Чтение онлайн

Пуля, поразившая патрульного, прошла навылет, чудом не повредив кости, и из раны горячим потоком хлестала кровь. Милиционер едва успел пригнуться, когда террорист, заметив его, вновь открыл огонь, за пару секунд расстреляв весь магазин и превратив автомобиль в решето. Затем, быстро перезарядив оружие, Аль Захири, мгновенно потерявший интерес к противнику, кинулся прочь из переулка, в том направлении, в котором уехал превращенный в живую бомбу Арби.

Раненый милиционер, по-прежнему прятавшийся за изрешеченной машиной, уже никак не мог помешать планам боевика, но его товарищ, хотя и получивший серьезную травму, попытался встать, одновременно ища рукой кобуру. Увидев это, Аль Захири, вовсе не желавший получить пулю в спину, прицелился и дважды выстрелил в милиционера. Обе пули поразили его в грудь, отбросив на асфальт уже мертвое тело.

– - Багдад-один - всем, - кричал Абдула в прижатую ко рту рацию.
– Начинаем! Повторяю, начинаем! Всем - к бою!

Микроавтобус, за рулем которого сидел чеченец Арби, вырулил на Кутузовский проспект как раз в тот момент, когда сотрудники ГАИ перекрывали движение, освобождая путь двигавшемуся от Кремля кортежу. Впереди двигались на большой скорости четыре мотоциклиста в белых шлемах, за ними, сверкая проблесковыми маячками на крыше и время от времени взревывая сиреной, ехал патрульный "Форд" столичной милиции, и уже за сине-белым "Фордом" следовал собственно кортеж.

Полдюжины одинаковых черных микроавтобусов с тонированными стеклами и внедорожников, под бамперами которых были установлены "мигалки", сопровождали лимузин, в салоне которого в этот момент находился глава российского государства. И именно этот лимузин стал целью для юного горца, до отказа вжавшего в пол педаль газа.

Президент Швецов имел привычку совершать незапланированные поездки, оповещая о них тех, кто был обязан знать об этом по долгу службы, за считанные часы, и сегодня он не изменил своим правилам. Известив власти столицы о том, что он собирается в аэропорт Шереметьево, лишь за час до своего отъезда, глава российского государства ни на мгновение не задумался о том, сколько неудобств доставит его внезапность городским службам, и, прежде всего, тем, которые отвечают за безопасность проезда таких высокопоставленных лиц.

Впрочем, такое поведение русского президента как раз и позволяло чуть меньше думать о его безопасности, ведь практически невозможно подготовиться к нападению на хорошо охраняемый кортеж, узнав о его выезде за час. К тому же, учитывая весьма оживленное движение на московских улицах, сопровождавшееся многочисленными пробками, трудно было предсказать, каким именно маршрутом поедет президент, и это еще больше усложняло задачу потенциальных террористов.

Сегодня Алексей Швецов намеревался совершить поездку в Чечню, лично встретившись с теми офицерами, которые считанные дни назад разгромили пришедшие с юга банды моджахедов. Кроме того, следовало разобраться в том, насколько обоснованы обвинения грузинского правительства в бомбежке грузинского же села русскими самолетами.

Вспоминая визит посла Грузии, вручившего ему ноту протеста, Швецов не мог избавиться от ощущения собственной беспомощности. В тот момент, когда грузинский представитель прибыл в Кремль, репортаж о нападении на горное селение Верхний Чохор уже транслировался по трем западным телеканалам, а российские власти ничего об этом не знали. Все, что тогда оставалось Швецову - с невозмутимым видом выслушать обвинения из уст грузина, приняв присланный из Тбилиси документ и пообещав разобраться в происходящем и наказать виновных, если к этому действительно причастны русские военные.

Также внушало беспокойство и странное молчание американцев, лишившихся в одночасье сразу двух своих спутников. Причем, если верить разведке, ничего не предпринимал не только Госдепартамент, но и спецслужбы, наверняка догадавшиеся, что именно произошло на орбите.

– - Боюсь, Алексей Игоревич, ваша горячность дорого обойдется нам, - укоризненно произнес глава правительства после недолгого совещания с руководителями разведывательных ведомств.
– Американцы - не дураки, они точно знают, что именно мы сбили их спутники, - мрачно вымолвил Аркадий Самойлов, когда они остались наедине с главой государства.
– И сели они пока молчат, значит, готовят действительно серьезные ответ. И мне лично это очень не нравится. Неприятности у нас еще впереди, уж поверьте моему опыту.

В принципе, Алексей был согласен с этим, исподволь и сам ожидая какого-нибудь подвоха. Порой излишняя осторожность Самойлова откровенно злила президента, но ныне Швецов признавал ее вполне обоснованной. Однако победа все же оставалась победой, и следовало подчеркнуть ее значимость, прежде всего, в глазах тех, кто добывал ее ценой собственной крови.

В Ханкалу, где располагался штаб Федеральных сил, по приказу президента вылетел министр обороны, который сейчас уже должен был быть на месте. Швецов надеялся, что к моменту его появления в Чечне ситуация с грузинским селом немного прояснится, и еще он очень хотел верить, что все происходящее - недоразумение, или, в худшем случае, провокация, ведь иначе это был бы страшный удар по престижу страны и его, Алексея Швецова, лично. Тем более, на западе слишком деятельный президент России и так не пользовался особой популярностью.

Сидя в просторном салоне президентского лимузина ЗИЛ, пришедшего на смену прежним "Мерседесам", Алексей Швецов, погруженный в свои невеселые мысли, не видел и не слышал, что происходило вокруг, и, разумеется, не заметил, как навстречу его кортежу, состоявшему всего из десятка автомобилей, вывернув из какого-то переулка, устремилась машина "скорой помощи". Однако это заметили те, кто был обязан обеспечивать безопасность главы государства, и они, еще не вполне понимая, что происходит, начали действовать.

Первым на пути взбесившегося микроавтобуса оказался инспектор ГАИ, даже не успевший толком осознать, что случилось, и откуда взялся этот микроавтобус, мчавшийся на полной скорости. Разумеется, инспектор и не собирался останавливать многотонный автомобиль, просто не убравшись вовремя с его пути.

Все произошло мгновенно. Сильный удар подкинул милиционера в воздух, точно тряпичную куклу, отбросив на несколько метров в сторону уже безжизненное тело, изуродованный кусок плоти, а управляемая водителем-смертником машина уже мчалась по проспекту, неумолимо сближаясь с президентским кортежем.

– - Откуда он взялся, - сотрудники милиции, обеспечивавшие проезд президентского эскорта по вечно забитым транспортом улицам столицы, удивленно провожали взглядами красно-белую "Газель".
– Что происходит? Остановить, любой ценой остановить!
– они почувствовали, заметили опасность, но просто не успевали ничего предпринять. Счет шел на доли секунды.

Тяжелый микроавтобус сбил одного из сопровождавших кортеж мотоциклистов, не успевшего отвернуть в сторону. Скорость сближения была слишком высока, а события происходили столь стремительно, что мало какой водитель, будь он хоть трижды профессионалом, успел бы сделать хоть что-то. Раздался визг тормозов, затем - металлический скрежет. Искореженный мотоцикл отбросило прочь мощным ударом. Милиционер, которого подкинуло вверх, упал на асфальт, прокатившись по нему несколько метров и ломая уцелевшие при столкновении кости.

Наперерез "Газели" метнулся патрульный "Форд", следовавший впереди вереницы ведомственных автомобилей. Сидевший за рулем милицейской машины сержант понял, что намерен делать свихнувшейся водитель, управлявший "скорой помощью", и принял единственно возможное решение. Он резко крутанул руль, развернув свой "Форд" поперек дороги, и создав на пути сидевшего за рулем микроавтобуса смертника хоть какое-то препятствие, но сам выбраться из машины не успел. Бампер "Газели" вмял борт патрульного автомобиля, который под воздействием помноженной на высокую скорость массы микроавтобуса подался назад, а затем прогремел мощный взрыв.