Чтение онлайн

Тогда вмешалась Шишкина:

– По какому такому праву вы у нас документы отбираете?

А павиан в ответ:

– В стране пожары. Мы подозреваем, что их устроили иностранные террористы. Вдруг вы тоже из их числа?

Я говорю:

– Мы никакие не террористы. Я вообще родственница вашего министра внутренних дел, медоеда. Не боитесь его рассердить?

А павиан отвечает:

– В том-то и дело, что боимся. Тут у нас к господину министру что ни день, то всякие разные тётушки наезжают целыми тучами и толпами. И все непременно жить у него хотят.

После этого нас заточили в темницу, которую почему-то отелем называют. Только какой это отель, если выходить из него не разрешается, а на окнах – решётки?

Я всё плачу, Зубенька. Тошно очень. Вот, наконец, адвокатшу прислали. Уверила, что письмо лично тебе в лапы передаст. Вызволи нас отсюда, пожалуйста.

Целуем, твои любящая тётушка Брошка и хорошая знакомая белка Шишкина».

Прочитав послание, Зубери схватился за голову.

– Почему ты их сразу не освободила?

– Откуда мне знать, кто они такие? Вдруг правда обманщицы, мошенницы, террористки? – огрызнулась геренук. – Но если они говорят правду, то следует поторопиться. Их могут отправить обратно, только на грузовом судне и уже без всякого комфорта.

Министр распахнул окно и крикнул в тут же поднявшую восторженный вой толпу:

– Освободите дорогу. Нужно срочно выехать в Баобаб!

– Ура, Зубери! В добрый путь! – завопили звери и послушно расступились.

– Ура! Мы тоже едем в Баобаб! – крикнула мартышка. – У меня в кустах акации грузовичок припрятан. Кто со мной?

– Вот и не верь после этого снам, – сказала Лезеди, мрачно наблюдая, как коллектив поклонников министра штурмует грузовик.

Пока белка и барсучиха плыли по бирюзовым волнам океана, а потом маялись в камере отеля-передержки, олень Копыткин изучал новый город и его окрестности. Дорога прошла без всяких неприятных неожиданностей. Самолёт совершил мягкую посадку. Прямо у трапа оленя и гадюку встретил широко улыбающийся белый кролик. Он отвёз их в самый роскошный отель Баобаба – «Синий мангуст».

Копыткин с пристрастием осмотрел номер и нашёл, что придраться не к чему. Ему понравилась большая зала с длинным столом, резными стульями из красного дерева и красным роялем. Впечатлил буфет, инкрустированный разными сортами дерева и набитый роскошной посудой. Порадовал холодильник с едой и напитками. Помимо этого, в люксе имелись четыре спальни. Из бирюзовой открывался вид на океан, из зелёной – на парк-дендрарий, из белой можно было наблюдать панораму знаменитого на весь звериный мир озера Белый Гиппопотам, а из жёлтой просматривалась аллея баобабов. Из спален опускались лестницы, по которым можно было сойти вниз, чтобы совершить прогулку или пробежку.

После вкусного завтрака госпожа Красивая передала заботу о председателе своей помощнице, короткохвостой индри [5] Абойо.

– Надеюсь, дорогой Копыткин, вам не придётся скучать, пока я буду заниматься подготовкой праздника, – проникновенно прошипела гадюка. – У вас будет возможность осмотреть все достопримечательности, отведать блюда национальной кухни, а также познакомиться с природой континента. В черте города под страхом смертной казни запрещена охота. Безопасность также гарантирует пятикилометровая зона пригорода. За этой чертой начинается полоса саванн, разноцветных и поющ-щ-щих песков или джунгли. Всё зависит от того, из какой части Баобаба вы покинете город. Этого я вам категорически не советую. Обещ-щ-щайте, что за пограничные столбики вы без Абойо и шагу не ступите. Такое приключение может оказаться опасным… – Она взглянула на оленя в упор и добавила чуть более жёстко: – смертельно опасным!

Конечно, Копыткин пообещал.

Первые дни пролетели незаметно. Симпатяга Абойо была сама любезность.

– Начнём с аллеи баобабов, – тараторила она, старясь подстроиться под бодрую трусцу Копыткина. – Согласно древней легенде, сам Творец сбросил баобаб с неба за гордыню. Дерево, много раз перекувырнувшись в воздухе, упало на землю кроной вниз. С тех пор все баобабы растут вверх тормашками. Эти великаны живут тысячи лет и не зря заслужили почётное звание древа жизни…

< image l:href="#"/>

Они неторопливо прошлись по великолепной аллее баобабов, настоящих живых колодцев, способных хранить в своих стволах-бочках сотни тысяч литров воды. В одном из таких стволов расположилось уютное кафе. Копыткин и Абойо присели за столик, освещённый фосфоресцирующими гнилушками. Официант, бирюзово-оранжевый попугай ара, поставил перед ними глиняные чашки с красным чаем ройбушем и миски с маленькими шариками блюда фуфу, приготовленного из толчёных плодов маниока, маиса, батата и бананов-плантанов.

– За дополнительную плату могу спеть, – предложил он.

Однако Копыткин решил отложить вокальное мероприятие на один из вечеров.

– Только бронируйте место заранее, – крикнул вслед огорчённый ара. – По вечерам у нас всегда аншлаг!

Всё в этом городе приводило оленя в полный восторг. Узенькие улочки с разноцветными, удивительно разнообразными по архитектуре домами. Огромный, галдящий на разные голоса рынок. У Копыткина в глазах зарябило от пёстрого разнообразия статуэток из красного и чёрного дерева, плетёных сумочек, корзин, нитей ярких бус, бубнов, масок, расписанных яиц страусов. В итоге купил у паучихи великолепную панаму, которую тут же напялил себе на голову.

– Вы зря не торгуетесь, мистер, – улыбнулась Абойо. – Наши торговцы скучают. Торг для них – это игра, развлечение. При удачном раскладе могут сбить цену до половины от первоначальной.

Но олень торговаться не умел. Он мялся, терялся, не находил нужных слов. Тогда за дело взялась индри. Она проявила такую прыть, что с продавцом, гиеновой собакой, у них чуть до драки дело не дошло. В конце концов, та, рыча и облизывая от возбуждения блестящий нос, уступила за полцены кангу [6] и две рубашки. А обувь из автомобильных покрышек добавила в качестве подарка.

– Супруге, наверное? – поинтересовалась Абойо, с интересом наблюдавшая за тем, как старательно её спутник выбирал узоры на канве. – Теперь давайте прочитаем, что здесь на краю написано. Ага, вот. «Точи клинок языка, но не спеши размахивать им направо и налево».

– О, моей жене это подходит, – засмеялся Копыткин. – Очень она поболтать любить.

– А по-моему, это изречение подходит всем, – сказала Абойо.

Они подошли к озеру Белый Гиппопотам. С высокого берега было отлично видно, как в сверкающих на солнце водах купаются слоны, обливая друг друга хоботами-шлангами. Немного в стороне нежились десятки бегемотов. На огороженной территории затона, с громкими визгами и хохотом, плескалась детвора. Шустрые обезьянки наперегонки плавали на стволах бананов, играли в мяч крокодилята.

В густой тени высоченного дерева авокадо сидел за столиком верблюд и предлагал всем сыграть с ним в карты. При виде оленя он очень оживился и сделал приглашающий жест копытом.

– Не вздумай даже, – дёрнула Копыткина индри. – Известный мошенник. Многие от него пострадали.

– Тогда почему жулик до сих пор не в тюрьме? – удивился тот.

– У него есть разрешение на игру, только на интерес, а не на деньги. Те, кто садятся играть, об этом знают, как и о том, что игроков, не разбираясь, могут арестовать за совместное нарушение закона. Поэтому пожаловаться решится не каждый.