Ужасный Круз
Шрифт:
– Почти. Мы въезжаем в порт. Отсюда и задержка. Здесь невозможно припарковаться.
– Хм, – очень помогла я.
– Похоже, Мишка – классный парень, – сказал Круз, и мое сердце пропустило удар.
Мишка действительно был самым классным парнем на планете Земля. Объективно говоря, конечно.
– Естественно. Он похож на меня.
– Но не внешне.
Повисло короткое молчание. Мой мозг кричал, чтобы я не поднимала тему Роба. Но мой болтливый рот погрозил ему пальцем и лунной походкой направился прямо к неприятному разговору.
– Ты ведь знаешь, что Роб вернулся, да?
Круз быстро кивнул.
– Это маленький город.
– Ты уже разговаривал с ним? – спросила я. – Вспоминали о старых добрых временах?
– Почему тебя это волнует?
Мы были уже на парковке, и Круз искал место, тащась за Buick, которым управляла девяностодвухлетняя женщина.
– Потому что вы лучшие друзья.
Неразлучные в подростковом возрасте.
Избранные в старшей школе Фэйрхоупа.
– Были, – поправил он. – И я собираюсь вскоре выпить с ним пива. Будет здорово. Я скучал по нему.
Конечно, скучал.
Они оба были самоуверенными всезнайками, просто в разных упаковках. Я не сомневалась, что Круз повел бы себя точно так же, как Роб, если бы я залетела от него в шестнадцать лет.
Внезапно я вспомнила все причины, по которым так страстно ненавидела Круза Костелло.
– Знаешь, что? – вздохнула я. – К черту. Я не смогу этого сделать. Я не могу быть милой с тобой.
– То же самое. Хотя было хорошо.
– Не для меня.
Он заехал на парковку.
Я отстегнула ремень.
– Так что можешь просто перестать притворяться джентльменом, когда я рядом. Я знаю правду.
Правду, из-за которой ты и получил по горлу.
Он недоверчиво усмехнулся, когда вышел из машины, обогнул ее и открыл багажник. Схватил мой ярко-розовый чемодан и швырнул его мне, заставив попятиться на босоножках с высокими завязками.
Он хотел заставить меня везти мой чемодан. Какой джентльмен.
– Теннесси?
– Да?
– Я настоятельно рекомендую тебе прямо сейчас снять туфли на высоких каблуках.
– Почему?
– Потому что мы побежим, и у меня уже как пять секунд нет желания тащить твой чемодан и твою задницу на корабль.
Мои ступни горели.
Это не метафора. Они буквально горели от бега босиком.
Сейчас они были размером с тарелку в «Джерри и сыновьях» и имели приятный оттенок красного, а полоски мертвой кожи напоминали бекон.
Я ковыляла, переваливаясь как уточка возле стойки регистрации, словно играла в игру «Пол – это лава». На прошлой неделе я сделала все, что входит в онлайн-регистрацию: оплатила Интернет и напитки, убедилась, что привязана правильная карта, распечатала и прикрепила заранее багажные бирки.
Вопреки распространенному мнению, я была не такой уж и неряшкой.
Женщина за стойкой регистрации (я была слишком измучена болью в ногах, чтобы понять, как на самом деле называется ее должность) вернула наши паспорта, выдала нам новенькие пропускные удостоверения (естественно, на своем Круз выглядел как с обложки, а меня она сфотографировала с закрытыми глазами) и вручила нам приветственный пакет, произнося фразы как робот:
– Большое спасибо, что вы выбрали круизную линию «Очарование океана»! Мы искренне надеемся, что вам понравится ваше пребывание здесь. Желаем вам прекрасно провести время!
Мы попытались проскользнуть мимо фотографа, который заставил нас с Крузом сфотографироваться вместе на фоне пошлого фальшивого фона корабля. Радость на ее лице померкла, когда она поняла, что я физически не могу изобразить улыбку сквозь боль.
Она спокойно сделала снимки, сказала нам, что мы можем купить их в фотогалерее (ни за что на свете), и весело указала на трап.
Несмотря на боль, я никогда в жизни не чувствовала себя такой счастливой.
Мы сделали это.
Мы были на корабле, пусть нам и пришлось ждать в очереди на регистрацию, которая, казалось, змеилась до самого Нью-Йорка (похоже, мы были не единственными опоздавшими – ха!). Наши чемоданы тоже уже были зарегистрированы и, должно быть, ждали у дверей в наши комнаты после ужина.
Но очередь закончилась.
Готово.
Сделано.
Финито.
Свободны, как птицы.
Когда оставляешь позади очередь измученных, раздраженных людей, всегда возникает глупое чувство высокомерия.
– Хочешь остановиться где-нибудь, чтобы ты надела сандалии, а потом найдем наши семьи?
Круз нахмурил густые брови, в тот момент его благородство преобладало над ненавистью ко мне.
Я покачала головой.
– Если я что-нибудь надену на свои ноги сейчас, станет только хуже.
– Для этого есть временное решение, – он пристально посмотрел на меня.
О да.
Тот бред, который он нес, когда мы еще были у машины.
– Если я позволю тебе нести меня, твой запах токсичной мужественности выветрится.
– Как ты догадалась? – Он выглядел искренне удивленным и потрясенным. – Это мой любимый одеколон.
Надо же. Доктор Костелло шутил.
Ура мне и тем десяти дням, которые я должна была провести с ним.
Через три минуты перепрыгивания с ноги на ногу я поняла, что наказываю себя, а не его.
– Ладно, – сказала я, сопротивляясь желанию напомнить, что это он виноват, ведь выбрал самую дальнюю от порта парковку. – Можешь понести меня.
– Уверена, что выдержишь мою вонь?
– Я задержу дыхание. Но не смей лапать меня.
– Я буду стараться изо всех сил.
– Не старайся, пообещай.
– Я выгляжу настолько отчаянно, по-твоему?
Я искренне задумалась. В конце концов, он встречался с одной из самых красивых женщин Фэйрхоупа.
– Не особо, но усы выдают в тебе эксгибициониста. Лучше перестраховаться.
Он подхватил меня с такой легкостью, что у меня вырвалось ленивое мурлыканье. Я позволила своим рукам бесцельно повиснуть, потому что держаться за его шею казалось слишком по-женски.
Тем не менее это было божественное, граничащее с эйфорией чувство, когда он нес меня на руках, словно мы были в медовом месяце, на глазах у десятков людей, которые поднялись на борт корабля и теперь ахали и охали, улыбаясь нам с откровенным восхищением.
«Посмотрите на эту пару. Они как Жизель [21] и Том Брэди [22] , только терпимее».
21
Имеется в виду Жизель Бюндхен, бразильская супермодель и актриса.
22
Игрок в американский футбол.