Утвверждения отрицания
Шрифт:
трезво рассуждая
остался ни с чем
в этом промозглом полузавтрашнем
перебранка перебранка любовь
Он дума что еще вчера
не напрасно
был трезв и весел
но перерезанный светом
вывалился на стол
еще не размороженный
еще мертвый
Сквозь прозрачную плоть твоей мысли
можно увидеть мутную глубину медуз
и морского дна
небо
где ничего не видно
кроме вязкого звездного света
–Невеста–
Невеста лохматая светом
невесомые лестницы скачут
она плавную дрожь удочеряет
она петли дверные вяжет
она пальчики человечит
стругает свое отраженье
на червивом батуте пляшет
ширеет ширмой мерцает медом
под бедром топора ночного
рубит скорбную скрипку
тонет в дыре деревянной
голос сорванный с древа
держит горлом вкушает либо
белую плаху глотает
Саркофаг щебечущий вихрем
хор бедреющий саркофагом
что ты дочь обнаженная
или ты ничья
или звеня сосками месит сирень
турбобур непролазного света
дивным ладаном захлебнется
голодающий жернов – 8
перемалывающий храмы
В холеный футляр двоебедрой
секиры можно вкладывать
только себя
1978
–Людмила Русланова–
(Ля-ля-патефон)
Балтимор-сан, балтимор-сан –
стрекочут кузнечики
тара-торки тара-тара-торит
и молчит медоносное семя судьбы
Итак: Кальдерон, Дивногорск, Обноски –
вот три сути, три откровения
камней отложения
Ливорно ливерно в печень
а потом только Пиночет
но ион был давно
да еще Аспазия
кто она не известно
вероятно чь-ято жена
Цезаря-вне-подозрений
А я не Цезарь
ливон-капуст-ауфштейн
Филемон и Бавкида, я вас люблю
Бадмаем-Бадмаев, индиго дорого –
три рубля Сигизмунд-ноль копеек
и парнокопытый икс
как редуцированное лётное
Людмил и Руслана
1984
–Копье Ахиллеса–
Розовая аура со звоном
раскалилась в тигле добела
ночь была бела
и черноуха
На подсаде вылетела смерть
унося иглу Кощея страсть.
Там где розы-розы
и параллелепипед
там где окна-окна
и углы угла
кто-то должен бесконечным быть
Значит буду бесконечным я
Ясноглазая иксометрия
расчлененная на три глаза
образует иглу
на которой стража Господня
день и ночь охраняет вас
На острие летящего копья Ахиллеса
Мир бесконечно плоский близкий
приблизился к лицу
стал небом разросшимся
за горизонт стола короля Артура
а король Артур
переставляя стулья
ладонями полировал стол
Вслед за столом улетают в бесконечность
на острие копья Ахиллеса.
1983
–Казнь–
Казнь и казна это два необъятных царства
это особое свойство времени
именуемое необратимость
Казнь это казнь
Даже если не будет казни
все превращается в казнь
Если казни не будет
Есть дисциплина
Ибо бес дисциплины казнь невозможна
Хотя дисциплина казнь.
Пусть повышает поэт производство грусти
Заповедь стали – крепить дисциплину казни
Так разрастается всемирная казнь
дисциплинированная размеренная
окрашенная как гроб в маренго
и косящая в бок.
Время косит
это незапрограммированное свойство
дает возможность улизнуть