Чтение онлайн

— Кир, поставь меня на пол, у тебя лицо в крови, — начала возмущаться Лиза, но не вырывалась.

— Вот сейчас обработаешь мне раны, — прошептал я, заходя в лифт, — ты же умеешь оказывать первую медицинскую помощь?

— Немного, — улыбнулась неловко рыжая.

— Я тебе все объясню, я же врач, как-никак.

***

От лица Лизы

— Ты плакала, он тебя обидел? — Кир осторожно коснулся моего лица.

— Нет, что ты, нет, — я не стала рассказывать, что Димка обозвал меня. Он и так ему хорошенько навалял, я не хотела чтобы сейчас Кир бросился добивать моего лучшего друга. В конце концов, Дима одумается и позвонит мне, извинится. Сейчас нужно думать о другом, о том, как помирить ребят между собой. Знакомство у них прошло не очень хорошо.

— Тогда почему у тебя лицо заплаканное? — Кир зашипел, когда я начала обрабатывать ему ушибы.

— Я просто слишком впечатлительная. Дима сказал, что видел тебя с какой-то девушкой и то что ты мне изменяешь. О чем он? — я вопросительно уставилась на любимого.

— Понятия не имею. Возможно, он имел в виду мою подругу, — пожал плечами парень и посмотрел мне пристально в глаза, — Лиз, у меня никого нет кроме тебя и я не изменяю. Я по своей природе однолюб. Ты веришь мне?

— Верю, — тяжело вздыхаю и глажу его по щеке, — по крайней мере, хочу верить.

Кирилл аккуратно целует меня в губы и снова прижимает к себе. Я чувствую себя рядом с ним защищенной и уютно. Меня давно никто не ласкал и не вел себя, как будто я маленькая девочка. Признаться честно, мне не хватало этого.

— Можно я останусь у тебя? — осторожно спросил парень.

— Кир,— начинаю я, но тот меня прерывает:

— Я не собираюсь тебя соблазнять. Просто хочу побыть рядом, как можно больше. Можешь не переживать, я не буду приставать. Разве только совсем чуть-чуть, — коварно улыбается.

— У нас все равно ничего не будет, — качаю головой.

— Да я уже понял, — отмахивается, — я видел прокладки в ванной комнате. Говорю же, не собираюсь тебя соблазнять.

***

Мне было немного неловко от того что Кир сейчас находится в такой близости от меня. Мы лежим под одним одеялом, на одном диване. Только храпящий в ногах Карай нарушает интимность ситуации, но все равно мне неудобно. После Никиты у меня никого не было и никогда я не подпускала к себе мужчину так близко.

— Ты очень красивая, — целуя меня в плечо, прошептал Кир, — расслабься, ты очень напряжена. Я не собираюсь к тебе приставать, я же обещал.

— Извини, для меня это все непривычно, — признаюсь ему и кладу голову на плечо, — я последний раз так лежала с парнем больше 4-х лет назад.

— Дима говорил, что у тебя были большие проблемы в прошлом, — осторожно начал Кир, — не хочешь поделиться своей историей?

— Я же тебе все уже рассказала. В переписке. Нового мне добавить нечего, — пожала я плечами.

— В переписке? — удивился Кир, — я помню, что он плохо поступил только…

— Весьма плохо, — вздохнула я и рассказала кратко о своей первой любви, утаив то, как меня насиловали. Об этом не знает никто, даже Дима. Эту тайну я унесу с собой в могилу.

— Маленькая моя, — прижал меня к себе Кир, — не переживай, теперь у тебя есть я и никому не дам тебя в обиду. Теперь я буду защищать тебя.

— Спасибо, — прошептала я, чувствуя, как погружаюсь в сон.

«Сновидение — это мост, связывающий проблему, которая стоит перед сновидцем, с целью, которой он стремится достичь».

Альфред Адлер

Четыре года назад

Сегодня за мной приедет покупатель. Я слышала, как мой «хозяин» обсуждал этот момент с кем-то по телефону. Он говорил, что ему жалко даже расставаться с такой как я и была бы его воля, он бы оставил меня себе. Как вещь. Хотя, я и была вещью. И я не знала что будет лучше: оставаться с этим вонючим ублюдком или же поехать к другому, которого я совсем не знала и представить не могла, чем все закончится.

Я пыталась узнать у одного из охранников что-то о покупателе. Когда еще надеялась на спасение и пыталась продумать план действий. Но Вася, так звали охраняющего меня парня, не смог ничего сообщить из того, что мне могло помочь. С его слов, тот человек настоял на том, чтобы меня ему продали. Ранее у меня должна была быть другая участь.

— Это хорошо или плохо? — робко спросила я у парня, когда тот принес мне поесть.

— Я не знаю. Но говорят, что он еще тот отмороженный тип. А в тебя вцепился когтями жестко. Он даже цену завысил, чтобы ты ему только досталась, — поделился со мной Вася.

— А кто он?

— Не знаю, рыжая, — развернулся в сторону двери парень, — все, что мне известно, это то, что его зовут Барс. Темная лошадка.

Больше ничего о своем будущем хозяине я не знала. И сейчас была в неведении, слушая, как за дверью что-то происходит.

Краем уха я услышала, как обсуждался вопрос того, что нельзя говорить заказчику о том, что меня насиловали. Что он будет сильно недоволен тем, что товар испорчен и меня нужно заставить замолчать. Каким образом они собрались это делать?

Страха не было. Он сменился безразличием.

Это то чувство, когда у человека сломлена воля. Они смогли, они сломали меня. Жизнерадостной и задорной Лизы больше не было. Вместо нее на грязном матрасе лежало нечто, отдаленно напоминающее симпатичную в прошлом девушку. Хотя, симпатичностью там и не пахло: болезненная худоба, синяки под глазами, следы от побоев и спутанные волосы. Обо мне никто не заботился и не следил за моим состоянием. Все что я видела — это потное и жирное тело «хозяина», четыре обшарпанные стены, насмешки охраны и непонятную субстанцию, которую принято называть пищей. На этом все.

Но мне было все равно. Я ничего не боялась.

Я не боялась умереть, так как была уже мертва. С того дня, когда узнала что любимый человек продал меня за дозу. С того дня меня не стало. Я не боялась так как не знала, что может быть еще хуже. Хотя, часто мы ошибаемся в этом, ведь хуже есть практически всегда.

Я сидела как обычно на полу, обхватив колени руками и раскачивалась, когда услышала за дверью какой-то шум.

— Нам нужно отработать свой заказ, нам заплатили за нее, — слышала я голос Ахмеда, который назывался моим временным хозяином. Я понимала, что он говорит про меня.