В чем истина? Эксплейнер по современной философии от Фуко и Делеза до Жижека и Харауэй
Шрифт:
Латур исследовал, как создаются научные факты и как они используются в политических процессах. Он утверждал, что научные факты не являются объективными и независимыми от социального контекста, а скорее создаются и используются в социальной борьбе. Чем больше «союзников» у факта, тем он более реален.
Латур предлагал новый подход к экологии, основанный на понимании знания как процесса создания связей между различными объектами и акторами. Латур утверждал: экология не ограничивается исследованием природы, но включает в себя социальные и технологические факторы, и предлагал уйти от уверенности в разделенности политики и природы.
«Если антрополог достаточно проницателен, он прочертит вам сети, в точности напоминающие социотехнические сплетения, которые мы намечаем для наших собственных обществ, описывая микробы, баллистические ракеты или топливные элементы. Мы и сами боимся того, что небеса упадут нам на голову. Мы и сами связываем простейшее движение руки, жмущей на кнопку аэрозоля, с запретами, касающимися неба. Мы и сами должны принимать в расчет законы, власть и мораль, чтобы понимать то, что наши науки говорят нам по поводу химии высоких слоев атмосферы» [31] .
31
Латур Б. Нового времени не было. Эссе по симметричной антропологии. СПб.: Издательство Европейского университета в Санкт-Петербурге, 2006.
Потаенный историк разума: идеи Петера Слотердайка
Историк мысли и эссеист Петер Слотердайк получил докторскую степень в университете Габсбурга; самая известная его работа – «Критика цинического разума». Автор выступил с критикой культуры цинизма и иронии, преобладающей в современных обществах.
Слотердайк подчеркнул важность искреннего участия и развития подлинных отношений и через призму развития цинизма написал свою «историю» разума и субъекта.
«В центре критического внимания Слотердайка стоят два разрыва в социальном теле. Во-первых, разрыв между знанием и действием. Во-вторых, разрыв между одиночными индивидами и диффузной массой “Man”. Прежде всего, Слотердайка интересуют условия превращения просвещенного сознания в сознание цинического субъекта» [32] .
32
Смирнов И. Между кинизмом и цинизмом. Studia culturae. Выпуск 3. Альманах кафедры философии культуры и культурологии и Центра изучения культуры философского факультета Санкт-Петербургского государственного университета, 2002.
Не менее известны и три тома «Сфер». В них Слотердайк анализирует, как сфера как символ становится одним из важнейших образов западноевропейского стиля мышления. Образ сферы можно обнаружить в описаниях космоса, психики, философии, искусства и многого другого. Слотердайк утверждает, что сферы не только локальный феномен культуры, но и социальное и политическое явление.
Слотердайк выдвигает тезис: создание сфер – это создание общих иммунных пространств солидарности, в которых есть безопасность, защищенность и забота людей друг о друге. «Сферы» прокладывают путь к другой теме автора: иммунологии, которая фиксирует особые отношения между жизненными силами и философией, между биологией и метафизикой.
«Именно Ницше осуществил иммунологический поворот мышления и был первым, кто истолковал культуру в целом как конкурентную борьбу между стратегиями уменьшения и стратегией увеличения масштабов заражения» [33] .
Слотердайк много обращается к истории философии, интерпретирует Хайдеггера, Ницше и других классиков, а также поднимает современные вопросы. Например, пишет об антропотехнике и трансгуманизме. Слотердайк подчеркивает важность самосозидания человека с помощью различных технологий. Он исследует, как люди совершенствуют себя индивидуально и коллективно, подчеркивая роль технологий, ритуалов и дисциплин в этом процессе.
33
Слотердайк П. Сферы. СПб.: Наука, 2005.
«Может, и архивный подвал станет просветом? Все указывает на то, что архивариусы и архивисты стали преемниками гуманистов. Тем немногим, кто еще осматривается в архивах, навязывается мнение, что наша жизнь – запутанный ответ на вопросы, в отношении которых мы забыли, где они были поставлены» [34] .
Юк Хуэй: новая философия техники, которой нет в Китае
34
Peter Sloterdijk. Regeln fur den Menschenpark. Ein Antwortschreiben zu Heideggers Brief uber den Humanismus. Frankfurt am Main: Suhrkamp, 1999. (Перевод с немецкого Татьяны Тягуновой.)
Почему вообще где-то есть философия техники, а где-то ее нет? Потому что техника – не универсальный концепт. Понимание техники западной философией во многом основано на прометеевском мифе, из-за чего техника противопоставляется природе, наделяя человека уникальными свойствами.
Философия со времен Античности не раз обращалась к проблеме техники и технического. Можно вспомнить доклад Хайдеггера 1953 года «Вопрос о технике», в котором он обозначил забвение техне как пойесиса и превращение техники в постав, то есть в наличное, обыденное, незахватывающее [35] . Юк Хуэй анализирует этот текст Хайдеггера и говорит, что такой взгляд на историю техники не единственный и не универсальный.
35
По Хайдеггеру, техне – ремесло, умения человека, восполняющие природу; пойесис – процесс появления чего-то, не существовавшего ранее; постав – понимание сущего как предметного. Прим. ред.
В китайской философии – в отличие от западной – понимание техники не складывалось из противопоставления природного и рукотворного.
Техника в Китае, если говорить совсем просто, продолжение природного мира. В определенной степени китайским мыслителям такая философия была не нужна. Это связано с особым восприятием в Китае времени, истории и геометрии.
Кратко сказать об этом сложно. Прежде всего речь идет о нелинейном восприятии времени. Для этого не нужна привычная техника как способ запоминания или переноса внутренних форм познания во внешние (геометрия здесь упомянута неслучайно). Скажем, письмо – это тоже техника запоминания и доступа к прошлому. Но если поменять восприятие времени, то и сама техника трансформируется.
Одна из них – космотехника, то есть особая связь между техникой в широком смысле и какой-либо локальной практикой, связанной, допустим, с телом или природой человека. Ответ содержится уже в самом понятии: космос отсылает к чему-то внешнему, а техника становится отчасти «личным» опытом.
Китайская медицина: использует космологические термины по отношению к человеческому телу. В некоторых трактатах небо соответствует коже, земля – плоти, ветер – энергии ци. Можно усмотреть и связь «локального» и «глобального», морального как чего-то личного и космического, природного. Ну и конечно, практика медицины и лечение – это тоже техники.
Мы привыкли воспринимать китайскую философию как этическую. И Юк Хуэй в книге «Вопрос о технике в Китае» предпринял попытку показать, что на самом деле китайская мысль занята не только вопросами нравственности. Для современной философии давно очевиден тезис о множестве форм природы (это называется мультинатурализм) [36] . Так почему мы не можем так же говорить о множестве техник?!
36
См., например, статью Евгения Быкова о Латуре, где можно найти: «Латур обращает внимание на “множество маленьких природ”– длящих себя объектов природы, проходящих от мгновения к мгновению» (Быков Е. От акторно-сетевой теории к модусам существования: экспозиция в семи сценах // Логос. 2017. № 1 (116)).
Обзор истории техники в Китае показывает: она действительно была другой, а ее тематизация в XX веке происходила с опорой на западную мысль. Тем не менее увидеть китайскую философию с точки зрения космотехники по-прежнему интересно и важно.
Философы Кант, Витгенштейн, Делез и Симондон – школьные учителя
После смерти отца Иммануил Кант, прервавший из-за необходимости заботиться о семье обучение в университете, устроился домашним учителем. Это была непрестижная работа, учитель тогда считался почти прислугой. Но Канту повезло с семьей; у него даже оставалось время на собственные занятия. И все же впоследствии возможное возвращение к работе домашнего учителя снилось Канту в страшных снах, а сам он считал, что был наихудшим детским учителем из возможных.