Чтение онлайн

И вновь саперы, разведчики ищут брод. К ним присоединяются многие танкисты. Поисками руководит помощник начальника штаба бригады майор Б. В. Кукушкин. В ледяной воде, под вражеским ог­нем уже проверено несколько километров дна. И все безрезультатно.

Ночь была уже на исходе, когда поступило донесение командира танкового взвода П. Ф. Никитина: в двух километрах ниже с. Устеч­ка есть дно с твердым грунтом, берег отлогий, откосы у реки покатые. Только уровень воды превышает установленные нормы. Никитин на­стоятельно просит разрешить ему переправиться здесь первым. Он уже тщательно подготовил танк.

Никитина я хорошо знал. Это был серьезный, опытный, отважный офицер. Он никогда не подводил в бою: смело шел в самые опасные места, умело маневрировал и метко вел огонь. Я разрешил ему на­чать переправу.

Гитлеровцы считали, что в этом районе их позиции неприступны: за счет отходящих подразделений они пополнили свои части, мост взорван, созданная система огня артиллерии во взаимодействии с авиацией не позволит нам навести переправу, а уровень воды — переправиться вброд. Все вроде бы обеспечено. А дождь, холод, как магнитом, притягивают к населенным пунктам, где теплые печки и перед рассветом так хорошо спится...

Наступило раннее утро 25 марта. Последние машины подтянулись к переправе, а там, на правом берегу, танки лейтенанта П. Ф. Ники­тина, смяв посты противника, уже начали бой, обеспечивая перепра­ву остальным подразделениям бригады. Бой шел успешно. Не давая опомниться врагу, танки двигались все дальше, врывались в населен­ные пункты, давили, уничтожали фашистов.

Овладев Городенкой, мы повернули на Черновцы. Чтобы прикрыть левый фланг бригады, я послал к с. Стефановке роту старшего лейтенанта М. А. Бахрушина. Через час Бахрушин доложил, что рота разгромила около батальона пехоты, уничтожила батарею противника и захватила в плен более сотни гитлеровцев. Позже танкисты расска­зывали об этом следующее: «Подъезжаем к окраине села, а там стоит немецкий регулировщик, машет флажком, показывает, чтопуть свободен. Мы не открываем огня и продолжаем идти на полном ходу. Когда же немец увидел на броне наших автоматчиков — пере­пугался, вытянулся, как столб, и с выпученными глазами стал козы­рять каждой несущейся машине. Ничего не подозревая, по улицам расхаживают гитлеровцы. Один из них увидел наши танки, не пове­рил своим глазам,— снял очки, протер их дрожащими руками, вновь надел и с криком: «Рус! Рус!» побежал. Но от нас не убежишь!»

Наступление шло успешно. Бригада сбивала заслоны противника и одновременно для прикрытия фланга и тыла выставляла засады. Перед Заставной, западнее с. Кадубовцев, гитлеровское командование бросило против нас артиллерийскую батарею и небольшой отряд пе­хоты. Но враг не успел еще открыть огонь, как был смят нашими передовыми подразделениями. Вскоре удалось очистить от фашистов Заставну и Малый Кучурив. Впереди были Черновцы.

Мы знали, что гитлеровцы не отдадут города без боя. Черновцы — важный опорный пункт обороны, узел дорог, ведущих к границам Румынии. И действительно, противник организовал сильную оборону города, использовав для этого выгодное его расположение. Доты и другие укрепления вдоль р. Прута, на холмах, в районах мостов, кладбища и аэродрома были усилены минированием танкодоступных участков местности.

Передовые подразделения бригады к вечеру 25 марта заняли Сад-гору — пригород Черновцов. Здесь проявили исключительный геро­изм и воинскую сметку гвардейцы коммунисты танкового взвода лей­тенанта Никитина. Они первыми ворвались на северную окраину Чер­новцов, смяв подразделения противника, прикрывавшие город. Враг был захвачен врасплох и рассеян нашими гвардейцами.

На пригородной станции Моши (ныне Черновцы-Северная) шла выгрузка воинских эшелонов. Никитин заметил, что на станции вы­гружаются и танки противника. Он открыл по ним огонь и уничто­жил четыре вражеских танка. Затем его взвод устремился к мосту, чтобы захватить его с ходу. Гитлеровцы заметили маневр танкового взвода и открыли сильный артиллерийский огонь. Укрыв за зданием свой танк, Никитин вышел из него, чтобы уточнить местонахождение артиллерийских позиций противника. В эту минуту рядом упал сна­ряд. Осколок сразил героя насмерть...

Это была тяжелая утрата. Бригада потеряла офицера, обладавшего непоколебимой волей и мужеством.

К вечеру 25 марта мы прочно овладели северо-восточной окраиной города и контролировали железнодорожные пути. Гитлеровцы стали стягивать силы, чтобы отбросить нас от станции Моши на север и дать возможность скопившимся здесь воинским эшелонам уйти за Прут. К ночи создалась напряженная обстановка. Артиллерия про­тивника вела изнуряющий огонь. За железнодорожной насыпью ста­ли накапливаться вражеские танки и самоходки, готовые в любую минуту перейти в контратаку.

Утром 26 марта под прикрытием авиации гитлеровцы бросили про­тив нас 2 батальона пехоты и более 30 танков и самоходок. Вра­жеские самолеты охотились за каждой нашей машиной, непрерывно бомбили. Противник сделал более двухсот самолето-вылетов, но не смог вывести из строя ни одного нашего танка. Гвардейцы-танкисты смело маневрировали и умело использовали маскировочные укрытия. Неусыпно следя за воздухом, мы вели непрерывный бой на земле.

Весь день 26 марта проходил в ожесточенных схватках нашей тан­ковой бригады с танками, самоходками и пехотой противника. Мастерски маневрируя по узким улицам, наши танки вели меткий огонь, строго экономя боеприпасы. Били только наверняка. В течение дня мы уничтожили 30 вражеских танков и 2 самоходки. Это был поистине коллективный подвиг бойцов бригады.

Особенно трудно пришлось в этот день танковой роте старшего лей­тенанта М. А. Бахрушина. Рота была на правом фланге и стойко отражала бешеные атаки гитлеровцев, которые пытались обойти ее. Но Бахрушин искусным маневром и метким огнем не только отразил атаки врага, но заставил его отойти и сам продвинулся вперед. В одной из схваток возле завода «Эмальпосуда» Бахрушин лично уничтожил два вражеских танка, пытавшихся прорваться на окраину города. Преследуя третий немецкий танк, он не заметил укрывшуюся за железнодорожной насыпью «пантеру» и попал под ее огонь. Танк Бахрушина был подбит, а сам он, смертельно раненный, вскоре скон­чался. Это была еще одна наша большая потеря.

К вечеру гитлеровцы, прижатые к Пруту, прекратили контратаки и перешли к обороне, переправившись на правый берег реки. При этом они спешно взорвали мосты, оставили на произвол судьбы часть своих подразделений, которые не успели подойти вовремя к мостам.

Обстановка стала улучшаться. Ночью под охраной наших зенитчи­ков машины доставили боеприпасы, а захваченным у врага горючим танкисты заправили свои машины.

Утром 27 марта прибыл командир 11-го гвардейского танкового корпуса генерал-лейтенант танковых войск А. Л. Гетман. Он сообщил общую обстановку на 1-м Украинском фронте и отдал приказ овла­деть Черновцами. Приказ предусматривал охват города с двух сто­рон. С запада действовала 45-я гвардейская танковая бригада полков­ника Н. В. Моргунова, с востока — наша бригада. Задача состояла в том, чтобы не только овладеть Черновцами, но и сохранить город от разрушений.

Как командир 64-й отдельной гвардейской танковой бригады я принял все меры, чтобы осуществить замысел командира корпуса.

Было решено частью сил и средств во главе с командиром танково­го батальона капитаном К. Т. Погореловым отвлечь внимание врага, а главными силами осуществить обходный маневр с форсированием р. Прута. Для этого на левом берегу реки, около разрушенных мостов, я оставил лишь несколько подразделений, чтобы их шумом, суетой, движением приковать внимание противника к этому участку и за­ставить его поверить, что мы собираемся форсировать Прут именно здесь.

Наш план удался. Основные силы бригады — танки с десантами на броне — успешно переправились через р. Прут в районе с. Магалы. Только часть подразделений бригады под командованием старшего лейтенанта В. Ф. Шкиля я оставил на левом берегу реки в засадах с тем, чтобы не допустить подхода противника по шоссе из Новоселицы и Герцы. Переправившись через реку, главные силы бригады по­вернули на Черновцы и неожиданно для противника очутились на восточной окраине города.

В то время, когда мы вели бои в районе центрального кладбища, танкисты полковника Н. В. Моргунова, совершив обходный маневр с запада, ворвались в город по сторожинецкому шоссе и одновремен­но, для обеспечения правого фланга, перерезали дороги из Сторожинца и Глыбокой. На северную окраину города полковник направил танковую роту старшего лейтенанта Ю. С. Соколова для того, чтобы оказать здесь давление на противника и при первой возможности осуществить переправу через Прут.