Чтение онлайн

– Свежая почта, сэр.

Данте небрежно пожал плечами:

– Ничего не могу с этим поделать.

– Сэр, здесь письма от вашей матери и несколько от сестер.

Радость на лице Данте сменилась унынием. Может быть, он опасался дурных вестей?

– Положите их к остальным, – распорядился он, махнув рукой в сторону стола, стоявшего в углу. Ханна обернулась и с удивлением увидела, как лакей складывает принесенную пачку писем поверх целой горы нераспечатанных посланий.

Мистер Данте подошел к стойке красного дерева, взял графин с бренди, налил стакан и залпом осушил.

– Полагаю, для первого дня достаточно, мисс Грейстон. Идите и дайте вашим бедным оскорбленным ушам отдохнуть до утра.

Она присела в неуклюжем реверансе и принялась собирать исписанные листы, с трудом веря в собственное везение. Если бы ей удалось удрать, не показав ему ту тарабарщину, которую она написала, Пип смог бы провести в теплой постели еще одну ночь.

Она едва не побежала к двери.

– Мисс Грейстон! – резким тоном произнес он. – Не уходите, дайте мне посмотреть листы.

Ханна ощутила дрожь в коленях.

– Вы играли так быстро, что некоторые фразы просто усеяны кляксами, – солгала Ханна, прижимая к груди стопку бумаги. – Я подумала, что перепишу их до утра.

– Вы либо очень усердны, либо слишком небрежны.

Он устремился к ней и взял листы. Ханна густо покраснела.

Данте внимательно просмотрел листы. Молчание затягивалось, словно петля вокруг ее шеи. Наконец Ханна не выдержала:

– Сэр, я... я могу все объяснить. Я несколько подзабыла ноты, а вы так быстро играете...

Он посмотрел на нее. Она ожидала гневной тирады и чуть не упала в обморок, когда он одарил ее слабой улыбкой.

– Вполне сносно, мисс Грейстон. Вы будете служить у меня, пока сможете выносить мой ритм работы. Но предлагаю вам получать жалованье, а не поступать, как этот дурак Уиллоби.

Она отступила на шаг, пораженная. Он пытается усыпить ее бдительность, прежде чем наброситься на нее с кулаками и швырнуть в камин ту чушь, которую она нацарапала?

– Я... вы шутите? – спросила она.

– Значит, вам не нужна работа?

– Да! То есть, разумеется, нужна, – ответила она с чувством облегчения и вины. – Похоже... вы... довольны мной?

– Так оно и есть. Можете идти, мисс Грейстон. Надеюсь, завтра я буду иметь честь встретить вас в гостиной несколько раньше.

– Да, сэр. Разумеется, сэр. «Вы что, с ума сошли, сэр?»

Она тихонько проговорила это, когда собирала пачки нотных листов. Видимо, она скопировала их куда лучше, чем предполагала.

Или это злая шутка с его стороны, месть за ее обман?

Но разве она не поддалась тогда странным эмоциям, совсем ей несвойственным? Эти ощущения напоминали надвигающийся шторм. Или все дело было в том, что он, несмотря на желание проверить ее работу, видел перед собой лишь набор клякс, смысл которых был ему непонятен? Неужели он различал ноты не лучше Ханны?

Нелепо. Смешно. И все же только так можно логически объяснить то, что он нанял ее. В этом случае ее с Пипом шансы остаться здесь возрастали в тысячи раз. Господь услышал ее молитвы. Сотворил чудо.

Дойдя до двери, она обернулась и посмотрела на мистера Данте. В этот момент он показался ей таким одиноким, таким ранимым.

Он вернулся к фортепиано. Ханна вдруг поняла, почему задержалась в тот момент, когда он снова сел к инструменту, а его пальцы забегали по клавишам.

В этот раз она была просто ошеломлена. С кончиков его пальцев как будто струились и складывались в песню чувства. От этого дикого, стремительного полета к облакам захватывало дух.

В середине пассажа он вдруг остановился, на лице его отразилось отчаяние, когда он ударил кулаком по клавишам.

Ханна никогда не смогла бы объяснить, почему она поступила именно так, а не иначе. Она отважилась вернуться в комнату.

– Мистер Данте, я ошибалась, когда говорила так о вашей музыке! – выпалила она. – Это было... прелестно.

Раздался горький смешок.

– Это не моя мелодия. Ее сочинил мой отец, когда ему было всего шесть лет. Как вы думаете, на него произвело бы впечатление то, что я сочинил сегодня?

Кровь прилила к лицу Ханны, когда она увидела боль в его синих глазах.

– Я... я не знаю вашего отца и не могу ответить на ваш вопрос...

– Уверен, что можете, мисс Грейстон. Если только мой отец вдруг не разучился читать ноты.

С этими словами он вскочил, выбежал из комнаты и позвал лакея.

– Скажите Уидерзу, чтобы немедленно оседлали и привели Огнеборца.

– Конечно, сэр. Но... ваш обед. Кухарка приготовила ваше любимое блюдо.

– К дьяволу обед. Есть дела поважнее.

Ханна подошла к окну, чтобы посмотреть, как он взлетел на поджарого чалого жеребца. После такого изнурительного дня у него больше сил, чем у нее в тот момент, когда она торопилась утром в музыкальную комнату.

И куда же он направляется в столь неурочный час? Почему не падает от усталости? Ведь он исчерпал все силы, какие только могут быть у простого смертного, и вдобавок ничего не ел.

Лакей вернулся в дом и обратился к Ханне:

– Не знаю, зачем кухарка ему готовит. В большинстве случаев он не ест. Ну и хорошо. От этого стол в людской становится более изысканным. Вы и ваш мальчик сами убедитесь в этом сегодня. Это будет очередной праздник.

– А куда... куда направился мистер Данте?

Ханна не смогла сдержать любопытства, хотя знала, что это ее не касается, если бы даже он отправился на луну. Лакей пожал плечами:

– Кто знает? К каменоломне, к мельнице, да мало ли куда. Может, он отправился со своими сочинениями к меднику и вернется только на рассвете. А может, через несколько часов. После того как спадет жар.

– Значит, мистер Данте болен? – удивилась Ханна.

– Ну да. Но его не сможет вылечить ни один врач, благослови его Бог.

На лице лакея отразилась печаль. «Видимо, он привязан к хозяину», – не без удивления подумала Ханна.