Чтение онлайн

— Загрызешь что ли? Пиранья зубастая? — рассмеялся Художник. — Оставшиеся пеньки обломаешь. Так и быть, убью тебя последним. Ты слишком забавный, и почти мне понравился.

Зуб задохнулся от возмущения, но сдержался и промолчал. Страх перед убыром оказался сильнее, чем желание немедленно наказать издевающегося над ним наглеца.

— Беги, не играй с огнем, — нахмурился старший из команды охотников на человека. — У тебя есть двадцать ударов сердца, а оно у меня сейчас колотиться от злости барабанной дробью, а руки чешутся.

Максим последний раз оглянулся на стоявшую за его спиной, переставшую улыбаться и приготовившуюся к травли погоню. Двенадцать человек с автоматами, шесть ореков и шесть менквов. Все как один хотят только одного — его смерти. Очередной квест из разряда невыполнимых, выдал ему Полоз руками убыра. У художника только кинжал, пусть и наделенный волшебной силой, и больше ничего. Он один против двадцати четырех, половина из которых практически неуязвимые твари, прекрасные следопыты знающие лес, а вторая половина извращенцы с огнестрелом. Он понятия не имеет куда бежать, так как в этой стороне локации находится первый раз, и ни какие сведения, полученные от Ойки тут не помогут.

Но ожидать нечего, на помощь ни кто не придет, а время данное для форы течет быстро. Чем дальше он успеет уйти, тем больше шансов выжить. Думать и строить планы можно и по дороге, а поразмыслить есть над чем, ведь он практически обречен, а умирать нельзя. Не имеет он права уйти на тот свет. Что там задумал за пакость с этим выбором Полоз непонятно, но то, что у Художника появилась возможность спасти друга это точно. Что там не думай о змее, но он всегда держит слово и награждает за выполнение задания так, как обещал.

Надо успеть добежать до леса пока не началась погоня. Для этого надо в первую очередь успокоится, ведь суета и паника, плохие помощники. Максиму нужно добраться до деревьев, только там есть неплохой шанс осуществить пришедшую в голову мысль.

Растут они близко друг к другу, и крона раскидистая. То что надо до созревшего, как всегда безумного плана беглеца, главное успеть, ведь время сейчас не на его стороне. Двадцать ударов сердца, это двадцать секунд, тут и двести метров пробежать не каждый мастер спорта успеет, а что такое двести метров для снайпера? Да почти выстрел в упор, а выстрел в упор это смерть, и не только Художника, но еще и друга, жизнь которого зависит сейчас от Максима. Он не может проиграть, ни этот забег, ни схватку с теми, кто недостоин жить, все надо сделать с первого раза, второй попытки не будет.

Первая пуля неприятным холодком скользнула по кончикам волос на голове и сорвав кору с ближайшего дерева, с противным визгом непредсказуемого рикошета, сбивая листья ушла в небо. Игра в догонялки, где призом была жизнь началась, но теперь уже по правилам Художника, первый этап он выиграл, успев добежать до леса.

Вильнув в сторону, и почувствовав как свинец выбивает дробь за спиной, опадая рваной щепой там где только что был он сам, Максим понесся вперед, петляя между деревьями, и не давая шансов точно прицелиться «Свидетелям смерти». Надо как можно дальше оторваться, надо выиграть столь необходимое время, и найти подходящее место для задуманного. Все это надо, и все это сразу, и все быстро, но погоня не отстает, наступает на пятки и постарается не дать ему этого времени.

При смертельной опасности наступает момент, когда мысли очищаются от лишней шелухи, от всех придуманных, или навязанных стандартов, голова становиться светлой и ясной, знающей что нужно для тела именно в этот миг, что нужно делать, что бы спасти своего неразумного хозяина от опасности. Откуда берутся эти огромные силы, вытягивающие подчас человека с того света, непонятно. Они выскакивают неожиданно в нужный момент и приходят на помощь. Главное не отчаиваться, и помочь им, не теряя веру.

Максим рванул с такой скоростью, с которой не бегал еще ни разу в жизни.

Наконец его взгляд зацепился за то, что искал, за столь необходимую, удобную ветку, нависающую над невидимой тропой, как турник. Несколько последних шагов. Прыжок, и послушное тело взмывает вверх, пряча человека в густой осенней листве.

Обдирая ладони, Художник с ловкостью обезьяны карабкался все выше и выше, скрываясь в густой кроне дерева. Но это только начало его плана. Внезапное исчезновение беглеца не обманет погоню, ведь преследуют его твари у которых нюх такой, что служебные собаки поскуливают от зависти, они глупы, но с ними следуют люди, и вряд ли Ледяная гора послал за Художником в погоню дураков. Если оставить все как есть, то Максима быстро обнаружат.

Слишком высоко карабкаться то же не стоит, там наверху ветки тонкие, и могут не выдержать вес человека, да и расстояние увеличивается. Нужно искать способ прыгнуть прямо сейчас, пока погоня не приблизилась.

Нужный сук, как трамплин, появился неожиданно, Максим раздвинул желтую листву и увидел его, толстый слегка вздернутый вверх, он пружинил под его весом, но не ломался, держал. Теперь можно сделать короткий шаг, для очень скромного разбега, и прыгнуть. Лишь бы не сорваться вниз, удержаться, в кроне соседнего дерева. Приходится рисковать, но другого способа выполнить то, что задумал нет, летать он не умеет.

У него получилось, правда пришлось цепляться, срывая листву со скользящих под ладонями тонких веток, и разодрать щеку, острым суком, пока наконец он не остановил падение и не наткнулся на прочную опору под ногами, обхватив толстый ствол. Хотелось остановиться и перевести дух, но промедление смерти подобно. Вот-вот появятся они и тогда перебраться незамеченным не получиться, а ему надо дальше, слишком близко к месту где обрывается след. Если решат обследовать соседние деревья, то быстро обнаружат беглеца, а дальше финал предсказуем, Максима просто расстреляют, собьют как охотники белку, еще и посмеются над грохнувшимся с дерева трупом.

Осознание того факта, что задержка грозит не просто смертью, а еще и унижением, разозли Художника придав сил. Он буквально взлетел вверх по стволу, и уже не подбирая подходящего сука, просто и без затей раскачав дерево, прыгнул на следующее.

Получилось удачно. Даже не смотря на еще одну кровоточащую рану теперь уже в предплечье и нескольких заноз, в и без того изодранных ладонях, он смог перепрыгнуть и зацепиться за едва не проткнувший ему грудь сук.

Крона скрыла с глаз беглеца от погони вовремя, еще немного и было бы поздно. Тихие голоса быстро приблизились, и Максим своевременно прижавшись к стволу, буквально слился с ним в одно целое, практически перестав дышать.

— Куда он делся? — Раздался снизу раздраженный, уже знакомый голос командира охотников.

— Ореки след потеряли, — ответил ему чей-то густой бас. — Топчутся на месте, да и менквы носами крутят, воздух нюхают.

— На дереве он, — хмыкнул кто-то более сообразительный прокуренным баритоном. — Тут больше некуда прятаться. Вон один из ореков рожу задрал, носом фыркает, словно кусок мяса парного почувствовал, листву рассматривает. Да и остальные вверх таращатся.

— Ну так полезай, да сними этого урода. — Рявкнул раздраженно командир. — Кишки выпустим да домой пойдем. Устал я уже по лесу за этой сволочью бегать.