Узбекские народные сказки. Том 2
Шрифт:
Вдруг загудели карнаи, побежали ясаулы с палками и плетками, расчищая дорогу, палачи с топорами повели к виселице отца Рустама, а за ним еще сорок семь дровосеков и их жен. Руки у всех были за спиной связаны, лица белее воска стали. Как увидели дети в клетках своих отцов, матерей, крики-стоны всю площадь заполнили. А на площади на возвышении сидел сам господин хаким, а вокруг него баи, сотники, тысячники, начальник виселицы, приставы, стражники.
Выехал вперед Салимбай на своем буланом коне и громко начал читать горожанам приказ хакима про тех, кого привели вешать. Тут опять карнаи заревели. Палачи бросились к несчастным и начали надевать на шеи им петли.
Салимбай, довольный, свою серебряную табакерку достал, хотел было себе табаку отсыпать, как вдруг чья-то сильная рука схватила его за плечо, приподняла и с коня наземь скинула.
Хотели ясаулы схватить ту руку, которая Салимбая повалила, но и сами на землю повалились. Палачи попытались приказ выполнить, как вдруг на их головы упало толстое бревно и всех их к земле придавило. Оглянулись дровосеки и увидели, что медведица их от палачей освободила.
В толпе вдруг закричали:
– Смотрите! Смотрите! Это ж Рустам Салимбая с коня сбросил!
И все подхватили:
– Рустам жив! Рустам пришел!
Тут такая суматоха началась, и все смешалось. А когда ярость народа улеглась, нашли на площади тридцать мертвых палачей, да две сотни ясаулов, да поломанные железные клетки и среди них тело мертвого Салимбая.
Подняли люди своих детей на плечи, Рустама добрым словом похвалили и двинулись все в лес. Впереди шел, ведя под руку отца, Рустам, а рядом с ними Сиддык-сапожник со своей дочерью.
Шел сапожник сначала молча, только улыбался время от времени, а потом сказал Рустаму:
– Помнишь, что я тогда в лесу тебе рассказывал. Да только тот человек, нарядившийся женщиной, не дал мне свой рассказ до конца довести.
Рустам ответил:
– Я это всю свою жизнь помнить буду.
И попросил сапожника:
– Вот теперь, пока мы идем, продолжите свой рассказ.
Сиддык-сапожник взглянул на свою дочь. Зухра застеснялась, глаза опустила. А Сиддык сказал:
– Так вот, та девушка, которая так верно своего любимого ожидала, которая из-за него такие муки от злого деспота принимала, это же моя Зухра, которая рядом с тобой идет.
Рустам быстро кинул взгляд на Зухру. Увидал он, как щеки девушки покраснели, словно гранат, и какое-то удивительное чувство его охватило. Никогда еще в жизни такого чувства Рустам не испытывал. Шел он и молчал.
Долго ждал Сиддык-сапожник, когда же Рустам слово скажет. Наконец будто вспомнил что-то Рустам и спросил:
– Да, а скажи мне, кто же тот богатырь, про которого ты рассказывал? Где он?
Улыбнулся Сиддык и сказал:
– Кто богатырь, спрашиваешь, которого Зухра ожидала? Да он же тот самый пахлаван, который об этом спрашивает.
Придержал Рустам свой шаг, приостановился и глянул на отца. Улыбнулся отец Рустаму, ответ Сиддыка улыбкой подтвердил.
Утренние ветерки в ветках шумят, старые деревья тенью друзей встречают. Скоро весь лес радостью наполнился. К людям, которые гнет терпели, столько мук пережили, пришел богатырь Солнечной страны, и начиналась у них жизнь вольная, радостная, счастливая.
Долго ждал Сиддык-сапожник, когда же Рустам слово скажет. Наконец будто вспомнил что-то Рустам и спросил:
– Да, а скажи мне, кто же тот богатырь, про которого ты рассказывал? Где он?
Улыбнулся Сиддык и сказал:
– Кто богатырь, спрашиваешь, которого Зухра ожидала? Да он же тот самый пахлаван, который об этом спрашивает.
Придержал Рустам свой шаг, приостановился и глянул на отца. Улыбнулся отец Рустаму, ответ Сиддыка улыбкой подтвердил.
Утренние ветерки в ветках шумят, старые деревья тенью друзей встречают. Скоро весь лес радостью наполнился. К людям, которые гнет терпели, столько мук пережили, пришел богатырь Солнечной страны, и начиналась у них жизнь вольная, радостная, счастливая.
Перевод А. Мордвилко.
ДОЧЬ ПАСТУХА
(Примечания в конце сказки).
Жил-был когда-то в далекой стране пастух. Жена у него умерла, оставив ему одну-единственную дочку.
Вскоре пастух женился на вдове.
Новая жена привела в дом свою дочь.
Злая мачеха издевалась над падчерицей. Свою дочь она каждый день кормила сдобными лепешками, а падчерице давала кусок черствого хлеба и заставляла выполнять всю тяжелую работу в доме.
У девочки от родной матери остались корова да петух с курицей.
Мачеха каждый день прогоняла девочку в поле и, дав ей целую охапку хлопкового волокна, наказывала: «Паси корову да напряди ниток».
Где-нибудь в поле, поставив перед собой прялку, девочка принималась за работу. День-деньской она пряла нитки, в полдень быстро съедала кусок черствого хлеба, размочив его в воде, и снова пряла до захода солнца. Но никак не успевала она напрясть и половины пряжи. Мачеха била бедняжку, таскала ее за волосы, щипала до синяков.
Пастух во всем потакал жене и боялся заступиться за родную дочь.
Однажды девочка сидела в поле и пряла, присматривая за коровой. Вдруг налетел сильный ветер, подхватил хлопок и унес.
Девочка побежала за хлопком.
Бежит она следом, только захочет схватить хлопок, как ветер снова подхватывает его и гонит все дальше и дальше.
Бежала, бежала бедняжка, а ветер дул все сильней, унося хлопок в сторону высоких холмов, и наконец загнал его в пещеру.
Девочка вбежала в пещеру, смотрит, а там сидит седая старушка с приветливой улыбкой на лице. Это была добрая волшебница.
Приложив руки к груди, девочка сказала:
– Здравствуйте, бабушка!
– Здравствуй, здравствуй, дочка, иди-ка сюда! Какая беда стряслась над твоей головкой? – участливо спросила волшебница.