Чтение онлайн

Про себя она уже решила, что обязательно найдет его, даже если на это уйдут годы. Найдет только для того, чтобы сказать… нет так далеко в своей решимости она не заходила.

Что, как оказалось, было ошибкой, потому что вот он, перед ней, а она не знает, что ему сказать. Потеряла дар речи от изумления. И ноги подгибаются от слабости.

— Ты здесь что-то забыл и теперь приехал забрать?

— Да.

Какое ужасное разочарование! Но у нее не хватило времени его ощутить. Обронив это единственное слово, он двумя прыжками пересек комнату, и она не знала, что думать, пока он не схватил ее в объятия и не принялся целовать, жадно, словно изголодавшийся бродяга.

Нет, тут разочарованиям не место! Наконец-то! Ведь и ей смертельно недоставало его ласк, вкуса губ. Родного лица.

Все это время она стояла рядом с кроватью, так что Себастьян без труда увлек ее за собой и раздвинул коленом бедра. Шемизетка куда-то подевалась. Тяжело дыша, он зарылся лицом в ее груди.

— Господи, как я скучал по твоему запаху, твоим…

— Надеюсь, ты не собираешься смутить меня непристойностями? — поспешно перебила она.

Себастьян, отстранившись, расплылся в улыбке:

— А ты смутишься?

У нее не хватило духу ответить утвердительно: уж слишком широка была его улыбка.

— Возможно, нет.

— Я так и думал. Но так и быть, пойду на компромисс, — пообещал он, принимаясь лизать ее ушко. — Ты уже затеяла развод?

Озноб, вызванный ласками его языка, помешал ей мыслить связно, иначе вопрос наверняка бы ее встревожил.

— Не успела, — умудрилась все-таки пробормотать Маргарет.

— В таком случае, Мэгги, может, и не станешь с этим возиться?

Маргарет задохнулась от неожиданности, но он тут же добавил:

— Считай, что я попросил твоей руки.

Маргарет вдруг поняла, что он боится шевельнуться в ожидании ответа, но ей никак не удавалось совладать с непослушным языком. Слишком много счастья разом обрушилось на нее.

— Может, закроешь дверь? — выдавила она наконец.

Он оглянулся, проверяя, действительно ли оставил дверь открытой, но Маргарет тут же добавила:

— Считай, что я согласилась.

Их глаза встретились, и в его взгляде сияло то, что до сих пор она видела лишь однажды. Нежность. Столько нежности, что даже дыхание перехватывало.

— Собираешься признаться, что любишь меня? — спросила она.

— Во всяком случае, подумываю.

Маргарет тихо ахнула и что-то пробормотала. Себастьян, рассмеявшись, снова поцеловал ее, прежде чем сорваться с постели и захлопнуть дверь. На обратном пути он успел стащить сюртук и рубашку.

— Хотя у меня нет сомнений… — начал он.

— Еще бы они у тебя были!

— Я чертовски рад, что ты любишь меня, Мэгги.

— Так, что даже не желаешь это услышать?

— Не более, чем ты, хотя, если желаешь сказать это вслух, я не стану тебя останавливать.

— Конечно, люблю, негодяй ты этакий, — улыбнулась она.

Себастьян лег рядом и притянул ее к себе. Удивительно бережный поцелуй быстро сменился страстным, разжигая пламя желания. Только он был способен на такое!

— Господи, Мэгги, я в жизни не предполагал, что снова буду так счастлив. Я люблю тебя, дорогая, больше, чем полагал возможным.

Она поняла, что может сделать его еще счастливее, и попыталась объясниться:

— Мне следовало бы упомянуть…

— Остальное может подождать, — отмахнулся он, ухитряясь между поцелуями избавиться от своей и ее одежды. — Нам нужно в Эджвуд, но и это подождет. Все подождет… кроме этого.

С последним словом он вошел в нее, ловя губами стон наслаждения.

Может, предстоящая поездка в Эджвуд и пробудила в ней легкое любопытство, но Себастьян прав. И это, и все остальное может подождать.

Маргарет еще никогда в жизни так не подгоняли. Не во время их страстного свидания. О нет, последнее проходило в обычном ритме… ну, может, не совсем в обычном, поскольку накал желания диктовал весьма быстрый апофеоз, что заставило новобрачную смущенно краснеть… разумеется, потом. Но ничто не могло удержать умирающих от жажды людей, стремившихся припасть к прозрачному источнику.

Но когда она захотела полежать еще немного, насладиться еще не угасшим пламенем восторга, Себастьян что-то пробормотал себе под нос и объявил:

— У нас нет времени. Я приехал пораньше, но мы все равно опаздываем. Скорее.

Она пыталась, честное слово, пыталась, но, не зная, в чем дело, никак не могла собраться с нужной быстротой.

— Если бы ты в одном предложении объяснил, что заставляет нас так спешить…

— Нет. У тебя мгновенно возникнет тысяча вопросов, а мне сейчас не до этого. Кроме того, скоро ты получишь все ответы, так что поторопись!

Он одевался почти с такой же скоростью, как разделся, и даже помог ей влезть в амазонку сапфирового бархата, поскольку она оказалась единственным нарядом, до которого было ближе всего дотянуться. Но пуговицы были застегнуты криво, и Себастьян потащил ее к двери, даже не дав надеть чулок. Она едва успела натянуть ботинки на босу ногу!

Он уже приказал кому-то привести ее кобылку из конюшни. Какая жалость! Она-то воображала, что еще есть время вытянуть из него правду во время поездки в экипаже. Но бешеная скачка по бездорожью вряд ли способствует разговору по душам.

К тому времени, как впереди показался Эджвуд, она мирно плелась в хвосте его жеребца. Экипаж с Джоном и Тимоти медленно катился по аллее. Но Себастьян не остановился, пока не подскакал к входной двери. Однако все же соизволил дождаться ее и помог спешиться.

— Все-таки успели, — с облегчением объявил он. — Удивительно, особенно после того, как ты столько копалась.

— Я?! — ахнула она, — Это не я первая набросилась на тебя, бессовестный ты человек!

— Не ты, но очень хотела.

— Еще чего! — фыркнула Маргарет.

Он улыбнулся и погладил ее по щеке.

— Обещаю, что в следующий раз мы не покинем твою постель несколько часов, а может, и дней.

Маргарет неудержимо вспыхнула, потому что в этот момент подъехал экипаж и Джон с Тимоти скорее всего слышали последние слова Себастьяна. Однако они ничем не дали этого понять и радостно приветствовали Маргарет. Она же с удивлением наблюдала, как из экипажа выходят еще трое незнакомых людей. Двое походили на полицейских, да и подобные кепи Маргарет видела на французских жандармах.