Чтение онлайн

Насколько точны заключения, которые другие делают о нас? Важно понять, правильно ли они нас оценивают, но как это сделать? Какой критерий использовать для проверки? Напрашивающийся ответ – «собственное восприятие», но учитывая, как пристрастны большинство людей, откуда мы узнаем, что не ошибаемся? Если мнение других о нас и наше мнение о себе не совпадают, трудно будет решить, кто прав. С другой стороны, разные люди могут по-разному нас воспринимать, и чье же мнение стоит рассматривать в первую очередь? К счастью, психологи уже вплотную занялись этими вопросами.

Д-ра Брайан Коннелли и Дениз Ванс проанализировали объединенные данные сотен исследований (включавших в сумме свыше 40 000 участников) отношения между самовосприятием людей и восприятием их другими {94} . Результаты говорят, что чужие оценки и собственные в какой-то степени совпадают, но различий между оценками больше, чем сходства. Коннелли и Ванс также обнаружили, что члены семьи, друзья и партнеры, с которыми мы находимся в длительных интимных отношениях, видят нас почти такими, как мы сами видим себя, в отличие от коллег, соседей и незнакомцев в поезде, и это интуитивно понятно как само собой разумеющееся.

С другой стороны, сходство самооценки и мнения других о нас зависит, видимо, и от конкретных черт характера, которые оцениваются. Например, другие воспринимают нашу общительность и амбициозность аналогично тому, как мы сами воспринимаем себя, но когда дело доходит до скромности, уверенности и особенно интеллекта, наша самооценка и оценки других разнятся гораздо сильнее. Это явление было объяснено «внутренней», или менее доступной для наблюдения природой наиболее противоречивых свойств характера. Напротив, общительность и амбициозность «направлены вовне» (амбициозные люди энергичны и напористы, общительные – много говорят и смеются) и потому более заметны. Подразумевает ли это, что подлинным мерилом нашей личности всегда будет самооценка и в соответствии с ней нам нужно оценивать суждения других людей о нас?

Не факт. Коннелли и Ванс рассмотрели, до какой степени разные наблюдатели соглашаются в своих оценках одного и того же человека (напоминаю, их выводы основаны на сотнях независимых научных исследований). Как выяснилось, даже если впечатление, которое мы производим на других, сильно отличается от самооценки, мнения наблюдателей имеют тенденцию совпадать. Иначе говоря, другие видят нас более-менее одинаково, особенно если они и знают нас одинаково близко. Так, посторонние люди, как правило, одинаково оценивают незнакомого человека, коллеги, не сговариваясь, одинаково оценивают коллегу, разные друзья – своего друга {95} . Это наводит на мысли, что если наша самооценка заметно отличается от суждений, которые делают о нас другие люди, есть смысл рассматривать их мнения как точные, поскольку, что бы они ни видели, видят они одно и то же. Не могут же все они ошибаться?

Как мудро сказал Томас Пейн, репутация – то, что думают о нас другие, согласны мы с ними или нет. Чтобы узнать, что мы из себя представляем, мы могли бы спросить Бога, ангелов или любую высшую силу, в которую вы верите, – может быть, Google? Вам такой способ кажется слишком экстравагантным? Возможно, потому, что вы часто слышите: «Не обращай внимания, что другие думают о тебе», – вполне в духе эпохи Ким Кардашьян, в которой мы живем. Этот нонконформизм-лайт, основанный на философии «будь собой, люби себя и плюй на то, что о тебе думают», превращает своих сторонников в потребителей масс-маркета (и одновременно его продукт). Впрочем, в нашем нежелании заботиться о репутации нет ничего нового. Больше века назад известный американский социолог Чарльз Хортон Кули писал «Многие уравновешенные и деятельные люди едва ли осознают, что их заботит мнение о них других людей, и будут отрицать, возможно, с негодованием, важную роль этого мнения в том, что они собой представляют и что делают» {96} . Похоже, с тех пор мы не очень изменились.

Чужое мнение необходимо учитывать, в том числе и потому, что это, по сути, единственный способ получить четкое и связное мнение о себе. Восприятие нас другими может учитывать и наше мнение о себе, но основывается оно, прежде всего, на том, что мы делаем, а не на том, что мы думаем. Этот пункт легко упустить из вида, не в последнюю очередь потому, что мы проводим очень много времени в размышлениях о себе, в любом случае гораздо больше времени, чем другие. Но людей интересуют наши поступки, а не убеждения. Даже пословица есть: «Важно не то, во что ты веришь, а то, что ты делаешь». Обращайте внимание на то, как вы себя ведете, особенно на то, какие выводы могут сделать из этого окружающие, и вы получите очень хорошее представление о себе. Если не озаботиться этим, все кончится очень оригинальным мнением – мнением, которое никто с вами не разделит. Если не хотите стать эгоцентриком, просто сосредоточьтесь на окружающих (и это будет означать существенный прогресс!).

Мысль о том, что нужно игнорировать мнения других людей о нас, привлекательна, но глупа. Почему привлекательна? Потому что преподносится как пропуск к свободе и успеху. Каким образом? Создавая иллюзию, что если мы перестанем заботиться о том, что о нас подумают, мы a) избавимся от давления общества и станем свободными и б) добьемся славы и статуса. Почему это глупо? Потому что достижение славы и статуса – прямая противоположность освобождению от общества, так что a) и б) взаимно исключают друг друга. Никто не может добиться славы или статуса, игнорируя других. Славы и статуса добиваются прямо противоположными средствами – уделяя другим огромное внимание и изо всех сил заботясь о том, что они подумают. На протяжении всей своей карьеры я занимался коучингом с топ-менеджерами, у которых были проблемы в общении с коллегами, боссами или подчиненными. Решить свои проблемы смогли только те – не было ни единого исключения! – кто понял, насколько важно учитывать, как их воспринимают окружающие. Те же, кто не понял – опять-таки ни единого исключения, – кончили увольнением или переводом на должность рангом ниже.

Игнорируя мнение окружающих о нас, мы почти наверняка сведем к нулю шансы обретения славы или статуса, но сделает ли это нас свободными? Нет. Способность знать, о чем думают другие, и интерпретировать их мысли – фундаментальная способность человека. Не имея возможности обращать внимание на мысли окружающих (возьмем для примера крайний случай – детей, которых воспитали волки или обезьяны), мы не сможем пройти естественные процессы развития, такие как овладение языком. Вспомните, как дети учатся говорить, – они начинают с того, что повторяют звуки (слова), которые слышат, потом они связывают эти звуки с предметами, потом используют свой маленький словарный запас, чтобы задавать вопросы о других предметах, и так до тех пор, пока новые слова не заменят в их сознании предметы. Принципиально, что значения всегда узнаются у других людей. Поэтому, если вы не можете понять, что думают другие, вы мало что можете понять вообще. Дети с проблемами развития, затрудняющими способность понимать окружающих, сталкиваются с этой проблемой всю жизнь. Самый известный пример – аутизм, нарушение развития, при котором даже те, у кого он выражен в незначительной степени, не испытывают интереса к другим людям и ментально изолируются от общества.

Многие исследования, например те, что проводила д-р Дженнифер Бир с коллегами, выявили связь между различными уровнями дефицита восприятия и проявления эмоций, связанных с самосознанием, и повреждениями особого участка мозга – орбитофронтальной коры, расположенной сразу за глазами и отвечающей за регулирование социальных взаимодействий. Команда д-ра Бир сравнивала, как участники с повреждениями этой зоны мозга выполняли задание на самораскрытие по сравнению со здоровыми участниками. Например, в одном из заданий от участников требовалось рассказать о случаях, когда они чувствовали смущение или вину. Здоровые участники рассказывали о событиях общего плана, без деталей и саморазоблачений (например, «Я чувствовал себя виноватым, когда обидел друга» или «Я смутился, когда до меня не дошла шутка»), участники с повреждением орбитофронтальной коры рассказывали о событиях интимных, конкретных и компрометирующих (например, «Я чувствовал себя виноватым, когда изменил жене» или «Мне было неловко, когда меня застукали во время занятий сексом в примерочной универмага»). Когда же участников попросили описать эмоции, которые они испытывали, рассказывая об этих событиях, участники с повреждениями орбитофронтальной коры не проявили ни сожаления, ни смущения из-за того, что рассказали свои истории. За пределами специальных заведений неспособность людей понимать, как их воспринимают другие, ведет к маргинализации.

Так что игнорирование окружающих, вместо того чтобы стать пропуском в мир славы и свободы, только изолирует вас от социального мира, единственного мира, в котором могут жить гомо сапиенс. Действительно, есть много оснований утверждать, что наша способность догадываться о мыслях и эмоциях других людей в корне отличает нас от других видов. Чарльз Кули использовал метафору зеркала, описывая роль других в формировании нашей идентичности. По его словам, мы видим себя в соответствии с тем, как, по нашему мнению, нас видят другие люди. Наша личность отражается в других, и возможность видеть это отражение позволяет осознавать себя личностью в обществе. Когда уверенность выше компетентности, отражение, которое мы видим, слишком льстит нам. Когда уверенность ниже компетентности, отражение слишком неприглядно. Иначе говоря, если самооценка сильно завышена или сильно занижена, мы неверно представляем, как нас видят другие, и это, в свою очередь, отражается на наших социальных взаимодействиях. Еще Джордж Мид, известный философ, утверждал, что «мышление индивида может существовать только в зависимости от других мышлений с общими смыслами» {97} . Уже в наше время психолог Рой Баумайстер писал, что люди эволюционировали, испытывая потребность в тесных связях с другими, – он называет это «состоянием принадлежности» (к сообществу) – и наша самооценка с точки зрения эволюции развивалась по двум основным причинам: чтобы предупреждать о поведении, разрушающем социальные связи, и чтобы запускать поведение, содействующее тесным социальным связям. Например, если у кого-то низкая самооценка потому, что этот человек переживает из-за лишнего веса, низкая самооценка будет заставлять его измениться, чтобы не быть отвергнутым окружающими. Если кто-то чувствует себя ничтожеством потому, что потерял работу или завалил экзамен в колледже, низкая самооценка подает ему сигнал о том, что он рискует потерять уважение друзей и близких и т. д. Таким образом, даже самые глубокие и сокровенные эмоции связаны с другими людьми и формируются ими, и эти эмоции играют ключевую роль, помогая нам завязывать, формировать и сохранять здоровые отношения.

За последние тридцать лет психологи провели сотни исследований, изучая так называемые «эмоции самосмущения» – стыд, гордость, вину, смущение и т. д. В отличие от основных эмоций (радость, гнев, печаль, отвращение) они являются реакцией на восприятие нас другими. Как писал Марк Лири, ведущий специалист в этой области, «эмоции самосмущения изначально подразумевают получение информации об оценках другими людьми, а не простое сравнение своих поступков с личной самопрезентацией» {98} . Эмоции самосмущения развиваются с возрастом, поэтому не встречаются у маленьких детей. Вы, наверное, замечали, что дети редко смущаются или стыдятся в ситуациях, где взрослые бы смутились. Но по мере взросления мы становимся все чувствительнее к тому, что другие думают о нас, и к зрелому возрасту эмоции самосмущения приобретают большое значение, позволяя нам лучше функционировать в обществе. «Взрослые» эмоции берут начало в нашем восприятии собственной репутации. Как объясняют д-р Бир и ее коллеги из Университета Калифорнии в Беркли, эмоции самосмущения сильно увязаны с тем, как, по нашему мнению, нас видят другие люди, а не с тем, как мы сами видим себя.