Чтение онлайн

«Привет, Пит! Можешь после школы зайти в мясную лавку и забрать там свиные отбивные, которые я заказала?»

Он написал просто: «Ладно».

Мама вскоре ответила: «Спасибо!» (И смайлик с сердечком.)

Пит сунул в рот арбузную жвачку и пошёл в мясную лавку – она была в паре кварталов от дороги, которой он возвращался домой. Он хотел сдать на права – именно это он и планировал полгода назад, ещё до развода родителей, но сейчас обо всём этом пришлось забыть.

Когда он пришёл в «Мясную лавку Барни», там царило полное затишье. На стоянке не было ни одной машины – просто идеально, он сможет забрать заказ и быстро уйти. Пит открыл стеклянную дверь; даже за прилавком никто не стоял. На витрине висело объявление о распродаже, в дальней комнате играла какая-то старая песня.

Он подошёл к витрине с охлаждённым мясом, посмотрел налево, потом направо.

– Здравствуйте! – позвал он. – Эй, мне надо забрать заказ.

Колокольчика для вызова продавца на прилавке не было, так что Пит ещё с минуту постоял, ожидая, когда наконец кто-нибудь придёт и поможет ему. Никто так и не пришёл, и Пит уже начинал злиться. Он пару раз постучал по стеклянному прилавку.

– Э-э-эй!

Наконец он решил взять дело в свои руки и обошёл высокую витрину.

– Эй, есть тут кто, или как?

По ту сторону витрины стоял длинный мясницкий стол, залитый водянистой красной жидкостью. От сильнейшего запаха мяса и крови его опять начало мутить. Жвачка во рту тут же показалась кислой. Пит приложил руку к животу, словно пытаясь успокоить его. «Меня не вырвет. Меня не вырвет», – подумал он. Пит огляделся, надеясь как-то отвлечься, но увидел лишь изображения разделанных животных. Когда он повернулся в другую сторону, легче не стало: над головой висели ряды ножей и топориков смертоносного вида. У Пита снова закружилась голова. Он опёрся о мясницкий стол, чтобы не потерять равновесие, почувствовал на кончиках пальцев водянистую жидкость, и его прошиб холодный пот.

Бух.

Огромный топор для мяса врезался в столешницу, едва не задев его ладонь. Пит отскочил назад, прижав руку к груди, и задел рюкзаком витрину. Он взглянул на топорик, глубоко воткнувшийся в дерево. Рукоятка до сих пор подрагивала, словно топор вонзился в стол с невероятной силой. Пит поднял голову.

Один из крюков был пуст и медленно покачивался. Топорик, судя по всему, упал с этого крюка. Упал? Неужели что-то может упасть с такой силой само по себе… но, с другой стороны, что это ещё могло быть?

– Эй, ты что тут делаешь?

Из задней комнаты шаркающей походкой вышел коренастый пожилой мужчина в окровавленном фартуке, вытирая руки полотенцем.

– Посторонним вход воспрещён. Ты что, таблички читать не умеешь?

Пит показал на топорик, торчавший из мясницкого стола.

– Я… я…

– Ну нет, парень, с моими ножами играть нельзя. Ты что, хочешь, чтобы у меня были проблемы? После такого меня санэпидемстанция закроет.

– Я… я…

– Давай, говори уже. В чём дело?

– Я ничего не трогал. Он… он сам упал.

Старик нахмурился.

– Парень, ножики с этих крючьев сами по себе не падают. Если бы падали, у меня бы не хватало ещё больше пальцев.

Старик поднял левую руку – на ней не было мизинца и половины безымянного пальца. Кожа вокруг двух обрубков выглядела на удивление гладкой.

Пит задрожал, и мясник засмеялся.

– Боишься? Что, никогда не видел людей, у которых пальцев не хватает? Держи пальцы и руки подальше от острых предметов, парнишка, и всё у тебя будет хорошо. Наверное. – Он снова расхохотался.

Пит сглотнул.

– Я… у меня просто заказ… Фамилия Динглвуд.

Мясник махнул рукой в сторону задней комнаты.

– Ага, лежит в холодильнике. Отбивные, правильно? Сейчас всё будет.

Пит захлопнул за собой входную дверь, едва вбежав в дом. Он бросил рюкзак на пол, прошёл на кухню, открыл холодильник, закинул туда отбивные и достал банку газировки. Толкнув дверь холодильника бедром, чтобы она закрылась, Пит залпом выпил всю банку. Кола смягчила пересохшее горло, а сладкий вкус немного его успокоил.

Что за сумасшедший день!

Он снял бейсболку и взъерошил волосы. Надо просто поесть, отдохнуть и забыть обо всём. Никаких больше безумных снов, странных ребят со скальпелями и тем более мясницких лавок. Пусть мама сама теперь ходит за мясом. Пит посмотрел в окно кухни и услышал скрип калитки на заднем дворе. Чак поставил велосипед под навес, прислонил к стене дома, потом вошёл через боковую дверь.

Пит тут же вскипел от гнева.

– Ты с ума сошёл? – спросил он у Чака. – Если мама узнает, что ты ездил в школу на велике…

– Кто-то с утра слишком долго сидел в туалете, и я опоздал на автобус.

– …а ещё я тебя не забрал из школы. Ну всё, мне конец.

– Я не расскажу.

– Ага, ну да! Ты всегда ябедничаешь.

Чак закатил глаза.

– Я не рассказал маме, как ты вчера затащил меня на склад, не забыл?

– Пока не рассказал. Но ты хотел это сделать вчера за ужином. Решил, что ты юморист, да?

Чак раздражённо вскинул руки.

– Но не рассказал же! Это что, не считается?

Пит пожал плечами.

– Я всё равно тебе не доверяю.

– Ну ладно, тогда я всё маме расскажу, чтобы тебе влетело! Раз уж ты так хочешь!

– Вот видишь – ты реально стукач.

– Слышь, заткнись!

– Сам заткнись, мелкий!

Чак сдался.

– Ну и фиг с тобой, дебил, – пробормотал он. Потом он достал из хлебницы хлеб, из буфета – арахисовое масло, а из холодильника – желе. Взяв нож для масла, Чак стал готовить себе сэндвич.

Увидев, какими глазами Пит смотрит на сэндвич, он удивлённо приподнял брови.

– Ты чего? Бутер хочешь?

Пит задумался.

– Не знаю даже.

– Ну, сам себе сделай.

Пит поднёс руку к животу, неуверенный, сможет ли вообще есть.

– Ты ещё болеешь, или чего? – спросил Чак.

Пит пожал плечами.

– Просто день – отстой.

– Почему? Что случилось?

– Тебе-то какое дело? – рявкнул Пит. – Не лезь ко мне.

Ну уж нет, он никому больше не расскажет о том, как оконфузился на уроке биологии, да и о летающих топориках тоже. Особенно своему братцу-недоумку, который тут же побежит и расскажет всё маме, а она начнёт с ума сходить.