Чтение онлайн

Подумал Гуль и говорит:

– Прежде, чем вас объявят женой бая, вы скажите людям: «Сабирбай пир на сорок дней устроит. Но прежде, чем я стану его женой, он должен исполнить еще одно условие: пусть он расскажет повесть про Гуля и Сунбуля. А если сам рассказать не может, пусть найдет человека, который эту повесть знает!» А ведь кроме меня никто ее не знает.

– Хорошо, – сказала жена. – Я так и скажу завтра, как вы советуете.

Когда на следующий день пир к концу подходил, красавица вышла к людям и сказала то, чему научил ее Гуль. Растерялся Сабирбай, потому что ничего не знал о Гуле и Сунбуле. Пошел он к шаху и рассказал ему про требование девушки.

Заинтересовался шах и подумал: «Что это за повесть обо мне и моем любимом брате?»

Но вслух сказал только:

– Ну что ж, завтра созовем народ со своего города и спросим. Найдется, наверно, такой человек, что эту повесть знает.

На следующий день шах Сунбуль созвал народ и приказал спросить:

– Кто знает повесть про Гуля и Сунбуля?

Все молчали. Не нашлось среди собравшихся ни одного человека, который мог бы рассказать эту повесть.

Тогда шах спрашивает:

– А есть ли кто-нибудь, кто не явился сюда?

Тут вышел один человек и сказал:

– Падишах! Не пришли только ваш садовник и юноша, что у него живет.

Сунбуль тотчас же послал за ними. Гуль пришел в старом халате, на голову шапку надел, и Сунбуль не узнал его.

– Знаешь ли ты историю Гуля и Сунбуля? – спросил шах у Гуля.

– Знаю, – отвечает Гуль.

И Гуль начал рассказывать про все, что с ним случилось, и рассказал про охотника. Вызвал шах из толпы этого охотника. Стал Гуль дальше рассказ вести – и миршаба позвали. Дошел рассказ до Сабирбая. Шах его тоже вызвал. Сидят охотник, миршаб и Сабирбай и дрожат от страха.

А Гуль, прежде чем закончить рассказ, подозвал к себе ту женщину, которая его из топки вытащила и ноги ему лечила а потом и садовника, который вытащил сундук из воды.

– Вот и весь рассказ, – говорит Гуль. – Вот кто добро мне сделал, кто помогал мне в беде, – эта женщина и этот садовник. А вот те, что погубить меня хотели, – этот охотник и стражник-миршаб. А вот и купец Сабирбай, который, чтоб жену у меня отнять, запер меня в сундук и в реку бросил, а потом пир на сорок дней и ночей устроил.

Тут Гуль сбросил с себя старый халат, сбросил шапку с головы и воскликнул:

– Смотрите! Я вовсе не нищий! Я и есть тот самый Гуль! А вы, падишах, мой старший брат Сунбуль.

Подошел Сунбуль к брату и крепко обнял его. А потом приказал охотника, миршаба и Сабирбая повесить. Садовника же и ту добрую женщину, которая Гуля из топки спасла, благодарить стал, дал им много золотых монет, велел им хорошие дома построить, почет и уважение оказывать. С тех пор стали садовник и эта женщина для Гуля и Сунбуля как отец с матерью. Шах брата своим визирем назначил. А по случаю того, что Гуль жену свою нашел, устроил пир. И длился этот пир сорок дней и сорок ночей. Так братья достигли исполнения своих заветных желаний.

Перевод А. Мордвилко.

Говорят, жил когда-то кровожадный хан. У хана было сорок жен, но только самая молодая из них родила ему сына. Вырос он во дворце под присмотром всяких нянек и мамушек.

Хан трясся над ним, следил, чтобы даже дуновение ветерка не коснулось его лба.

Ханский сын вырос не в отца, жизнерадостным и добрым юношей. Он часто уходил из дворца и бродил по улицам города, раздавал милостыню вдовам и сиротам, беседуя с простыми людьми. Хан не считал нужным препятствовать этим встречам, но едва юноша удалялся, как его собеседников хватали ханские палачи и предавали лютой смерти.

В один из дней во дворце была получена весть, что близ столицы появился дикий кабан. Он топтал посевы, пожирал урожаи и нанес большой ущерб дехканам. Немало погубил он и охотников, которые пытались его убить.

Узнав об этом, ханский сын по доброте своего сердца решил избавить дехкан от горя и несчастья.

Украдкой от отца он переоделся и, взяв оружие, собрался в лес. Привратнику он сказал:

– Если через три дня вернусь, значит вернусь, а если нет – считайте, что я умер.

В лесу сын хана вступил в схватку с кабаном. Два дня и две ночи продолжалась битва, и на третий день кабан одержал верх. Сын хана нашел свою гибель.

Тем временем хан забеспокоился и послал в лес людей искать сына. Долго они искали его, наконец в одном месте увидели разбросанную одежду и оружие юноши. Бездыханное тело его лежало под одиноким деревом. Ужас обуял ханских людей, ибо хан предупредил, что тому, кто принесет плохие вести, он прикажет распороть живот и налить туда расплавленного свинца.

От страха никто не знал, что и делать.

В тех горах жил певец – пастух Али. Ханские люди рассказали ему обо всем случившемся и попросили:

– Теперь ты нам укажи выход, как мы должны известить хана о несчастии.

Пастух Али им ответил:

– Не печальтесь. Я избавлю вас от злой участи.

Пастух взял вырезанный из одного куска дерева дутар, повязал свой халат поясным платком, надел свою меховую шапку и заявил:

– Ну, пойдемте к ханскому порогу.

Когда пришли ко дворцу, пастух взял в руки дутар и начал тихонечко перебирать на нем струны.

Дутар застонал, заплакал. Пел дутар о том, как юноша пошел в лес, как сражался с кабаном и как, наконец, погиб. Стоны дутара достигли ушей хана, и он понял, что сын его погиб.

– Палач! – завопил в гневе хан. – Распори животы людям, пришедшим из лесу, и налей в них расплавленного свинца.

Но пастух возразил:

– Эй, хан, ты совсем потерял разум. Ведь печальную весть не мы, а дутар тебе принес.

Хан растерялся и не знал, что ему делать. В ярости он заставил палача влить расплавленный свинец в дутар.

А люди, благодаря мудрости пастуха Али, избавились от тиранства жестокого хана и сохранили жизнь.

Перевод М. Шевердина.

На краю оврага стоял маленький домик. Жили в домике четверо: старик со своей дочерью Зумрад и жена старика со своей дочерью Киммат.

Старуха свою родную дочь Киммат любила, а падчерицу Зумрад ненавидела. Бедную Зумрад она и била, и ругала, с утра до вечера работать заставляла, ни минуты покоя ей не давала.

А Зумрад была девушка красивая, приветливая, умная. Увидишь ее – сколько ни смотри, не наглядишься; заговоришь с нею – сколько ни говори, не наговоришься.