В центре мироздания
Шрифт:
От марта – до июня
1
Остатки снега – некрасивы,Но роль свою пока блюдут:Глуша морозную ретивость,Они для почвы – как редут.На вербах юные серёжкиВесну торопят под венец,Чтоб все проталины-окошкиЗемля открыла, наконец.2
Черёмуха свои флюидыТак щедро дарит всем вокруг,Что птичьи лётные орбитыВсё дальше от жилья пичуг.У птиц любовь почти в разгаре,И гнёзда стали – как дворцы,И скоро жизнь пернатой пареУкрасят ранние птенцы. 3
За кромкой туч с утра светило,Казалось, прочно впало в лень,И сразу хмарь, отнюдь не мило,Влила прохладу в майский день.Ретивый ветер дунул малостьИ смёл с дороги пыль в кювет.Сирень как будто испугалась —Слегка замедлила расцвет.4
Июнь, в отличие от мая,Сирень приветствует сильней,Конечно, явно понимая,Что он лишь месяц будет с ней.На первый план жасмин выходит,За ним – и всех оттенков цветь…Гуляет бренность по природе —И нам не надо сплошь ржаветь! 1984
Вспоминая коммунальные будни…
1
Прекрасен города фасадИ улиц чёткая чертёжность.Но во дворах отнюдь не сад,Там волком выть от яви можно…Хранила давние понтыМоя в квартире четвертина:Почти с дворцовой высотыГордилась золотом лепнина.Но за окном – стена ряба,Как в грязь свалившееся диво.Там полусгнившая трубаЗмеёй висела сиротливо.А далее, почти впритык,Соседний дом поганил виды.Пугая ночью горемык,Скрипел почти что панихиды.И двор-колодец – без воды,Он лишь по-питерски – колодец.Хранил немало лабудыСто лет не чищенный уродец. 2
В квартире было – семь особПомимо «баловня фортуны»,Как звал меня Онисим-поп,Тряся подрясником в гальюне.Давно там жили две сестры,Одна другой собою краше.Они, как крысы у норы,Стояли близь еды на страже.Со мной дружил молодожён,Женившийся на злой бабище.Но был в правах он поражён,Пропив в Юкках своё жилище.В клетухе малой без окнаЮтился дед хромой Василий.По слухам, он три паханаНа зоне бритвой обессилил.И не забыть мне никогдаДевицу в этом многолюдье:Как коммунальная звезда,Она трясла прилюдно грудью….Такой вот опыт поимелЯ в нашей Северной столице.Поэтому и был так смел,Ища зарю в любой зарнице. 1987
Почтение к дубу
1988
Облом в приставаниях
1
Уже вовсю летает пухПо самым вычурным орбитам,И радует мух габаритомСпасающий от гроз лопух.В разгаре тёплая пора —Экватор лета к зною ближе,И ветер нагло и бесстыжеРешил взять липу на ура…2
Скопив, казалось, вдосталь сил,Он начал сплошь транжирить удаль —В итоге же, как старый пудель,Вблизи неё пыл погасил.Земля подумала, что дождьПослал в разведку пару капель,А это ветер шанс прошляпилИ стал кропить слезой скулёж!.Там, где стремится дерзкий пухПопасть в борейскую обитель,Бакланом, над вулканом сбитым,Страдает ветер от прорух… 1988
Пернатая любовь
1
У мощной берёзы морщинистый ствол,Конечно, не очень-то цел и красив.Но явно иначе считает щегол,В берёзовый парк с неких пор зачастив.Ему не укрыться в зелёных ветвях —Уж очень заметен нарядный камзол.Три дня сладкозвучит без отклика птах,И видно, что он на подругу стал зол.2
Щегол не забыл, хоть прошёл целый год,Как майские страсти дарила она.И как славословит пернатый народ,Когда счастье пьётся вдвоём и до дна.Мне хочется верить – она прилетит,И снова они вместе сладят гнездо…Но опыт зудит, словно злой эрудит, —В семействе щеглов брак не ценит никто!1989
Почти всё – как у людей
1
Шиповник желанием пахнет,Не в силах отречься от грёз.Мечтал он, что Розочка ахнет,Увидев его в мире роз.Однако попал он в немилость,Любуясь красой Хризантем.И счастья, увы, не случилось,Остался парниша ни с чем.Как будто и силушки много,И алы его лепестки,Но осень с упорством бульдогаБерёт молодца за грудки… 2
Дожди лепестки посбивают,Развеет их ветер, шаля.В желаньях наступит тайм-аут,Пока не проснётся земля.И пусть ничего не случилось,Но опыт накоплен им впрок:В апреле исчезнет унылость —Шиповник усвоит урок!И Роза, возможно, прозреет,Учтя в виде принципа то,Что глухо закрытые двериПробить может лишь долото….Хочу, чтоб Шиповник и РозаИз племени розовых роз,Желанья свои не морозя,В любовь окунулись всерьёз! 1989
Ветер и дуб
1
Пободался ветер с дубомИ убрался восвояси,Но уже неделю тупоОн точит об этом лясы.Уверяет домочадцевВ силе гибельных порывов,В том, что только лишь по счастьюДуб не стал маячить криво.Речи ветра – как заветы,Не мешает даже сиплость.Сладок так нектар победы,Что геройски крылья слиплись… 2
Дубу пофиг экивокиИ разливы лживых сплетен:Чьи-то жалкие наскокиОн нисколько не заметил.Дуб могучей красотищеРаспрямляет шире плечи:Для него ведь – как затишьеТо, что слабеньких калечит.Есть и в массе человечьейТех воителей прослойка,Кто с душой широкоплечейПереносит беды стойко.1990
Приметы питерской весны
Поделиться с друзьями: