Чтение онлайн

— Вы все слышали сообщение Лорейн. Мы обязательно выделим время в нашей воскресной программе и пригласим доктора Уолкер в гости, чтобы более детально обсудить этот интереснейший проект. Но, чтобы доказать, что «Собеседник» всегда поддерживает доброе дело, я обещаю съездить в субботу вечером в университет, при условии что Лорейн будет вместе со мной. Многие наши слушатели, должно быть, жаждут встретиться с ней лично. У них есть шанс. Что скажете, Лорейн?

Странный легкий трепет прокатился по ее телу.

— Это очень достойный повод. Я надеюсь встретить там как можно больше слушателей. И даже вас, мистер Джарвис.

— Вы слышали, что она сказала? Оставайтесь на связи, Лорейн. Моему помощнику надо уточнить некоторые подробности. Мы же переходим к биржевым новостям.

Лейси ждала, пока Роб выйдет на связь, все еще не веря, что Макс наконец-то назначил ей свидание, которое нельзя отменить.

— Лейси? Ты еще здесь?

Это был Макс.

— Да.

— Хорошо. Я на секунду. На случай, если я тебя не увижу, будь готова в субботу в шесть. Мы поедем в университет на моей машине. Ну, я побежал.

Что-то щелкнуло, и линия умерла. Лейси не могла оторваться от телефона. Она с ужасом думала, как выдержать оставшиеся три дня.

В субботу, в шесть вечера, минута в минуту, прозвенел дверной звонок. Лейси еще раз пригладила на бедрах свитер оливкового оттенка, подобранный в цвет к шерстяной юбке, и подошла к двери. Взглянув мимоходом в зеркало, она с неудовольствием обнаружила, что ее зеленые глаза, так удачно подчеркнутые цветом костюма, сияют почти как драгоценное украшение, приколотое к воротнику свитера. Щеки так пылают, что не нужны никакие румяна. Максу сразу станет видно ее повышенное возбуждение. От его внимания ничто не ускользнет.

Она сделала глубокий вдох, чтобы успокоить колотящееся сердце, и открыла дверь. Когда она увидела его, у нее перехватило дыхание.

Одетый в темно-синий вечерний костюм с подчеркнуто официальной ослепительно белой рубашкой и элегантным шелковым сине-серым галстуком, Макс был само совершенство.

Лейси так увлеклась, разглядывая его, что не заметила, с каким интересом его глаза производят собственную оценку. Они смотрели друг на друга, стоя в открытых дверях, не говоря ни слова, и Лейси первой внезапно осознала неестественность этого молчания.

— Привет. — Она с трудом справилась с сухостью в горле.

Ей пришлось схватиться за ручку двери, чтобы удержаться на ногах.

— Именно мои чувства, — пробормотал он едва слышно, но она услышала.

Натянутость между ними была явно ощутимой. Лейси старалась не смотреть ему в глаза, опасаясь, что он заметит сияние ее глаз.

— Ты готова?

— Да. — Вышло шепотом.

Он сказал что-то, она не поняла что, и, запустив руку в свои темно-русые волосы, растрепал их.

— Пойдем. — Казалось, ему было так же трудно дышать, как и ей.

Холодный вечерний воздух приятно освежал ее горячую кожу, когда он, мягко, но решительно поддерживая ее за локоть, шел вместе с ней к своему «саабу», припаркованному перед домом. Когда она усаживалась на низкое сиденье автомобиля, юбка задралась вверх и Лейси покраснела.

Его взгляд задержался на ее стройных длинных ногах, обтянутых простенькими чулками. Полюбовавшись вдоволь этой впечатляющей картиной, он захлопнул дверь.

Пока он обходил машину, Лейси прерывисто вздохнула и ощутила волнующий аромат его кожи и лосьона после бритья. Вновь ожили все чувства, связанные с ним. Казалось, она плывет, утопая в его ауре, и не знает, что с этим делать.

Макс сел на место водителя, но мотор не завел. Он лениво повернулся к ней.

— Поедем в университет или просто полюбуемся закатом?

Лейси невольно прикрыла глаза. Она начала верить, что поцелуй у задней двери ее дома потряс его не меньше, чем ее. Ей хотелось ответить, что он может везти ее куда захочет и делать с ней что угодно, но конечно же она это не сказала.

— Боюсь, ты разочаруешь поклонников своей программы, если мы там не появимся, и к тому же, думаю, Лорейн обидится. — Как ни странно, ее голос звучал спокойно.

Он не заводил машину, а продолжал внимательно и пристально смотреть на Лейси.

— Твоя преданность тем, о ком ты заботишься, поразительна.

Его замечание можно было истолковать по-разному. Дрогнувшим голосом Лейси объяснила:

— Лорейн воспитывала меня после гибели родителей. Что я ни сделай, этого будет мало, чтобы отблагодарить ее, — запальчиво добавила она.

Последовала тишина.

— Я говорю это как комплимент, Лейси. Наверное, нам лучше вовсе не разговаривать. Я знаю другой способ общения, бесконечно более приятный.

В следующее мгновение Макс прильнул к ее губам с такой страстью, о какой она могла только мечтать. Словно потеряв голову, он готов был раздавить ее в своих объятиях. Она утратила всякое ощущение реальности, а Макс дарил ей все более страстные, сводящие с ума поцелуи. Наслаждение было столь острым, что она застонала в экстазе и услышала его ответный стон.

— Мы, конечно, опаздываем, — лихорадочно прошептал он, целуя ее надушенную шею. — Как я могу отпустить тебя? У меня только одно желание, и есть только одно место, где я хотел бы быть с тобой. Это мой дом.

Лейси тоже этого хотела. Они достигли той черты, за которой логика и чувство долга ничего не значат перед лицом такой страсти. Слава Богу, ограниченное пространство машины препятствовало близости, которой она мучительно желала.

— М… мы сможем остаться вместе ночью, после показа. — Ее заминка обнаружила, насколько она взвинчена.

— Рассчитываю только на это, — преувеличенно свирепо ответил Макс, припадая к ней в последний раз. Он резко отодвинулся и завел мотор.

После подобного потрясения все ее тело ныло и она утратила способность вести обычную светскую беседу. Судя по напряженности его фигуры, Максу тоже было нелегко. Они ехали до университета в неестественной тишине, все более давящей, поскольку Лейси не могла справиться с бурей эмоций почти до самого вечера.

К ее удовлетворению, частые упоминания в программе Макса об открытом показе явно достигли цели, так как в холле здания, где они появились спустя минут десять, была толпа народу.