Чтение онлайн

Он тоже выглядел, как контролер. К нему присоединились Жужа и Саша – оба контролеры. Затем все четверо загнали его в угол и…

Фома проснулся. Сидит в углу, на коленях автомат, у ног винтовка. Он быстро проверил магазин автомата – заряжен. Повторил процедуру с винтовкой. Рядом сидя спит Саша, напротив сидит Колобок и странно смотрит.

– Ты чего? – спросил он. Из его рта вывалилось что-то белое. Фома присмотрелся и увидел, что это червь, он сморщился в отвращении.

– Колобок, что с тобой? – изумленно спросил Фома.

– Все нормально.

– У тебя изо рта выпал червь!

– Да? – удивился Колобок – Что-то рановато.

– Для чего? И где остальные? – Фома запаниковал.

– Как «для чего»? Мы ж теперь зомби.

– Да. – В один голос поддержали Жужа и Пудель и деревянными шагами вошли в дверной проем.

– Не хочешь присоединиться? – поинтересовался Саша и потянул к нему бледные руки, сплошь покрытые язвами и гнойниками.

– Что???!

Сознание стало меркнуть, его начало лихорадить и трясти. Сквозь шум в ушах он услышал голос. Он что-то говорил, но Фома не мог различить и слога. Затем в мутном мареве он увидел мужскую фигуру в дверном проеме. Он был похож на… контролера!!! Тряска усилилась и Фома, наконец, сообразил, что голос принадлежит монстру и тот произносит его имя, одновременно с этим наступила тьма.

– Фома!

– Что? – он вскочил.

– Ты чего? – Колобок сидел там же где и во сне и ошарашенно смотрел на него.

– Где остальные? – Фома потянулся к автомату.

– Нижние этажи проверяют, а этот спит. – Растерянно сказал Колобок.

Фома посмотрел в бок и обнаружил на своем плече голову спящего парня. Затем пригляделся к Колобку и вдруг понял – «я же был на ногах! А сейчас я снова сижу! Что происходит? Выходит, приснилось, что соскочил? Когда ж я проснулся? Сейчас? Где сон, где явь?».

В комнату вошли Пудель и Жужа, отвлекая от мыслей. Фома тряхнул головой, окончательно прогоняя остатки сна.

– Все чисто. – Сообщил Пудель.

– О, мужики, слушайте! Анекдот вспомнил. – Колобок враз повеселел и выдержал паузу. Потом принял многообещающий вид и начал рассказывать.

Что именно он рассказал, Фома не слышал из-за собственных мыслей о сне. А когда выбросил все из головы, все уже смеялись. Жужа от смеха катался по полу, остальные лежали на спинах, держались за животы – даже Колобок, не смотря на то, что был рассказчиком – и дико ржали. Постепенно и поочередно их смех стал грубее и ниже. Высота звука все понижалась и понижалась. Частые выдохи смеха стали меняться на длительные и редкие, пока смех не превратился в монотонное гудение. Оно приобрело новый характер и стало походить на вой. Сначала разобщенный, но быстро слившийся воедино.

Все это время Фома таращился на сталкеров во все глаза и был не в силах пошевелиться или что-либо сказать. Они все, включая Сашу, задрали головы и выли в потолок. Фома только и смог, что зажмуриться до ломоты в висках и стал трясти головой, пытаясь хоть таким образом заглушить вой. А он все усиливался. Он в тряске ударился головой о стену, и боль обожгла сознание, вой прекратился, и наступила тьма.

Фома попытался открыть глаза, но удалось далеко не с первого раза. Но вот непослушные веки приподнялись и…

– Ты чего на стены бросаешься? – обалделый Колобок стоял рядом, подсвеченный из окон лунным светом.

– Когда это? – Фома отказывался верить в откровенный бред, при этом, не понимая причину головной боли.

– Да прямо щас! Башкой со всей дури – хрясь! – Колобок, изображая, врезал кулаком в ладонь.

– Честно? А я думал, приснилось. Ай! – он схватился за ушибленное место – Сколько я спал?

– Полночь почти. Вот и считай.

– Где парни?

– Нижние этажи проверяют.

Фома поднялся на ноги и только сейчас заметил рядом с местом, где спал, молодого ученого. Тот спал, аки младенец, свернувшись калачом.

Со двора донесся протяжный, уже знакомый вой псевдособаки. Вблизи он звучал еще более зловеще.

– Заткнись, сука!!! – нервно заорал Колобок, высунувшись в окно.

– А может кобель? Откуда ты знаешь? – нехотя поинтересовался Фома, в надежде хоть чем-то поддержать разговор.

– Может и кобель, – Колобок отвернулся от окна – Только дела это не меняет, задрал уже. Воет и воет. На нервы капает.

– Может пристрелить надо попробовать? – съязвил Фома – Иногда, знаешь ли, помогает!

– Не получится. – В дверях появился Пудель, следом Жужа.

– Почему?

– Прицел сбивает. – Ответил за него Колобок и, заметив скепсис в глазах Фомы, пояснил – Ментально. С линии огня уходит загодя, хрен попадешь даже втроем. А еще он морок создает в виде таких же тварей, как сам. Ложные цели, значит, насылает. Что-то вроде тепловых ловушек в авиации.

– Да ну! – фыркнул Фома – Не верю! На сумасбродство смахивает.

– Да как хочешь. Только я тебе правду говорю.

– Чушь. – Уверенно констатировал Фома.

– Пошли. – Колобок позвал его к окну – Пудель, проучим бойца? – веселый тон выдавал уверенность в своем превосходстве.

Они оба подошли к окнам, Фома устроился за плечом Колобка. Чернобылец сидел так же и там же, что и во сне, и на секунду Фома подумал, не снится ли ему все происходящее. В реальность его вернул Пудель.

– На, подсвети его. – Он сунул в руки фонарь – Колобок, на счет три. Я влево, ты вправо, а Жужа по центру.

Фома высветил пса – тот выглядел так же, как во сне. Это при том, что в подробностях Фома увидел его только сейчас. Красные угольки глаз временами поблескивали в луче света. Пудель шепотом отсчитал до трех, и грянули три коротких очереди. Пес до последнего оставался недвижим, но в последний миг смазанным движением скользнул чуть вперед. Пули ударили далеко позади него, высекая искры из асфальта. Сразу же пришли в движение, неподвижные до этого, слепые псы и заметались по двору, создавая мешанину из подвижных целей, таким образом, отвлекая сталкеров на себя и пытаясь заставить стрелять – конечно же, в пустоту – чтобы люди истратили патроны. С выстрелами соскочил с места перепуганный спросонья лаборант, но оценив ситуацию, снова завалился на бок.

– Убедился? – довольный Колобок не скрывал насмешки.

– Убедился, что вы трое косоглазием страдаете.

– Сам попробуй! – вспылил Колобок и сел у окна.

Фома отложил автомат, снял с плеча винтовку и прицелился. Пес вернулся на прежнее место и снова завыл, глядя прямо на него. Они долго смотрели друг на друга. Фоме на какой-то миг показалось, что чернобыльский пес посмотрел по-особенному жестоко и ненавистно. На жуткой плоской морде, до боли напоминающей человеческое лицо, проступило некое подобие ухмылки. Красные искры глаз адски зловеще сверкнули. Фома только сейчас сообразил, что никто не подсвечивает цель.