Чтение онлайн

Ощутимое нетерпение Солли давало о себе знать в её быстро усилившихся сладострастных стонах, в её крепко вонзающихся в его плечи ногтях, в требовательных ногах, обвивших его талию. Но ХиЧоль не хотел торопиться. Эта ночь важна для них обоих. В том или ином плане она первая как для неё, так и для него. Первая ночь с ней, и первая за очень долгое время, когда он хотел доставить удовольствие и волновался. Главное было скрыть волнение от Солли. Иначе задумается ещё, что за мужчину себе выбрала? Её руки протянулись к его ремню и стали расстегивать пряжку. ХиЧоль оторвался от её шеи, посмотрев на горящие возбуждением глаза девушки. У него самого уже тело сводило и ломало от тяги к тому, что он хранил от себя столько месяцев. От всех вокруг тоже. Сняв с Солли лифчик, он отложил его в сторону и, заодно, залез в ящик тумбочки за презервативом.

Азарт Солли ещё больше увеличился. От неё словно повеяло энергией жажды любви. Приподнявшись на локтях, она водила глазами по рукам ХиЧоля, облизывая губы и смотря, как он управляется с облачением в контрацептив. Как же долго она этого ждала! Не было никаких сомнений и сожалений. Твердыня должна пасть, когда перед ней предстаёт достойный завоеватель. Девушка стянула с себя трусики и ХиЧоль, посмотрев на неё, снял брюки и боксеры. Они остались совершенно голыми, они могли слиться друг с другом. Солли обхватила его ногами и потянула на себя. Руки тряслись, но не от страха. Организм пылал, а низ живота крутило.

– Потише, куда ты так спешишь? – прошептал ХиЧоль ей на ухо, поцеловав в него.

– А почему ты так медлишь? – Солли почувствовала его плоть, касающуюся её нижних губ, и впилась поцелуем в уста любимого мужчины. Когда отдаешься родному человеку, то нужно делать это без остатка, полностью, погружаясь до дна в единение с ним. Он ощутил её горячий порыв и сам, зажегшись до предела, медленно ввел край члена внутрь. Девушка не собиралась замирать и сосредоточенно ждать, когда же произойдет главное, концентрируясь, как многие девицы в первый раз, на том, чтобы поймать этот незнакомый момент боли, который никогда уже не повторится. Солли приподняла бедра, вводя в себя ещё глубже ХиЧоля. Он простонал от тугой и упругой узости, которая встретила его, не собираясь просто сдаваться.

– Сол, если будет больно… - она заткнула его рот своими губами и, крепко обняв и прижавшись к его груди, убедила в том, что тянуть, в самом деле, больше не стоит.

Ворвавшись сквозь преграду, мужчина поймал сдержанный крик из уст в уста, но ему снова не дали сделать паузы и Солли закачалась бедрами вверх вниз, не глядя на то, что попервости каждое движение доставляло дискомфорт и скорее неприятную резь, чем удовольствие. Однако это все быстро прошло и руки ХиЧоля, продолжавшие ласкать её и сжимать, утихомирили какую-либо боль, оставив лишь сладкую пульсацию, отдающуюся внутри неё.

– Я люблю тебя, Хиним! – покрывая его лицо поцелуями, едва не пустила слезу от счастья Солли, но сдержалась, наслаждаясь тем, что произошло событие, которого она так ждала и о котором мечтала.

– Ты самое замечательное, что у меня есть, - мужчина тепло пощекотал её подбородок и чмокнул в нос, замерев на миг. Бывают такие моменты, когда, чтобы не происходило вокруг: война, землетрясение, футбольный матч или, как сейчас, разгар занятия любовью, всё словно замирает, и ты чувствуешь всего одно чувство, которое переполняет, на котором сходится всё, оно застилает всё другое. И в эту секунду ХиЧоль, смотревший в лицо Солли через прозрачную завесу темноты, не мог подумать ни о чем, кроме любви, нежной и необъятной любви, которую пробудила и поддерживала в нем эта малышка. Которая и малышкой-то больше не была, а только что, с ним, под ним, от него стала женщиной. Его родной и любимой.

– Ну, что ты остановился? – мягко, но настырно пихнула его в бок Солли. Улыбнувшись, мужчина опять плавно вошел в ритм, раскачиваясь бедрами. Проведя ладонью по податливому и стройному бедру девушки, он, взяв её за лодыжку, закинул ногу себе на плечо, глубже войдя в её влагалище. Солли громко ахнула, отведя руки назад и вцепившись ими в подушку. Прикусив губу, она закрыла глаза, погружаясь в безумное удовольствие. Когда она возбуждалась и начинала хотеть секса, до сегодняшней ночи, конечно, она интуитивно находила в себе те точки, которые острее всего приносили страдания от неудовлетворения. Но теперь, когда ХиЧоль внутри неё и касается всех тех замурованных и недоступных ранее мест, теперь она убедилась, что не ошибалась в том, чего хотела. Это было восхитительно. Это было необходимо ей. Именно так должна продолжаться любовь, переходя в более серьёзную стадию. Разве не ощутив внутри себя мужчины можно понять, насколько он создан для тебя? Солли выгнула спину, тронутая ХиЧолем за напряженные бока. Убыстрившись и наклоняясь ниже к девушке, он поцеловал её в висок и, застыв, тихо выдохнул, излившись в презерватив, что она почувствовала сквозь тонкий слой латекса появившимся теплом. Вот и свершился первый в её жизни половой акт. Конечно, нельзя было ожидать моментального оргазма, но ведь это было только начало. И ей всё равно было хорошо и приятно.

ХиЧоль, прошептав ей очередные слова любви, поднялся и ненадолго ушел в ванную комнату. Воспользовавшись тем, что осталась одна, Солли зажгла лампу и посмотрела на себя так, будто должна была превратиться в новое существо. Однако кроме тонких линий крови на внутренней стороне бедер ничего не изменилось. Но даже на них девушка посмотрела с извращенным счастливым выражением лица. Только в XXI веке женщины могли искренне радоваться подобному.

Обмотавшись простыней, она подошла к двери ванной и постояла, подождав, когда выйдет ХиЧоль, уже накинувший на себя халат. Мужчина, притормозив на пороге, обнял её, поцеловав в макушку, и с невыразимой радостью посмотрел в её довольные глаза.

– Пойду, перестелю постель. – чмокнув её под мочкой уха, ХиЧоль нехотя расцепил руки и она скользнула туда, где только что был он.

Смыв все следы «преступления», Солли бросила простыню в стирку и, прикрывшись широким полотенцем, поспешила вернуться в комнату, которая подарила ей знание физической любви. ХиЧоль расправлял свежепостеленное покрывало. Подойдя к нему со спины, девушка обняла его, скрепив руки на его животе.

– Спасибо тебе, оппа! – негромко, но открытым звуком поблагодарила Солли.

– Это мне ещё спасибо? – развернувшись, он удивленно взял в ладони её лицо. Подумав мгновение, он включил обычное для себя игривое бахвальство. – Ах, ну да, в принципе. Обращайся!

– Несомненно, - девушка положила ладони на его грудь между отворотами халата и развела его в стороны, намекая на то, что неплохо было бы его опять снять. – что на счет прямо сейчас?

ХиЧоль, сексуально прищурившись, потянулся к выключателю, чтобы продолжить исполнение желаний Солли, так импонирующих ему самому.

Уютное мурчание и шерстяное касание по коже пробудили Солли.

– ХиБом! Уйди… - приоткрыв один глаз, она посмотрела за направлением кота, крадущегося к лицу хозяина.

– Ревнует… - пробормотал ХиЧоль над её ухом. Обернувшись, девушка увидела, что он тоже уже проснулся.

– Неправда, мы в дружеских отношениях. – они легко поцеловались. – Это единственное создание, с которым я согласна тебя делить.

– Это потому что кошки ловят птиц, которых ты не любишь? – Солли покачала головой. – Кстати, почему ты не любишь птиц? Всегда было интересно. Тебе перья не нравятся?

– Нет! – она засмеялась. – Совсем не поэтому. Мне не нравится их поведение.

– Поведение птиц? – ХиЧоль округлил свои не по-восточному большие глаза. – Что с ним не так?

– Они… они непостоянные. – девушка, разрумянившись, как будто считала, что скажет не совсем нормальную вещь, постепенно продолжала. – несмотря на то, что у них есть родина и дом, большинство из них улетает на зимовку в другие края. Как только им становится холодно и неуютно – они бегут. Хотя, судя по тому, что не все птицы так делают, то это вовсе не вопрос пищи. Зачем-то они всё равно летят в чужие края. А если им кажется, что там, где они зимуют, лучше, почему бы не остаться там насовсем? Нет, они наслаждаются там несколько месяцев, и летят домой, когда погода наладилась. Да ещё с посадками при перелетах. Насмотрятся везде всего, и возвращаются. Я вижу в этом какое-то предательство. Потому что это совсем иное, нежели отпуск у людей. Их отлет длится не месяц и не два, а значительно дольше. Как будто у них две жизни. Двойная игра.