Чтение онлайн

— Просила… — следующий шаг, точнее слово из заиканий служанки.

— Передать? — предполагаю я.

— Ага! — обрадовалась девчонка.

Ну, надо же: у меня все задатки провидицы!

— Что передать? — приходится поторапливать ее, а то такими темпами мы к зиме управимся.

— Просила передать… — Миришке удалось связать в единое целое аж два слова — явный прогресс, но не достаточный, потому как ее заело на этой фразе. — Просила передать… Просила передать…

Мда, тяжелый случай. Но у меня нет желания ждать окончания сего дивного повествования. Значит, придется помочь Миришке выразить мысль и закончить передачу послания.

— Дама Эредет, леди Хафела просила передать… — связала в одну цепочку я предыдущие слова.

— Передать… — вновь кивнула девчонка и, ура, продолжила — Что за нед… над… леж…

Всевышний, а это-то что значит? Как перевести с испуганного языка на человеческий? А Миришка все спотыкается:

— Над… леж… недлеж… ее…

— Ненадлежащее? — божественная искра озарила мое измученное сознание.

— Ага! — от радости Миришка аж подпрыгнула.

— Дама Эредет, леди Хафела просила передать, что за ненадлежащее… — я вновь связала в единую цепочку произнесенные слова.

— За нед… над… — опять начала девчонка.

— Нет! — меня пробило на крик, но я быстро взяла себя в руки. — Давай ты скажешь, что дальше говорилось?

Служанка молча кивнула, с опаской глядя на мою скромную персону.

— И? — пришлось намекнуть.

Собравшись с духом, Миришка протараторила:

— … поведение вам приказано не покидать комнату до завтрашнего утра!

Оттарабанила и испуганно уставилась на меня, только сейчас осознав, что, во-первых, она все-таки передала распоряжение и, во-вторых, послание не самое приятное, кто знает, как я отреагирую. Вообще-то за все время пребывания в замке я ни разу не повысила голос, ни с кем не вступала в спор, до сегодняшнего дня не перечила, о смене ипостаси вообще молчу, но почему-то меня опасались. Вот и сейчас Миришка вся сжалась, даже голову в плечи втянула, будто ждала, что я кинусь на нее, как взбесившийся оборотень на невинную девицу. Странные они, ей-ей!

— Хорошо, можешь передать, что я… — язык не поворачивался сказать "подчиняюсь приказу", все внутри восстало против мысли о подобном. Пришлось пересилить свою гордость и буквально выдавить из себя — Останусь в комнате.

Мы с гордостью, или что там у меня в позу встало, пришли к компромиссу: я не стала говорить, что подчиняюсь приказу, но согласилась остаться в комнате до утра. Не слишком мудро, на мой взгляд — это я о подчинении, но…

Выпроводив Миришку за дверь — она от испуга еле ноги передвигала, я принялась за обед и ужин в одном лице. Да не есть его я стала, совсем наоборот: ну кто в здравом уме станет есть морковь в таком количестве? О лошадях и кроликах я не говорю! По счастливой случайности окно моей комнаты выходит не во внутренний двор — это я выяснила на второй день пребывания в замке, первый, как известно, я проспала. Осторожно подняла плошку с пюре и с радостью отправила его в дальний полет. За пюре последовала жареная морковь, легко и свободно покинув пределы замка — не в первый раз все выкидываю. А вот с соком у меня всегда неприятности: то на пол разольется, то на платье хлюпнется. Видимо, за свои страдания я заслужила немного благости, и сок практически без последствий покинул глиняный сосуд, лишь пара капель скользнула по пальцам. М-м, а сок был ничего — в меру сладкий, в меру холодный. Может, зря я его выплеснула? Воды-то мне вряд ли кто подаст, как никак наказанная. Эх, что ж теперь жалеть, да и не самая большая это проблема в моей жизни.

— Скорей бы… эах… письмо дошло… — едва сдерживая зевоту, поделилась я с зеркальцем.

Да, скорей бы дошло: боюсь представить, какой поиск может устроить маман, а папа ее, как всегда, поддержит. Вообще за всю свою относительно короткую жизнь я помню только один случай, когда мнение папа не совпало с мнением маман, и он его отстоял: Сарга тогда исполнилось четырнадцать и, наслушавшись военных баек кузена Руфьяна (на самом деле его звали иначе, но только слишком заковыристо, что даже родители путались во всех его именах без исключения), возжелал обучаться в Академии Воинов и Рыцарей. Маман не видела в том ничего предосудительного, но папа… Никогда не видела его в таком гневе, даже когда Сарга измудрился расколоть его лук, папа не ругался столь сильно. А тут… И сколько маман не уговаривала, сколько брат не грозился сбежать самовольно, папа был тверд. Устав от всех препираний, он сказал: "Пока я жив, ноги детей моих не будет в этом бедламе и скопище гнилости, как и Руфьяна в моем доме!" Маман тут же приняла сторону папа, и брату волей неволей пришлось согласиться: не обладая золотым даром, подобно мне, при весьма скромных собственных сбережениях, путешествовать на тот край Фелитии в неизвестном направлении не слишком разумное решение, а Сарга завсегда отличался разумностью и рассудительностью, ну, если отбросить все его мальчишеские выходки. Вскоре представился случай поучаствовать в настоящем рыцарском турнире, да не в качестве оруженосца, а полноправного участника воинства рыцарского (это когда толпа рыцарей собирается и непонятно с какой радости идет войной на такую же толпу рыцарей. Бьют друг дружку не сильно — пока кто-нибудь не упадет. То воинство, чьих рыцарей больше останется на ногах, объявляется победителем. Потом все вместе, забыв, кто за какое воинство сражался, идут в ближайший трактир и дружно празднуют победу!), так что Академия была на время забыта. После подсчета синяков и ушибов по результатам турнира даже слово «академия» для братца было большим ругательством.

Что-то я раззевалась, но спать вроде бы не хочется. Я так, только полежу чуть-чуть… Все равно на голодный желудок не поспишь… Просто закрою глаза, чтобы солнечный свет не так слепил… Странно — окно выходит на восток и после полудня солнца быть здесь не должно… Наверное… Тогда что ж так сверкает?.. Нет, спать я не буду… Всего лишь полежу… совсем чуточку…

Бывает так, проснешься и не знаешь отчего, что спугнуло хоровод сновидений. Да и не пробуждение это вовсе: дрема властвует над телом, мысли плавно текут, словно лодочка в речном тумане, но что-то чувствуется, что-то, происходящее вокруг тебя. То ли взгляд злобный, то ли шорох, то ли стук дверной щеколды разбудил меня. Но сон не покинул еще обитель разума, и двигаться совершенно не хотелось. Это-то меня и спасло, а может и нет. Кто-то явно заходил в мою комнату. Только почувствовав, что осталась одна, я открыла глаза и огляделась. За окном царили сумерки, вечерняя прохлада потихоньку струилась сквозь открытые створки. Покой и тишина. Слишком подозрительные…

Так и есть: за дверью кто-то шебуршал. Памятуя, что подслушивающий хорошего о себе не услышит, я все же решила покинуть постель и на цыпочках подобраться к двери. Хм, можно было и обычным шагом идти — в коридоре так пыхтели, что протопчись я как слон (вообще-то никогда слона не видела, но папа как-то рассказывал, что это очень большое животное на четырех ногах, с огромными ушами и длинным-длинным носом, который почему-то именуется хобот), и не заметили бы. А вот разговоры ведутся вполголоса.

Буквально влипнув в дверь, сумела разобрать, весьма сносно правда, разговоры.

— Ты уверен, что она не проснется? — ого, как яростно шипеть может тетушка Хафела.

— Да, госпожа, конечно, госпожа! — даже шепот у Бибиру получается подобострастным.

Хм, похоже, народ не жаждет моего пробуждения. С чего бы это?

— Правда?

— Да, госпожа, я добавил сонные капли и в пюре, и в жаркое ("жаркое"? Что это он так обозвал?), и в сок! Весь запас, что знахарь Захан давал.

— Весь кувшин? — Хафела едва не разрушила всю конспирацию удивленным криком.

— Весь, госпожа! — в голосе Бибиру слышалась гордость собой.

Гм, меня пытались убить или усыпить? Такое количество сонных капель, наверное, и того слона свалит наповал! Зачем же так изощряться? Теперь понятно с чего меня в сон потянуло. А ведь я всего лишь пару капель с ладони слизнула!

Вообще, это даже смешно: эти заговорщики специально под дверью стоят и рассказывают свои злодейские планы в отношении невинной девицы, то бишь меня? Я думала, такое бывает только в книгах, что кузина Франчина давала читать. Там все героини сплошь бедные, несчастные, слегка безумные (ну, а какая разумная девушка попрется неизвестно куда по собственному почину и вопреки советам окружающих, причем без денег, друзей и прочего?), но очень добродетельные девушки на выданье, герои — ветреные, безбашенные, нахальные, с закосом под разбойников, но очень милые и добрые внутри, а злодеи только и жаждут, как бы поделиться своими планами с главными героями, чтобы те успели все исправить. Но вот же происходит, причем со мной, да еще и наяву!

А разговор продолжается:

— Проследи, чтобы и утром она не выходила! — вновь «зашептала» Хафела.

— Конечно, госпожа!

— Не дай Всевышний, попадется на глаза пастырю Страуму! Говорят, он по утрам любит молиться на свежем воздухе, а тут она! Вдруг сболтнет еще, не приведи Всевышний, про замужество!

Выходит, меня «усыпили» из-за приезда какого-то пастыря Страума (а может Страуму? Не представлен он мне лично, увы)? Кто ж такой этот пастырь, что Хафела забеспокоилась до состояния полнейшей истерики? А «заговорщики» не утихают:

— Замки повесь на обе стороны засова! — опять шипит тетушка Хафела.

— Да, госпожа!

Мда, зачем на обе-то стороны вешать? Дверь только в одну открывается. Ну, можно конечно и с петель сорвать, да только зачем?

— Эх, Савер — лагодник! Плохие замки подсунул — никак не хотят закрываться! — почти во весь голос застонал Бибиру.

За что и получил от госпожи, о чем явственно свидетельствовали звуки снаружи. Честно говоря, только сонные капли и удержали бы меня от пробуждения после такой «тишины».