Чтение онлайн

Похороны Нила должны были состояться недалеко от дома его родителей в городе Ларкспур, примерно в четырех сотнях миль к северу от Лос-Анджелеса.

Марта и Сью решили не ехать туда.

Ни одна из них не была знакома с его родителями, и сейчас ситуация не казалась удачным моментом для знакомства.

Особенно учитывая, что на похоронах наверняка будет толпа зевак и журналистов.

Также они беспокоились по поводу полиции. Ходили слухи, что к убийствам в Брентвуде могли быть причастны как мужчины, так и женщины. Хотя никто, вроде бы, не проводил связи между Нилом и резней в доме Конрада, полиция могла просто не разглашать всей информации публике. Марта и Сью сочли слишком большим риском светиться на похоронах Нила.

К том же, там наверняка будет как минимум несколько фотографов.

Они не могли даже представить, насколько недооценили внимание прессы.

На CNN вели прямую трансляцию. Похороны освещались в вечерних новостях каждого телеканала. Спустя один-два дня после похорон, посвященные Нилу сюжеты вышли одновременно в программах Current Affair, Hard Copy, и American Journal [52] .

Хотя некоторых его соседей опросили журналисты, никто не смог назвать ни имени, ни сказать чего-либо конкретного о загадочной девушке, с которой встречался Нил — кроме факта, что она работала то ли стюардессой, то ли где-то в аэропорту.

Одна из соседок Нила, молодая женщина по имени Карен, проживавшая в соседнем доме, сообщила репортеру, что хорошо его знала: «Он был таким милым, — сказала она, утирая слезы. — Мне будет его очень не хватать».

— Это ж та девчонка, которой он кулаком врезал, — прокомментировала Сью.

— Та, что с братом своим шпилилась?

— Ага, она самая. Ты глянь, врет и не краснеет!

— Кто сказал, что она врет? — спросила Марта. — Может, она реально считает Нила очень милым.

— Ну, наверное. По ходу, его любили вообще все, кто знали.

Как-то вечером, почистив зубы перед сном, Марта вошла в спальню и застала Сью плачущей. Лампа на тумбочке была включена. Сью лежала прикрытая до пояса одеялом, с голой спиной, лицом зарывшись в подушку.

Увидев браслет на ее правой руке, Марта подумала поначалу, что девушка сейчас в чьем-то чужом теле. С самого дня смерти Нила, Сью вновь и вновь прибегала к браслету чтобы сбежать от своего горя. Может, и сейчас это были не ее слезы, а реакция на эмоции другого человека.

Марта легла с ней рядом и осторожно погладила по спине.

Сью повернула голову.

Значит, все-таки не катается сейчас где-то.

— Ты как, в порядке? — спросила Марта.

— Просто грустно.

— Нил?

— Угу.

— Я тоже по нему скучаю.

— Да я его вообще едва знала! Это несправедливо. Три дня. Вот и все, что у нас было. Я-то уж губу раскатала, что мы всю жизнь вместе проведем. Но досталось нам всего каких-то три дня.

— Понимаю, — прошептала Марта, — Понимаю. — она провела рукой вверх по гладкой спине Сью и легонько помассировала ее шею, — Ну по крайней мере, у нас будет его ребенок.

— У тебя будет, не у меня.

— Может, и у тебя еще тоже будет.

— Угу, разбежалась.

Попытавшись улыбнуться, Марта сказала:

— Ты бы, может, не отмахивалась так, пока следующие месячные не начнутся.

— Я хочу, чтобы был Нил.

— Иди сюда, — прошептала Марта.

Сью перевернулась на бок, и Марта прижалась к ней. Пока они обнимались, Сью продолжала плакать. Марта придерживала ее голову одной рукой. Другой гладила ее спину. Она чувствовала, как слезы Сью промочили ей ночную рубашку на груди.

Через какое-то время, Марта сказала:

— Может, он и правда внутри кого-то из нас?

— Вот уж хотелось бы, — Сью шмыгнула носом. — Знаешь, я постоянно про это думаю.

— Я тоже.

— Я… короче, я говорю с ним. Ну, ты поняла, да? У себя в голове. Ты так делаешь?

— Само собой.

— Но он не отвечает.

— Знаю, — сказала Марта, — Он не может.

— Вот хотелось бы, чтоб он смог, как-нибудь.

— Было бы здорово, да?

— А в зеркало ты смотришься? — спросила Сью.

— Чтобы он мог меня видеть? Конечно. Я много такого делаю. И думаю, что он все время может быть здесь. Вчера вот танцевала голая перед зеркалом.

— Да ладно? — Сью опять шмыгнула носом. Похоже, она больше не плакала.

— Да. Для Нила. На случай, если он во мне.

— И чего еще ты для него делала?

Пожав плечами, Марта ощутила тяжесть, влажного участка ткани ночной сорочки на своей груди.

— Ты когда-нибудь себя трогала специально для него, а? — не отставала Сью.

Марта покраснела.

— Эй, хватит.

— А я — да. Хочется, чтобы он был счастлив.

— Понимаю, — сказала Марта.

— Так ты тоже это делаешь, да?

— Ну, да.

Сью тихонько засмеялась. Ее жаркое дыхание обдало грудь Марты сквозь рубашку.

— Одно точно, — сказала она, — он уж точно не может быть и в тебе, и во мне сразу.

— Это маловероятно.

— Ну, тогда кто-то из нас делает кучу глупостей за просто так.

— Может, мы обе, — сообщила ей Марта.

После этого какое-то время они вдвоем молчали. Марта пожалела, что произнесла это. Она мягко прижала Сью к себе.

Та сказала:

— Иногда, знаешь, я прям вот поклясться готова, что он во мне. Я его ну вот чувствую просто. Так хорошо сразу становится, и даже ни капельки не скучаю уже. Да вот только, потом я начинаю думать, что вдруг его все-таки здесь нет — а я просто притворяюсь, что он есть.

— Я знаю. Со мной такое тоже бывает.

— Как будто я сама себя обманываю.

— Да, типа того.

— И потом сразу так погано становится, так пусто и одиноко…

Марта опустила лицо навстречу щекочущим кожу волосам Сью и поцеловала ее в макушку.

— Все хорошо, — прошептала она.

— Только ты не думай вдруг, что я тебя не люблю.

— Все хорошо.

— Просто как-то… очень не хватает Нила, прям вот очень.

— Мне тоже, — прошептала Марта.