом упаковала ноутбук — пригодится. В своей комнате я не решилась бы его держать, но у меня есть подсобка. Собрав все необходимое, высушив волосы и одевшись, я набрала номер по телефону и услышала до боли знакомый голос с неподражаемым южным акцентом:

— Майор Папазян у телефона, слушаю вас.

— Майор, угадай с трех раз, кто тебе звонит? — Я произнесла это, зажав нос для неузнаваемости, но чрезвычайно кокетливо.

— Ай, сладкая моя, ну неужели ты думаешь, что я тебя не узнаю? — Однако голос Папазяна звучал несколько неуверенно, сейчас он явно лихорадочно перебирает в голове, кому из своих подружек он мог дать этот номер.

— Если узнаешь сразу, то обещаю прийти к тебе на свидание, — все тем же голосом продолжала я.

— Правда? Не обманываешь? А я по тебе так скучаю! Только мне немножко неудобно разговаривать, начальник услышит — какие такие разговоры в рабочее время?

Врун и хитрец. Его начальство вообще на другом этаже. Теперь он, наверное, соображает, стоит ли ему угадывать, может, это какая-нибудь назойливая липучка, от которой он давно пытается отделаться.

— Ну вот, значит, ты не хочешь меня видеть? Сейчас же угадай! — гнусаво-капризным голосом произнесла я.

— Танюша, золотко мое, ну конечно, это ты! Кто же еще так любит морочить голову бедному Гарику? А насчет свидания ты точно не соврала?

Я от души расхохоталась.

— Папазян, миленький, ну ты просто телепат!

— Нет, Танюша, просто я тебя немножко знаю. И очень люблю, если ты еще помнишь.

— Гарик, дорогой, я тоже тебя ужасно люблю. И про свидание не соврала…

— Значит, у тебя опять какое-то срочное дело, — перебил меня он нарочито печальным тоном, — ты всегда говоришь «люблю», когда у тебя ко мне дело.

— Во-первых, я тебя и правда люблю. А во-вторых… ты угадал. Дело. Но такое деликатное, что доверить его я могу только тебе.

— Ладно, спасибо хотя бы твоим делам, а то ты вообще забыла бы Гарика, — продолжал он укоризненно.

— Да кто бы говорил! Кто всегда бросает меня и мчится по срочному вызову в самый романтический момент?

Так действительно пару раз случалось, и причем к величайшему моему облегчению. Тем не менее это давало мне возможность достойно парировать все Гариковы обвинения. Он тут же поменял тон:

— Ай, не терзай мою бедную душу! Я и так не могу этого забыть!

— Ладно, ладно, не буду. Гарик, миленький, мне правда очень нужна твоя помощь. Надо поговорить и посоветоваться. Я сейчас занята одним делом. В общем, я вроде как работаю под прикрытием, поэтому не могу свободно располагать временем. Но если сегодня или завтра мне удастся выбраться и я тебе позвоню, ты сможешь со мной встретиться?

— Танюша, о чем ты говоришь, я брошу все дела… — тут он осекся, — я изо всех сил постараюсь бросить все дела и примчаться к тебе на крыльях любви!

— О’кей, Ромео! Тогда жди звонка!

Я дала отбой. Время уже близилось к вечеру, мне давно пора было вернуться на рабочее место. Придется врать Виталию, что искала свои покупки по всему городу. Я быстренько сделала хвост, нацепила очки, подхватила сумки, вышла из дому и отправилась ловить мотор, чтобы сэкономить время на дороге. Разумеется, я не доехала до ворот алексеевского дома, а сошла квартала за два.

Беспокоилась я напрасно — никто не заметил моей долгой отлучки. Рабочие подготовили первый этаж, и теперь Максим Леонидович с Виталием священнодействовали — развешивали картины, расставляли статуэтки, вазы и прочую красоту. Остальные занимались своими делами на втором этаже, не путаясь под ногами у хозяина. А охраннику вообще было по барабану, во сколько я вернулась. Я быстренько проскользнула в подсобку и переоделась в рабочую форму. Потом хорошенько замаскировала ноутбук среди пакетов с удобрениями. Там уже лежал сверток с оружием и всякими моими прибамбасами. Мне, кстати, не терпелось поставить «жучки» везде, где только смогу. Но пока этого делать было нельзя — только после того, как закончится возня рабочих и развешивание картин. Иначе мои «жучки» запросто могут случайно обнаружить, что будет полным провалом.

Я выкатила из подсобки газонокосилку и отправилась тарахтеть ею под окнами дома, подравнивая газоны перед парадным входом. Это занятие потребовало от меня большой сосредоточенности, поскольку проделывала я сие впервые в жизни. Главное — не «накосорезить» в первый же раз. В общем, я возилась с газонами, пока не стало смеркаться. Часа два пристального внимания и непрерывного тарахтения лишили меня на некоторое время способности о чем-либо размышлять. Поэтому на весь вечер мои мозги были отправлены в увольнение. Хорошо, что стричь газоны надо не чаще одного раза в неделю.