Чтение онлайн

Ирка подлетела к телефону и заворковала с деловым достоинством: — Вас слушает Миледи. Это актерский псевдоним. По паспорту Ирина Гладышева…

— Я же просил! Просил никому не давать этот телефон! — вскипел Шеф.

— Спасибо, Дон! Буду давать твой мобильник, огрызнулась она и снова сладостно прильнула к трубке: — Да! Я! Это мое объявление. Разумеется!.. Верхом? Прекрасно держусь в седле. Фехтую отлично… Актерский стаж? Миледи… Да, великолепная роль. В школьном театре. Почему же только в школе? Я и в настоящем работала…. помощником гримера… Нет… Нет, не пробовала… нет. Но ведь я готова к прослушиванию… Подождите, пожалуйста… Черт! — Трубка брякнулась на рычаги. — Змея с плохим дантистом — сплошное шипение!

— Двадцать шесть нокаутов за последний месяц. Настырная ты, детка. Решила затмить Энн Тарлтон, — подзуживал Шеф.

— Хочешь сказать — Анюту Поцулько? Вульгарная, наглая корова. Изображает принцессу Диану. Видите ли, она выросла в Америке, училась в Лос-Анджелесе! Звучит конечно — Тарлон! Но все остальное — силикон и раскрутка!

— Ну почему обязательно силикон? Сплетни желтой прессы. Думаю, она вправду американка. Экстерьер, во всяком случае, клевый, — зыркнул на афишу Юра.

— Для того, что бы гражданка Поцулько стала Энн Тарлтон, никакой Америки не надо. Нужен спонсор с хорошим кошельком. — Постановил Дон, попав в точку.

Миледи с наслаждением, незаметно и быстро проткнула ручкой глаза на фотопортрете кинодивы. Полюбовавшись содеянным, вернулась к просмотру газет и одновременной работе с миксером.

— Похоже, в нашем городе я все прочесала. Хотя, вот что-то свеженькое: «Агентству „Модел Фарбс“ требуются уроды для участия в рекламном ролике…» Черт побери! Им нужна косая каракатица на костылях. И совершенно некуда деть красотку, внешними данными переплюнувшую Джулию Робертс. Не говоря уже об этой фальшивой звездюлине Тарлтон. — Вернувшись к афише, Миледи добавила Энн косоглазие и клыки, а на груди Кинга изобразила пронзенное сердце.

— Зря, зря хихикаешь, малыш. Вот я поворожу — и Кинг Великолепный сюда заглянет! Попридержи в загашнике французское шампанское — пообещала Миледи загружавшему холодильники Юрке.

Непосредственно на этих словах в дверях пустовавшего кафе появился пацан в оранжевом комбинезоне автозаправки.

— Полный аврал! — выпалил он, — Хозяин меняет покрышку американке! Той самой, что недавно приз за кино взяла. По телеку показывали. Она идет сюда! И с ней господин — такой шикарный! Бабки во взгляде прямо шуршат…

— Энн Тарлтон — к нам!? Сбрендил, парень! — забеспокоился Дон. — Мое заведение не на голливудском бульваре. И даже не на Мосфильме.

— Сюда! Проходите прямо в зал! — Подросток почтительно распахнул двери перед посетителями.

— Это ОН!!! — рухнула на стул Миледи, а вырвавшийся из ее ослабевших рук миксер, в духе американских комедий, метнул в обморочное лицо хлопья сбитых сливок.

В прохладном сумраке кафе возникла унылая, отчаянно-элегантная молодая дама с брезгливым лицом — именно та самая, что теснила на афише мощным бюстом Тимирова. Что-то блеклое, прозрачное, развевающее эффектно облачало стан звезды. Однако волосы хоть и напоминали цветом бывшее алое союзное знамя, но оказались не столь роскошны, как на экране и афише. С ней, увы, был не Кинг, а полный, потный, суетливый господин, одетый в тесное, узкое, дорогое. К тому же — двусмысленно женское, навевавшее мысли о последней коллекции кутюрье Гальяно и нетрадиционности ориентации. Со всей очевидностью — спонсор. Во всяком случае, именно так Миледи и представляла себе людей этой волшебной профессии.

Шеф метнулся к гостям с распростертыми объятиями: — О-о-о… добрый день, госпожа Тарлтон! Знаем, преклоняемся… Какая радость для всех нас! — сладостно запел он, делая знаки Миледи, означающие приказ немедленно покинуть помещение. Затем мимолетным жестом иллюзиониста включил кофеварку, достал откуда-то личную заначку — коробку с зернами: — Настоящий бразильский кофе высшего класса. Лично приобрел в Рио-де-Жанейро. Держу исключительно для ВИП персон.

Глаза шефа гневно стреляли в обомлевшую, заляпанную кремом Ирку, однако она не торопилась удалиться, а, утерев лицо фартуком, разглядывала гостей. Особенно ее интересовал спонсор. Если он был в состоянии раскрутить бездарь Тарлтонт, то какие перспективы открылись бы перед ней, прояви этот господин вполне обоснованную заинтересованность к пикантной незнакомке. У них, у спонсоров, глаз наметанный. Вот только как ухитриться что-либо спеть, или, хотя бы, станцевать прямо сейчас?

Парочка заняла столик у двери, причем лицо актрисы было плаксивое и обиженное: — Фуй, мне совсем не корошо… Не понимать, почему здесь не есть кондишен?

— Да ты под ним сидишь, дура! — Конечно, мысленно произнесла Миледи. Спонсор был к звезде более ласков, засюсюкав:

— Не капризничай, радость моя. Тебе полезно взглянуть, как все это выглядит на самом деле. У нас, почти как и у вас. Ну, то есть, как в этом задрыганном Городе Ангелов. Мир жесток к маленьким людям. Скверное место, убожество, дикая вонь, жуткие лица… Обрати внимание на эту особу… нечто подобное тебе предстоит изобразить в начале нашего нового фильма… — Он ткнул пальцем в Миледи, с очевидностью, совсем не обеспокоенный тем, какое впечатление произведет его характеристика на аборигенов.

Шеф метнул на столик гостей скатерть и поставил чашечки кофе: — От меня лично — поклонника вашего цветущего таланта. Сливки, сахар. Минеральная вода? Телевизор? Кстати, только что была интересная передача… — он нажал кнопку и, словно по заказу, зазвучал шлягер Кинга «Я за тебя молюсь…»

Небрежно кивнув хозяину бара в знак благодарности, Эн прислушалась. Ее физиономия, отнюдь не выигравшая от отсутствия косметики, изобразила ужас: — Мой Бог, и здесь я слышать его голос!

— Феномен глобальной популярности. Твоего мужа крутят по всей стране и президенты, и всякая шваль. Пардон, народ, — Спонсор осторожно отхлебнул кофе.

Энн Тарлтон вдруг покрылась пятнами и живо перешла на более приемлемый для нее лексикон: — Народ!? Сброд. Моему Тимирчику такой народ до фени! Он без понтов по всему миру бабки сшибает. Гребет по высшему разряду! И совершенно не нуждается в дешевой популярности…

— Увы, широкий пипл далек от настоящего искусства! Слушают великого актера, при этом принимают внутрь всякую дрянь, свински упиваются и бьют друг другу лица. Смотри, какие типажи — боров и его телочка, — Спонсор без зазрения совести указал на шефа и Миледи, затем пальцем подманил Иру. — Иди сюда, детка. Он трахает тебя, эта жирная скотина? — Заметив журнал в руках девушки, которым она прикрывала заляпанное кремом платье, толстяк заулыбался: — А что мы читаем? «Мир кино»! Недурно, для этой забегаловки.

Ираклий Саркисович, наконец, отчетливо расслышавший текст гостя, застыл у стойки. Сейчас он особенно был похож на мафиози, решающего мстить за оскорбленную честь «семьи». Мгновение, и он сделает гостям такое предложение…Только пятки засверкают.

— Господа, дорогая Энн… Такой случай… — замельтешил Юрка, пытаясь предотвратить назревающий конфликт. — Для ваших поклонников, миссис Тарльтон! Автограф… Вот сюда, прямо на афишу…Тысяча благодарностей! — он выхватил их кармана Дона ручку и протянул даме: — Плиз!!

— Что-о-о! — Взвизгнула дама, наткнувшись взглядом на собственную изуродованную физиономию, и окаменела. Было похоже, что она выбирает между двумя возможностями развития действия — падением в обморок и дракой. Спонсор поспешил отвлечь свою оскорбленную спутницу от опасных мыслей. Тыча жирным пальцем в изуродованный портрет, затараторил: — Вот, милая моя! Это именно то, о чем я говорю тебе, — полная нравственная деградация в массе!

Сорвав афишу, Миледи спрятала ее за спиной и дерзким взглядом Кармен уперлась в соперницу. С каким наслаждением она готовилась вцепиться в красные патлы принявшей борцовскую стойку нахалки!