Чтение онлайн

Утром в пятницу, 2 января 1976 года, Джордж вышел из дома. Следы копыт все еще были видны на замерзшем снегу. Отпечатки тянулись мимо будки и вели по направлению ко входу в гараж. Джордж потерял дар речи, когда обнаружил, что дверь в гараж была практически оторвана от металлического косяка.

Джордж помнил, что точно запирал на замок эту тяжеленную дверь. Для того чтобы сорвать ее с петель, нужно было, во-первых, наделать великого шума, а во-вторых, обладать совершенно нечеловеческой силой.

Джордж застыл, пристально рассматривая следы и разрушенную дверь. На память в этот момент пришел тот день, в который утром он обнаружил, что парадная дверь взломана, а к ночи увидел свинью за спиной Мисси в окне ее комнаты. Он вскрикнул: «Что, черт возьми, тут происходит?» – и протиснулся в гараж через покоробленную дверь.

Джордж включил свет и осмотрелся. В гараже все так же стояли его мотоцикл, детские велосипеды, электрическая газонокосилка, оставленная прежними хозяевами, старая машина с газовым мотором, которую Джордж пригнал из Дир-Парка, садовая мебель, инструменты, оборудование, банки с краской и маслом. На бетонном полу гаража тонким слоем лежал снег, налетевший через полуоткрытую дверь. Все говорило о том, что варварское вторжение произошло несколько часов назад.

– Есть тут кто-нибудь? – крикнул Джордж. Но только шум ветра, поднимавшегося на улице, был ему ответом.

По дороге в офис Джордж все более и более сердился. Если и был в нем страх перед неизвестным, то он рассеялся при мысли о том, сколько ему придется заплатить за восстановление взломанной двери. Он понятия не имел, заплатит ли ему страховая компания за случай, который не поддавался разумному объяснению. Ему сейчас явно были нужны две-три сотни долларов на дополнительные расходы.

Джордж не помнил, как он, маневрируя своим «фордом» на опасных дорогах, покрытых снегом и наледью, добрался до Сиоссета. Он был сильно раздосадован тем, что он не в состоянии понять причину своих несчастий, и эта досада заглушила в нем инстинкты самосохранения. В офисе он сразу приступил к текущим делам и на несколько часов забыл обо всем, что связано с домом 112 по Оушен-авеню.

Перед отъездом на работу Джордж рассказал Кэти о гаражных дверях и следах на снегу. Она попыталась дозвониться до матери, но трубку никто не взял. Кэти вспомнила, что Джоан всегда отправлялась по магазинам утром в пятницу, чтобы не толкаться в толпе в супермаркете в субботний день. Она отправилась наверх в спальню, чтобы сменить белье во всех комнатах и пропылесосить ковры. О том, чтобы как следует привести в порядок весь дом и обо всех подробностях того, что предстояло сделать, Кэти задумалась впервые. Она чувствовала, что если до возвращения Джорджа не уйдет с головой в дела, то просто сойдет с ума.

Закончив надевать на подушки свежие наволочки и складывая стопкой чистое белье, она вдруг почувствовала, что кто-то обнял ее сзади. Она застыла на месте и потом непроизвольно спросила:

– Дэнни?

Захват вокруг ее талии стал жестче. Он был сильнее знакомого женского прикосновения, которое она испытала ранее, на кухне. Кэти почувствовала, что ее держит именно мужчина, и что сжимает он ее тем крепче, чем отчаяннее она вырывается.

– Дайте мне пройти! – плачущим голосом попросила она.

Внезапно давление ослабло, Кэти почувствовала, что невидимые руки отпустили ее талию, а затем поднялись и схватили ее за плечи. Она медленно повернулась, чтобы открыто противостоять тому, кто незримо присутствовал рядом с ней.

В ужасе она ощутила все тот же запах дешевых духов, проникающий во все углы и щели большого дома. Затем еще одна пара рук схватила ее за запястья. Кэти рассказывала позднее, что она чувствовала: рядом с ней шла борьба за обладание ее телом, и она, так или иначе, оказалась в западне между двумя могущественными силами. Побег был невозможен, и ей стало казаться, что она умирает. Давление на ее тело стало таким мощным, что Кэти потеряла сознание.

Когда она пришла в себя, то обнаружила, что лежит, наполовину свесившись с кровати, и голова ее почти касается пола. Привидения исчезли. Она позвала Дэнни, и сын быстро прибежал на крик. Кэти не знала, сколько времени она была без сознания, но ей казалось, что прошло не более минуты.

– Позвони отцу в офис, Дэнни! Живее!

Дэнни вскоре вернулся.

– Взял трубку какой-то человек. Он сказал, что папочка только что выехал из Сиоссета. Он думает, что папочка возвращается сюда.

Джордж вернулся домой чуть позже полудня. Доехав до Амитивилля, он свернул на Меррик-роуд и остановился у «Напитка ведьм», чтобы выпить кружечку пива.

В баре было тепло и пусто. Музыкальный автомат и телевизор молчали, было слышно только, как бармен моет стаканы. Бармен с порога узнал Джорджа.

– А, привет! Рад снова видеть тебя!

В ответ посетитель кивнул и встал у стойки бара.

– «Миллер», – заказал он.

Джордж наблюдал за барменом, пока тот наполнял кружку. Это был молодой человек лет под тридцать, полноватый, с брюшком, явно он любил потягивать пиво, которым торговал. Джордж сделал большой глоток, опустошив высокую кружку наполовину, прежде чем поставить ее на темную деревянную стойку бара.

– Давайте побеседуем, – предложил Джордж. – Вы знали семью Дефео?

Молодой человек снова начал мыть стаканы.

– Да, знал, – ответил он, кивнув, – а что?

– Сейчас я живу в их доме, и…

– Я знаю, – перебил бармен.

Джордж с удивлением поднял глаза.

– В первый раз, когда вы зашли сюда, вы сказали, что только что переехали в дом на Оушен-авеню, сто двенадцать. А это как раз то место, где жили Дефео.

Джордж допил пиво.

– А они когда-нибудь заходили сюда?

Бармен поставил чистую кружку и вытер руки полотенцем.

– Только Ронни. Иногда он заходил с сестрой, которую звали Дон. Хороший парень. – Он взял пустую кружку Джорджа. – Знаете, вы очень похожи на Ронни. Борода и все прочее. Хотя, думаю, вы старше него.

– Он когда-нибудь рассказывал о своем доме?

Бармен поставил перед Джорджем полную кружку.

– О доме?

– Да, именно. Говорил ли, что в нем происходит нечто странное? – Джордж сделал один глоток.

– Думаете, там сейчас нечисто? Сейчас, после убийств?

– Нет-нет, – Джордж поднял руку. – Я только спрашиваю, говорил ли он что-нибудь перед… перед той ночью?

Бармен осмотрелся вокруг, чтобы лишний раз убедиться в том, что кроме них в баре никого нет.

– Лично мне Ронни никогда ничего подобного не говорил. – С этими словами бармен придвинулся к Джорджу. – И все же я кое-что вам скажу. Как-то они закатили у себя большую вечеринку, и отец Ронни нанял меня прислуживать им.

Джордж допил вторую кружку.

– Ну и как вам дом?