Чтение онлайн

Мучтабархон сказала тогда амбалу:

– Почему ты удивлен? Что тебе мало этих золотых?

– Я никогда не смог бы заработать два золотых, – сказал заикаясь амбал. – Меня удивляет, что вы за такую небольшую услугу дали мне два золотых.

Затем он спросил:

– Вы шутите со мной или на самом деле даете мне эти золотые?

– Зачем нам шутить с тобой, мы на самом деле заплатили тебе два золотых, – сказала Мучтабархон.

Обрадованный амбал положил золотые монеты в карман.

В это время кто-то постучал в ворота. Караматхон пошла посмотреть, кто это пришел. Там стояли трое слепых юношей. Они сказали:

– Мы чужестранцы. Если можно, позвольте нам переночевать сегодня у вас, а завтра мы продолжим свой путь.

Караматхон ответила:

– Я спрошу свою старшую сестру Мучтабархон, – и побежала в дом. Мучтабархон сказала:

– Если это чужестранцы, пусть войдут.

Караматхон вышла и повела слепых в сад. Мучтабархон пригласила слепцов сесть на нарядные ковры, расстелила перед гостями дастархан, поставила на него большой поднос с фруктами и сладостями. Караматхон принесла самовар и заварила крепкий черный чай, разлила его по пиалам и предложила гостям. Затем Мучтабархон крикнула:

– Мукаррамхон!

Из дома выглянула третья девушка-красавица.

– Сестрица, я вас слушаю, – сказала она.

– Сестрица Мукаррамхон, займитесь приготовлением обеда.

Мукаррам принялась готовить плов. Сначала она нарезала мясо, морковь, лук. Затем развела огонь в очаге и поставила котел. Приготовив плов, она закрыла его. Тем временем чужестранцы напились чаю.

Мучтабархон собрала скатерть и, обратившись к Мукаррамхон, сказала:

– Вынести из дому дутары, сыграем гостям, что-нибудь и повеселим их.

Мукаррамхон принесла дутар, тамбур и гиджак. Мучтабархон взяла в руки гиджак, Мукаррамхон – тамбур, а Караматхон – дутар, и сестры запели песню.

Пусть теперь они развлекаются, а вы послушайте о другом.

Падишах этого города в тот день держал совет со своим мудрым визирем.

– Посмотрим, чем занимается по ночам наш народ, – сказал он.

Вдвоем они переоделись в одежды купцов, сели на коней и стали разъезжать по улицам ночного города. Заехали они в махаллю, где жила Мучтабархон с сестрами. Музыка и пение, которые раздавались в саду Мучтабархон, донеслись до ушей падишаха, и ему понравились эти нежные, красивые голоса.

Послушав немного, падишах сказал визирю:

– Зайдем в этот дом, посмотрим.

Они быстро сошли с коней и постучали в ворота. Караматхон, услышав стук, положила дутар и, побежав к воротам, спросила:

– Кто там?

Падишах сказал:

– Мы чужеземные купцы. Мы достигли вашего города ночью и, не зная, где переночевать, попали к вашим воротам. Вы еще не спите. Мы просим разрешить нам переночевать сегодня у вас, а завтра мы найдем место, куда мы должны пойти, и уйдем.

Караматхон сказала об этом Мучтабархон.

– Если они чужеземцы, пусть войдут! – сказала Мучтабархон.

Карамат привела падишаха и визиря в сад, и они со всеми поздоровались. Мучтабархон указала им место рядом со слепыми и вынесла новый поднос с угощением.

– Вы чужестранцы, теперь что бы мы ни делали, не удивляйтесь, не задавайте вопросов. Если вы нарушите условие и зададите вопрос, то мы строго вас накажем, – сказала она.

Все согласились.

Мучтабархон встала, положила на золотое блюдо плова и поставила его перед падишахом и визирем.

Второе блюдо с пловом она поставила перед слепыми. Третье блюдо поставила перед амбалом, а четвертое блюдо взяла себе с сестрами. Поев, все напились чаю. Девушки собрали дастархан и снова принялись играть и петь. Через полчаса они унесли в дом музыкальные инструменты, и Мучтабархон сказала Мукаррамхон:

– Приведи обеих собак!

Караматхон выложила из котла остатки плова в два золотых блюда и принесла их в сад. Мучтабархон плеткой до полусмерти отхлестала собак. Собаки плакали, как люди. Мучтабархон отбросила плетку, стала гладить собак, поцеловала их в корды и поставила перед ними блюда с пловом. Когда собаки наелись, их снова посадили на цепь.

Увидев это, все поразились. Особенно был удивлен падишах и, забыв об условии, спросил:

– Мучтабархон, почему вы били собак, а потом гладили их, целовали и дали им плов на золотых блюдах?!

Мучтабархон разгневалась и сказала:

– Ведь я же вас предупреждала! Зачем вы задали вопрос? Теперь на меня не обижайтесь. Ваш грех на вашей шее!

Она встала со своего места и ударила в ладоши. Тогда в сад вошли десять палванов и спросили:

– Чем можем служить, госпожа?

– Свяжите руки и ноги вот этим двум купцам и трем слепым, – приказала Мучтабархон.

Силачи тут же связали всем им ноги и руки. Мучтабархон сказала палванам:

– Теперь вы свободны. Уходите по своим местам!

Палваны ушли. Тогда Мучтабархон обратилась к падишаху, визирю и слепым:

– Эй, братья, теперь вы мне расскажете по порядку, какие благодеяния вы видели в своей жизни и какие вам пришлось пережить тяготы. Я определю всем наказание соответственно пережитым радостям и горестям.

Мучтабархон сначала заставила говорить первого слепого.

Я принц Шохак, сын падишаха города Дагестана. Однажды, когда мне было четырнадцать лет, отец вместе с мудрым своим визирем взял меня на охоту. Я бродил с отцом, охотясь на дичь. После охоты отец и визирь присели отдохнуть. Сел и я тоже. Рассматривая ружье, я увидел, что затвор ружья загрязнился. Я нажал спусковой крючок. Ружье выстрелило, и пуля попала прямо в один глаз визиря. Отец выругал меня.

– Отец, я не знал, что ружье заряжено! – сказав это, я заплакал. Визирь очень разгневался. Но, боясь отца, он ничего не мог мне сделать. Забрав охотничью добычу, мы вернулись в город. Прошло три-четыре месяца, и отец мне сказал:

– Сын мой, я отправляюсь в поход, а ты поезжай к дяде, будешь там учиться. С тех пор как визирь ослеп на один глаз, у него очень изменился характер в плохую сторону. Я боюсь, как бы он в мое отсутствие не сделал тебе вреда!

Отец на второй день в сопровождении нескольких воинов отправил меня в город Бустан, где падишахом был мой дядя.

Месяц-другой я прожил у дяди в качестве гостя, а потом стал учиться в школе, где учились сын и дочь дяди. Сын дяди Ходжа-Турсун был старше меня на четыре года. Когда мы проучились два года, я узнал: сын дяди влюбился в свою родную сестру Тулган-ой. Она же влюбилась в своего брата. Узнав это, я ужаснулся, но дяде об этом не сказал.