Чтение онлайн

Он садится рядом и протягивает мне термос.

– Попей чай, – говорит, закуривая. – Ты пропустила ужин.

– С чего вдруг такая забота?

Он выпускает изо рта белые клубы дыма. От едкого запаха начинает мутить. Отворачиваюсь.

– Ты наблюдаешь за мной?

– Как и за всеми.

Немного подумав, спрашиваю:

– Когда ты начал курить?

– Три года назад.

Я внимательно смотрю на него, мне важно увидеть реакцию на мой следующий вопрос:

– Курение – разве не показатель чувственности?

Он не среагировал. Ни одного мимолётного движения, никакой искорки в глазах – пустота.

– А может, это просто привычка, напоминающая мне, что чувства когда-то были.

Монотонность голоса и такая гладкая и скучная фраза в ответ. Разочарованно отворачиваюсь от него. Питер берёт из моих рук термос и немного наливает в крышку.

– Знаешь, что чай обладает множеством качеств? – говорит он и сам отхлебывает. – Лечит, в жару, освежает, зимой обогревает, успокаивает…

Теперь моя очередь удивляться. Что это за странный разговор о простом напитке?

– Мать по утрам заваривала чай, – Питер смотрит на звёзды. – Этот аромат я, наверное, никогда не забуду.

Наши взгляды встречаются. Дотрагиваюсь ладонью до его щеки. В эту минуту он совершенно другой, и мне кажется, я уже видела его таким… Спокойным и умиротворённым.

– А я не помню родителей, – выдыхаю я сквозь слёзы.

Питер прижимает меня к себе.

– Это нормально, – шепчет он. – Тебе было пять лет, когда они погибли.

Что-то настораживает меня, но я отмахиваюсь от этого чувства.

– Но они у меня были.

Вместо ответа он утыкается в мои волосы.

Как мне относиться к нему? Не знаю почему, но меня тянет к Питеру. Но самое главное, что я ужасно боюсь его. Что выбрать, страх или чувства? Я совершенно запуталась.

– Ты можешь объяснить мне, что изменилось? – задаю вопрос, терзавший мою душу.

Он с непониманием в глазах смотрит на меня. Поэтому я пробую переформулировать фразу:

– Раньше ты не замечал меня, даже близко не подходил, – я с трудом сглатываю. – А сейчас ты рядом.

– Ты скажи мне, что изменилось в тебе.

Теперь непонимание, наверное, явно видно в моих глазах. Но Питер не продолжает фразу, не объясняет её. Он смотрит вдаль, на пустое чёрное небо. А я, уже чувствуя, как на меня накатывает волна боли в голове, будто в самом мозгу, задаю последний вопрос:

– Что будет, если чувства снова вернутся в город?

На мгновение он замирает.

– Смерть…

Перед глазами темнеет. В голове будто что-то взрывается, и кровь идёт носом…

Тренировочный день начинается с небольшой пламенной речи Артура о том, как важно предстоящее задание. Уже потом Ура и Роберт (смуглый мужчина с непримечательной внешностью), демонстрируют, как правильно вести спарринг. Лидер бьёт соперника в живот, Роберт делает шаг назад, затем резко выпрямляется, уворачивается от атаки и локтём захватывает и сжимает шею лидера.

– Открою вам секрет, – хрипит Ура.

Губы лидера синеют, на бледном лбу проступает испарина.

– Лучший способ выбраться из удушающего захвата, – короткая пауза, – пистолет.

В руке старшего лидера блестит холодное серебро металла.

– Никогда не выпускайте из рук оружие, – Ура закашливается. – Только так возможно победить.

Сердце сжимается раньше, чем я слышу глухой звук выстрела. Тело Роберта обваливается на пол ринга. Я машинально ищу взглядом Питера, но его нет на тренировке. И именно сейчас он мне так нужен. Пытаюсь не смотреть, как пара добровольцев уносит грузное тело Роберта.

– Вы ещё не поняли, что каждый из вас скоро запачкает руки в крови, – смотрит на нас Ура. – И я хочу, чтобы Спасение победило любой ценой.

Меня бьёт нервная дрожь. Переглядываемся с Бобом и Беллой. Они в шоке, как и все чувствующие. Даже Нелли от увиденного снова говорит со мной:

– Ура… такой бесчеловечный. Разве это не расточительство – убивать лучших воинов?

Пожимаю плечами. Но я понимаю буквально душой и телом – Ура станет последним, кто узнает о моих чувствах.

– Сегодня у вас бой в спарринге, – слышен голос Артура. – Разбейтесь по парам.

– Я бы встала с тобой, но боюсь покалечить, – совершенно серьезно шепчет Нелли.

Уверенной походкой она направляется в сторону Сони. В соперники мне достаётся высоченный амбал, с сильными руками и чёрными как смола волосами. Его зовут Алан, и он намного старше и выше меня. Надеюсь, хотя бы у него за спиной нет заряженного пистолета.

– Примите боевую стойку, – даёт приказ Ура.

Встаю напротив Алана. Руки сомкнуты в кулаки, а локти прижаты к телу. Я слегка сгибаю ноги в коленях и начинаю двигаться по кругу, неотрывно следя за Аланом.

– Один нападает – второй защищается, – жёстко диктует Ура.

Оборачиваюсь, отвлекаясь от Алана. Ура плечом опирается об стену недалеко от входа.

Толчок в спину, упав, я обдираю кожу на лице.

– Не пропускай удары, Тина, – вполголоса говорит Алан, оскалившись.

Оттолкнувшись от пола, поднимаюсь. Замечаю довольную ухмылку на лице Нелли. Она, в отличие от меня, только что нокаутировала своего противника, Соню.

– Ты должна понять, что такое борьба, – звучит голос Артура позади.

– Во время боя сосредоточься на противнике, – советует младший лидер. – Следи за ним. Не отвлекайся!

Одним движением он поворачивает меня обратно к Алану. Бледно-серые глаза противника неотступно смотрят на меня. В них нет чувств, только холодная пустота. Замечаю, что он заносит ногу для удара, но не успеваю среагировать. Боль в области ребер. От удара по лицу спасают вовремя поставленные в блок руки.

– Ну же, Тина, – подначивает Алан. – Лучшая защита – это атака.

На занятиях по рукопашному бою нас учили – играть на слабостях противника. Но у Алана не может быть недостатков. Судя по выпирающим мышцам и мощным ударам, он достаточно сильный. Да он и не крупный, чтобы быть медленным. Алан наступает. И я автоматически пинаю его в бок. Он ловит меня за ступню и дёргает на себя. Заваливаюсь на бок, выдергиваю ногу и неуклюже поднимаюсь.