Чтение онлайн

— Туся, вы ведь, кажется, не курили? С вами что-то стряслось? — спросила я мягко.

Она пожала плечами, закурила и потом неожиданно задала мне встречный вопрос:

— Скажите, Таня, а с Максимом Леонидовичем у вас серьезно?

Я решила заинтриговать ее и потому ответила:

— Пока еще сама не знаю. Все так быстро произошло. Мне нужно время, чтобы разобраться в своих чувствах.

Туся печально вздохнула и сказала:

— А я ведь с самого начала заметила, что вы ему нравитесь.

Вот и попала пальцем в небо, проницательная ты моя. Но вслух я, разумеется, этого не произнесла.

— Да, он мне это сказал.

Туся вдруг предложила:

— Таня, а давайте дружить? Ведь здесь так скучно, не с кем даже поболтать по душам. Только этот надоедливый повар липнет со своими дурацкими ухаживаниями.

Ах вот, значит, в чем дело. Побежденная Туся ищет дружбы счастливой соперницы. Откровенно говоря, мне это было совсем ни к чему. Меня устраивало мое прежнее положение — отстраненность, дающая свободу действий. Дружить с кем-то из прислуги означало терять время на пустую болтовню. Время, которое и так уходило сквозь пальцы, не особенно приближало меня к цели. Но я не могла отказать или даже выразить хоть тень сомнения — меня тронула такая перемена в Тусе. Причем она ведь не фальшивила, была совершенно искренней. И я ответила:

— Вот и прекрасно, будем дружить. Тогда давай на «ты»?

Мы поболтали немного о Максиме. Туся расспрашивала, куда он меня возил. Я рассказала, что вчера мы были в ресторане, а сегодня на фуршете. Чтобы как-то утешить Тусю, я сказала ей, что мне все равно ничего не светит — ведь Максим женат. И предложила ей обратить внимание на Виталия. Он-де холостой и с перспективами — работая с братом, он скоро сможет стать состоятельным человеком. Туся немного повеселела. А я потихонечку подвела разговор к нашему первому вечеру в этом доме, когда Туся увидела кого-то под окнами гостиной. Она вспыхнула и начала горячо защищаться:

— Ну хоть ты-то мне веришь? Я и правда видела человека, который подслушивал.

— Конечно, верю, — поспешила я убедить Тусю, — и мне ужасно любопытно. Так кто же это все-таки был — мужчина или женщина?

— Уже темно было. Мне сперва показалось, что мужчина. В брюках, в куртке, волосы короткие. А когда он побежал, я решила, что это женщина. Фигура не мужская, и бежала по-женски как-то, мелкими такими шагами. В общем, не знаю. Максим не говорил, когда собак заведет? А то как-то боязно.

— Да нет, ничего не говорил. У него сейчас дел полно, не до собак. А цвет волос ты запомнила у того человека?

— Вроде бы темные.

Мы поболтали еще немного и разошлись по комнатам. Было начало одиннадцатого. Я собралась укладываться спать — устала за сегодня. Но тут вдруг зазвонил мой сотовый. Это был Папазян.

— Танюша, ты можешь говорить?

— Да, Гарик, я уже дома, одна.

— Тогда слушай. Мои наблюдатели кое-кого засекли сегодня днем около жасмина.

— Да ты что? Вот черт, как назло — меня не было!

— Я их об этом предупредил.

— И что же они сделали? Попытались задержать «кое-кого»?

— Нет, не было повода. Это оказалась молодая женщина, брюнетка с короткой стрижкой. Она подошла к тому самому месту. Но вдруг внезапно огляделась и быстро ушла оттуда. Как будто что-то почувствовала. Или заметила, что на нее смотрят. Осторожная, чертовка. Ребята быстренько сменились — думали, она вернется позже. Подальше затаились, чтобы в глаза не бросаться. Но она не вернулась. Так что все может быть. Готовься встречать гостей.

— Гарик, а во что она была одета, они не сказали?

— Ну, в джинсы и в майку какую-то.

— Понятно. Все сходится. Это она же была под окнами гостиной, помнишь, я тебе рассказывала. Слушай, Гарик. Мне срочно надо тебе еще кое-что рассказать. Но по телефону боюсь — вдруг кто услышит. А встречаться сейчас поздно. И завтра, наверное, будет некогда. Давай-ка я тебе напишу и отправлю послание на e-mail вашего отдела. У меня здесь ноутбук. А ты поезжай в Интернет-кафе. На Чехова есть круглосуточное. Почитаешь там. И просьба к тебе — завтра утром мне один адресок найти. Я все напишу. А утром жду звонка.

— Договорились.

Обожаю Гарика, когда он настроен по-деловому, а не лезет со своей любовью и фривольными намеками. Жаль, что это так редко бывает.

Я спустилась в сад, в свою шпионскую подсобку. Коротко, излагая самую суть, описала все, что произошло за эти дни, и сообщила о моих подозрениях и опасениях за жизнь Доры Алексеевой. Написала также, что на сегодняшнем фуршете Алексеев в подозрительных контактах замечен не был. Общался только с новыми знакомыми. Потом изложила свою просьбу — найти мне адрес частной наркологической клиники, расположенной в ста сорока километрах от Тарасова. Я решила не откладывать дело в долгий ящик и наведаться туда. Завтра, по словам Максима, я ему не нужна. Надо этим воспользоваться. Сто сорок километров по загородной трассе — это на машине меньше двух часов езды туда и столько же обратно. Попрошу выходной и за день управлюсь.

Утром я напряженно ждала звонка от Папазяна — время было дорого. Он позвонил только в одиннадцать часов и, не дав мне разразиться упреками, начал с места в карьер:

— Танюша, мне все меньше нравится эта история. Я боюсь тебя оставлять в этом доме. Слушай, твоему Алексееву не требуется случайно личный шофер? Или дворник какой-нибудь, а? Я бы согласился. Давно мечтал поработать под прикрытием. И к тебе поближе, что скажешь?

— Гарик! Ты когда-нибудь видел дворника-армянина? Это неправдоподобно.

— Видел. В Армении.

— Ладно, брось. Мне не до шуток. Никто ему больше не требуется. Я прекрасно справлюсь одна. И не в таких переделках бывала. Лучше скажи, ты нашел адрес?

— Нашел. И не только адрес, но и кое-какую любопытную информацию. В радиусе ста сорока километров от Тарасова была только одна частная клиника наркологического профиля, в районе Красногвардейска, на берегу Волги. Но, во-первых, она временно закрылась четыре месяца назад — собираются расширяться. Во-вторых, там никогда не было никакого психиатрического отделения. И, в-третьих, — самое интересное. Я созвонился с главврачом. У него никогда не было пациентки Доры Викторовны Алексеевой. Ну как, я здорово облегчил твою задачу, правда? Теперь тебе не придется катиться в такую даль.

— Ничего себе облегчил! Нет, Гарик, я не в этом смысле. Спасибо тебе огромное за такую информацию! Но только дело-то теперь еще больше запутывается. Мне надо все обдумать. Когда мои планы прояснятся, я тебе позвоню.

— Обещай, что будешь осторожна. Хотя нет, не обещай — все равно не поверю. Ты же ненормальная. Ай, зачем же я тебя так люблю?

Поговорив с Гариком, я отправилась в сад, чтобы заняться своими прямыми обязанностями и хорошенько все обдумать на свежем воздухе. Информации свалилось много. Кто эта загадочная женщина, которая так настойчиво пытается пробраться во владения Алексеева? Ведь третий раз — это уже не случайность. И где мне искать Дору? Последний вопрос в настоящее время занимал меня больше всего. С той назойливой гостьей разберутся наблюдатели. Мы с Гариком выработали новый план действий на случай моего отсутствия. Если ребята засекут, что она пробралась в сад, то сообщат об этом охраннику, в конце концов, его забота — обеспечивать безопасность. Можно, конечно, просто заделать лаз. Но такой выход претил моему охотничьему инстинкту — это спугнет незнакомку. А так, может, мне все-таки удастся поймать эту птичку. Ладно, сейчас речь не о том. Что с Дорой? Алексеев сказал, будто она находится в клинике три месяца. А клиника уже четыре месяца как закрыта. Он этого не знает. И еще он не знает, что в ней нет никакого психиатрического отделения. Значит, он взял эту клинику с потолка. Слышал когда-то о ней или видел рекламу. Так что же, Доре удалось скрыться от него? Или он ее уже убрал? Я вспомнила о письмах. Как же я не додумалась сразу посмотреть на даты, указанные на штемпелях? По ним я по крайней мере смогу узнать, когда произошел конфликт и когда Дора еще точно была жива и свободна. Ведь не исключено, что Алексеев просто запихнул ее в другую больницу, а в Тарасов приехал по неведомым мне причинам, которые не хочет разглашать. Итак, первым делом необходимо снова взглянуть на письма. Не хотелось бы дожидаться ночи. Надо урвать момент, когда Максим куда-нибудь отлучится из дома. Чтобы не пропустить его, я переместилась на клумбы около парадного входа. В кармане комбинезона у меня наготове лежали отмычки. Я возилась час и другой, а Алексеев все не выходил. Терпение мое лопнуло, и я решила ускорить события. Бросила тяпку и перчатки и направилась в дом, прямиком к алексеевскому кабинету. Постучала и в ответ на приглашение вошла.