Чтение онлайн

Он перевел взгляд на свое воинство. Люди сидели на корточках или полулежали среди валунов, ели, пили и косились на пленных, особенно на Десмоса. Нет, самого Урдуса приговорил к ссылке на Остров не Десмос, но именно он вынес такой приговор многим из его шайки. Гигант понимал, что неудачное завершение блестяще задуманного побега повергло людей в отчаяние. Они смертельно устали, ближайшее будущее представлялось им неопределенным, и потому неудивительно, что многие из них в последнее время ворчат и ссорятся друг с другом. Пусть уж лучше это недовольство выплеснется в кровавой расправе над королевским судьей.

И тут откуда-то с севера донесся жуткий вопль.

Урдус вскочил и стал всматриваться, пытаясь понять, откуда именно он долетел, однако никаких признаков надвигающейся опасности не заметил. Крик повторился. Встревоженные разбойники столпились вокруг вожака.

— Подождите,— приказал Урдус сердито.— И не сводите глаз с пленных.

Потянулось ожидание. Солнце все ниже клонилось к горизонту, золотя верхушки деревьев. Когда последние лучи светила погасли, из расщелины донесся звук осыпающихся камешков: кто-то двигался к лагерю.

Это был один из разведчиков, Илум,— израненный, залитый кровью, он, однако, сохранил меч. Урдус помог товарищу взобраться на плато.

Позволив Илуму наскоро утолить голод и жажду, вожак приступил к расспросам.

— Ты видел стражу?

Тот покачал головой.

— Только дозор. Трое. Все аргосцы. Засекли их раньше, чем они нас. Устроили засаду, первых двоих убили сразу, но с третьим пришлось повозиться. Он меня ранил,— Улум показал глубокую колотую рану на руке,— и убил Тариса. Потом я его все-таки свалил.

— Мы слышали крики,— сказал Бетос.— Но никаких аргосских кораблей не заметили.

— Заметишь, как же, если они приткнули галею к берегу и замаскировали ветками,— проворчал Отос.

— Наверняка выследят нас! — посетовал кто-то.

— Здесь мы в безопасности,— заверил шайку Урдус.— Да и людей хватит, чтобы защититься. Но раз мы знаем, что стража близко,— никаких костров. И удвоить количество часовых. Все поняли?

Разбойники согласились.

Сгустилась ночная тьма. Вожак посоветовал своему ближайшему помощнику устроиться на ночлег поближе к Отосу. Тот согласился и лег спать, держа нож под рукой, а часовым наказал быть особенно бдительными.

Когда преступники заснули, пленные в центре площадки шепотом начали обсуждать свою участь.

— Кажется, мне удалось немного растянуть узлы,— заметил Десмос.

Хубартис покачал головой.

— Не стоит выдавать желаемое за действительное, друг мой. Ведь мы не только связаны веревками, но и скованы цепью.

— Веревку действительно нетрудно растянуть,— подала голос Соня.

— А цепи? — спросил кто-то из аргосцев.

— Железные обручи можно разрезать,— напомнила им девушка.— Железо-то мягкое. Раздобыть бы стальной клинок.

— Ну и сколько человек тогда спасутся? — поинтересовался Десмос.

Ответить воительница не успела — рядом послышались шаги. Урдус!

— Заткните пасти! — гневно рявкнул он.— Цепей вам все равно не разорвать.

— Так или иначе, но мы освободимся,— упрямо возразил Хубартис.— Осталось недолго. Мы слышали, о чем говорили твои люди. Так вы решили, будто вышли на большую землю, да? — Он засмеялся.— А вернулись на свой же Остров! Вы надеялись использовать нас, как разменную монету, чтобы купить свою свободу, а теперь вам впору не о воле мечтать, а спасать свои шкуры. И вам очень повезет, если нас сочтут достаточной платой за ваши никчемные жизни.

Урдус сплюнул под ноги пленнику.

— Клянусь, аргосец, если я не смогу выторговать свободу всем нам, ты умрешь первым. Вот за это я ручаюсь.

Казалось, сотник уже был готов отступить, но — к удивлению Сони — Десмос вдруг подался вперед, насколько позволила цепь, и сказал:

— Ты бы лучше подумал, нет ли у тебя иного выхода.

— Ха! — удивился Урдус.— А судья-то, похоже, перетрусил не на шутку! Собственного братца испугался, да?! Ну, правильно делаешь, что боишься: из лап Бетоса еще никто живым не уходил. А уж ради тебя-то он и вовсе расстарается… Столько лет грезил об этой встрече!

— Послушай! — Десмос не обращал внимания на подначивания вожака, захваченный какой-то своей мыслью.— Твой единственный шанс — уплыть с этого Острова на захваченном корабле. Лучше всего до рассвета. Если береговая стража с галеаса еще не заметила тебя, то скоро заметит. Ты не хуже меня это знаешь!.

Соня пыталась понять, что задумал Десмос. Может, просто тянет время? Трудно сказать. Впрочем, будущее покажет — главное, при случае правильно ему подыграть. Но вот Хубартис ни о чем не догадывался.

— Ты предатель, Десмос! — взвился он.

Урдус рассмеялся.

— Не бойся, аргосец, этому трусу не удастся ничего у меня выторговать. Я уже все обмозговал. Завтра мы уничтожим стражников, всех до единого. Если все получится, как задумано, я оставлю вас в живых: вы смелые люди, а смельчаков я ценю. Только вот месьора судью не пощадим. Я, может, и рад бы, да братец уже выпросил его у меня в награду, а я от своего слова не отступаюсь. Так что придется судье на своей шкуре отведать настоящего правосудия!.. Да еще,— он бросил мстительный взгляд на Соню,— эта зубастая красотка узнает для себя кое-что новое о жизни. Кто знает, может, ей и понравится…— Он плотоядно ухмыльнулся.

— Клянусь Небом! — возмутилась воительница.— Или освободи нас, или убей! Кто дал тебе право измываться над людьми!

Урдус молча повернулся и зашагал прочь.

Соня и Хубартис продолжали потихоньку растягивать веревки на руках и дергать цепи в тщетной надежде освободиться.

Полусотник Тобис и воины его отряда с печалью взирали на мертвые тела троих аргосцев. Тобис поднял голову, словно принюхиваясь.

— Я был прав,— проговорил он.— Пираты, захватившие галеру Хубартиса, где-то неподалеку.

— Почему ты так уверен? — полюбопытствовал стоявший рядом десятник.— Конечно, мы видели галею, но такие нередко посещают Остров, привозят новых преступников.

Тобис покачал головой.

— Последняя была совсем недавно, мы видели ее, а следующая будет не раньше чем через полторы луны… Так, короткий привал. Всем обедать. И выделите шестерых для похорон погибших.

— А как быть с мертвым разбойником?

— Пусть сгниет.

Пока отряд обедал, Тобис сел отдохнуть и обдумать положение. Он корил себя за эти смерти. Наверное, надо было идти всем вместе, а не высылать троих в дозор.