Чтение онлайн

— Не такой? А давно ли ты его знаешь? — ироничный, даже слегка надменный взгляд в мою сторону.

Всего несколько часов. Не слишком долго, чтобы быть уверенной в своих утверждениях.

— Я не говорю, этот эльф плохой или заносчивый, просто он — эльф, с раннего детства слышавший о величии своего народа, и если у него хватит ума быть терпимей к окружающим, то честь ему и хвала. Но все это ты узнаешь потом, если еще захочешь, да и случай представится, — немного грустно улыбнулась наатцхешта. — А мне пора.

Наатцхешта пошла прочь, взмахнув плащом, словно крыльями.

— Постой, наатцхешта! — Всевышний, я же о Фларимоне так и не спросила!

— Лета, просто Лета, — отозвалась девушка, остановившись, но не поворачиваясь.

— А как же Фларимон?

— Цветет и пахнет, в смысле здравствует.

— И где его искать?

— Веснушка, о чем мы все это время говорили? — в голосе наатцхешты послышалась обреченность. — Ну, скажу я тебе, где он сейчас, могу даже подсказать, где будет завтра и послезавтра, но толку? Я дам тебе только один совет: слушай, что говорят вокруг. Ты обязательно услышишь нужное.

— Ну, хоть в какой стороне? А?

— О-о… И за что я все это терплю? На север, следуй на север, — горестно выдохнула Лета и растворилась в воздухе.

На север… Звучит не слишком обнадеживающе, но лучшего пока не предвидится. И вообще, холодно. Пора к костру вернуться. А там плащи мои лежат. Тепленькие, большие, удобные… Главное, чтобы никто не проснулся и не заметил моего отсутствия, а то еще подумают всякое.

Костер не потух, но отнюдь не благодаря стараниям одного из близнецов Феве, оставшегося дежурить. По причине большой лени ветки для поддержания огня сложили совсем рядом с костром. Со временем костер прогорел, но языки пламени, не желая гаснуть, сумели добраться до оставленных веток, и занялись тихим огоньком. То-то Жармю весь скукожился под плащом. А нечего было отказываться от ночного дежурства, ссылаясь, что ужин готовил он.

А мои плащи так и лежат, как я их оставила. Повезло, хоть не рядом с костром, не то давно огнем занялись бы. Теперь поскорей завернуться и чуть-чуть поспать.

— Решила последовать народной мудрости: "Отойдем да поглядим: хорошо ли мы сидим"? — внезапно раздался тихий, но совсем не сонный голос эльфа.

Ой… Вот я и говорила, что все утверждения об эльфийском слухе правда. Это наатцхешта сомневается.

— А мы разве сидим? — шепотом отзываюсь.

— Ну, спим. Это ведь так — образное выражение, — пояснил Эфиан, внимательно глядя на меня.

— О-о… Нет, я прогуляться решила, — пытаюсь говорить ровным голосом, будто ничего и не случилось.

— Не замерзла на прогулке?

— Замерзла, — честно признаюсь, стараясь, чтобы голос не дрожал.

— Что интересного видела? — продолжил тихо интересоваться Эфиан.

— Звезды, — и тут почти честна, ведь они такие яркие, такие красивые.

Звезды низко висят, кажется, рукой достать можно, словно сами в ладони просятся. Ан нет, не коснуться и кончиками пальцев. Только и остается, смотреть на них. Что мы с наатцхештой и делали.

— А-а. Ну-ну, бывает, — выдохнул Эфиан и повернулся на другой бок.

Видимо будет спать. Интересно, он давно проснулся? Или только что? Стоп, довольно вопросов на сегодня, тем более ответы мне сейчас не узнать. Так почему бы и мне не последовать примеру остальных и не попытаться уснуть?

Ясная звездная ночь сменилась туманным утром, принесшим вполне понятную сырость, да грусть в придачу. Не замерзли мы только благодаря самоотверженности, но скорее себялюбию Жармю: ближе к рассвету, устав от холода кутаться в одеяло, он сменил Феве на посту и развел костер пожарче. Но настроение все равно было хмурое.

— После Хледвига дороги наши разойдутся. Мы едем в Кенель, а вы… — начал разговор за кружкой травяного отвара Эфиан.

— В Страйн…

— В Шуюк… — выдали мы одновременно с Сирин.

Жармю только презрительно хмыкнул, как бы говоря: вот она — женская логика, точнее полное отсутствие ума. Эльф тоже придирчиво посмотрел на нас, но столь открыто выражать эмоции не спешил.

— Что ж… Спасибо за доставку плаща… — начал прощальную речь эльф, прям как на изрядно затянувшемся застолье.

— Не стоит благодарности, — тут же расцвела Сирин, не дав сказать слова прощания. — Мы всегда рады помочь ближнему. И принести что, и подать, и проводить в Кенель. Ведь долг так велит: помоги страждущему, напои жаждущего, обогрей замерзающего!

По мере того, как слова горохом сыпались с уст Благочестивой, лица у Эфиана и Жармю вытягивались. Еще бы, такой подарок обрести. Я бы на их месте терпеливо снесла наше присутствие до Кенеля, а там смылась при первой же возможности любыми путями. Даже если эту возможность надо было бы устроить. По здравому размышлению они тоже так поступили, то есть молча стали седлать лошадей, благородно оставив нам уборку стоянки, не пытаясь попрощаться.

Первая лига пути прошла спокойно, я бы даже сказала лениво: то ли не все выспались, то ли торопиться не хотелось. Как оказалось, такой расклад не всех радовал. Жармю уже несколько раз бросал выразительные взгляды на нас, то и дело сдерживая коня. Эфиан пошел дальше: еще через лигу он стал вежливо намекать, мол, не поторопиться ли нам. Окружающие были не против, практически. Разве что Сирин не хотелось так быстро потерять возможность произвести на Жармю впечатление, да Зорька была решительно не согласна двигаться быстрей.

— Эредет, покорнейше прошу меня извинить, — начал издалека Эфиан, но быстро стушевался под моим выразительным взглядом (очень надеюсь, что выразительным, а не безумным!). — А может ли твоя кобыла ехать быстрее?

— Сомневаюсь, — честно ответила я. — Она не любит спешки, суматохи. Да и излишней чувствительностью не страдает.

— Но мы же не можем вечно плестись! — встрял в разговор с гневной репликой Жармю.

— Не можем, — покорно согласилась я. — Только мне неизвестны средства, которые могут заставить Зорьку прытко скакать.

— Ну, этому мы поспособствуем, — неожиданно заулыбался эльф. — Как там говорится? Помогать ближнему? Вот мы и поможем…

С этой загадочной фразой он приблизился ко мне так, что лошади стали недовольно фыркать друг на друга, намекая на нежелательность соседства. Эльф ободряюще улыбнулся и зачем-то склонился позади меня.

Миг, непонятно почему, растянувшийся на минуты… И Зорька обиженно взвивается вверх, молотя передними копытами. Небо как-то сразу метнулось к ногам и я… Ой, куда это я? Я… падаю…