Чтение онлайн

— Мне не нравится то, как ты со мной говоришь, — попыталась слабо возразить я. — Я тебе никто, чужой человек.

— В этом ты ошибаешься, Настюш, — горько усмехнулся хозяин вечера. — Даже если не брать в расчет, что мы знаем друг друга почти всю жизнь, есть вещи, которые связывают нас гораздо крепче любовных и семейных уз.

И почему-то я сразу поняла, что он говорит совсем не о ребенке. Так и знала, что та ситуация выйдет боком лично мне. Хотя все равно ничего не смогла бы поделать. Я слишком сильно переживала за сестру, чтобы попытаться разорвать с Сашей эту связь, которая, как он выразился, крепче любовных и семейных уз.

— Боюсь, я не совсем понимаю, к чему ты клонишь.

— А мне кажется, ты все прекрасно осознаешь. Ты не готова к отношениям? Что ж, я подожду, я терпелив. Но не думай, что ты сможешь выгнать меня из своей жизни, Настя. Тем более теперь, когда ты носишь моего ребенка.

— А если он все же не твой? — я начинала злиться и специально задавала провокационные вопросы.

— Даже если это и так, ничего от этого не поменяется. Я люблю тебя. И это никогда не изменится.

Он говорил вроде бы хорошие вещи. Правильные. Но у меня было такое ощущение, что надо мной смыкаются толщи воды, и я все глубже погружаюсь в морскую пучину. Ледяную и губительную.

— Могу я привести себя в порядок? — поднялась и обтянула платье.

Саша тоже поднялся и направился к выходу.

— Конечно, распоряжайся здесь всем, как считаешь нужным. Я буду на террасе, нехорошо оставлять гостей одних. Позвать тебе Лену?

— Не нужно… Я хочу побыть одна.

Он ушел, а я снова заперлась в ванной. Было страшно. Хотя краем сознания я обрадовалась тому, что мое состояние объясняется совершенно естественными причинами, а не какой-то болезнью. И все же для беременности сейчас было самое неподходящее время, которое только можно представить. Боже… Боже, что же делать?..

Я почти не пользовалась косметикой, поэтому не боялась сильно испортить макияж. Поплескала на лицо холодной воды, благодаря чему немного пришла в себя.

— Нужно ехать домой, — твердо решила я, глядя на свое отражение.

Подхватила сумочку и направилась из спальни, чтобы найти Лену, попрощаться с Сашей и уехать. Я устала. Я так дико устала, что в тот момент не могла ни о чем думать. Хотела только лечь в постель и забыться сном.

Однако сделать мне этого не дали. Когда я вошла на террасу, переводя взгляд с гостя на гостя, чтобы найти сестру, из другого входа официант ввозил большой трехъярусный торт. Почему-то возникла ассоциация со свадебным угощением. Хотя сверху из него торчала одна большая свеча.

Музыканты заиграли всем знакомую мелодию, а гости подхватили песню: «С днем рождения тебя!» Мне оставалось только стоять и улыбаться, пока Саша задул свечу.

— А пока торт режут, я хотел бы сказать несколько слов, — обратился он ко всем гостям.

Музыка затихла. Собравшиеся принялись подходить к середине террасы со всех ее концов. Я увидела Лену и тоже подошла к ней, думая, что это отличный момент: послушать, что скажет именинник, попрощаться и уйти.

— Как ты? — почти одними губами прошептала младшая.

— Нормально, — так же тихо ответила ей.

— Вы сегодня пожелали мне много хорошего, — улыбнулся молодой человек. — И я надеюсь, это было искренне, потому что сюда я позвал только своих самых близких друзей.

В это мне не верилось. Не может у человека быть почти три десятка друзей. Тем более — у Саши. Но если он так сказал, значит, это для чего-то было ему нужно. Он никогда не делал ничего просто так.

— Но один человек из здесь присутствующих сделал мне совершенно особенный подарок, — продолжил с улыбкой Саша. После этого я уже немного напряглась, а когда он произнес следующие слова, и вовсе захотела скрыться, провалиться сквозь землю: — Настюша, можно попросить тебя ко мне подойти?

При этом хозяин вечера протянул руку, чтобы я уж наверняка поняла, что он обращается именно ко мне. Сердце тревожно забилось. Не к добру это, не к добру…

Недоверчиво глядя на него, все же подала ему кисть. Он притянул меня к себе, попутно поцеловав тыльную сторону ладони, как это сделал Вячеслав Сергеевич при знакомстве. Кстати, тот стоял совсем рядом с нами, одной рукой приобняв жену за талию, а в другой держа бокал.

— Я хочу поделиться с вами своей радостью!

— О чем ты? — зашипела ему на ухо. Но Саша сделал вид, что не расслышал меня. Он набрал в грудь воздуха и заговорил.

— Так символично, что именно в сегодня, в двадцать шестой день рождения, я узнал, что скоро стану отцом! — Саша крепко держал меня за талию, иначе после этих слов я точно убежала бы. Даже дернулась, но он не позволил двинуться, продолжая лучезарно улыбаться.

После небольшой немой паузы гости разразились аплодисментами и громкими поздравлениями. А я стояла и смотрела только на сестру. И если ее лицо сейчас отражало мое выражение, то я стояла как громом пораженная. Как он мог без моего ведома вот так всем рассказать?! Я еще даже не решила, оставлю ли этого ребенка! Не то чтобы я думала об аборте, но все же должна была иметь право выбора, а он как будто его у меня отнял! Я уже набрала в легкие воздух, чтобы высказать ему все, что о нем думаю, как Саша сделал то, что повергло меня в шок окончательно.

Он аккуратно отпустил меня, убедившись, что прямо в тот момент я не сорвусь с места и не убегу, отошел на шаг и встал передо мной на одно колено.

— Прости, это так спонтанно, я не успел купить кольцо, но обещаю, что завтра куплю тебе любое, какое только захочешь! Настенька, любовь моя, окажи мне честь и стань моей женой и хозяйкой всего, что я имею, включая мое сердце!

Я стояла оглушенная, пораженная, а он держал меня за руку. Мне казалось, что все это не по-настоящему, что это не со мной происходит. Этого всего просто быть не может.

Слышала шепот гостей, их нетерпеливые подсказки из разряда: «скажи да» и «соглашайся». Повернула голову к Лене, как бы ища совета или подсказки, но сестра пребывала в таком же недоумении, как и я.

Саша загнал меня в угол. Окончательно и бесповоротно. Я снова посмотрела на него.

— Связаны крепче любовных и семейных уз, помнишь? — прошептал он так тихо, что, кроме меня, его никто не слышал.

— Д-да, — кивнула я на его последний вопрос.

Но гости приняли этот ответ за согласие стать его женой. Все разразились дружными криками и поздравлениями. Счастливый Саша поднялся и прижал меня к себе, впрочем, даже не пытаясь поцеловать. К нам подходили люди, они жали имениннику руку, трогали меня за плечо или похлопывали по спине, а я в это время вообще почти ничего не соображала. В голове шумело. Вместо мозга — какая-то каша, жижа, которая совершенно была не способна анализировать ситуацию.

Моя жизнь перестала принадлежать мне — только это я понимала.

***

Я лежала на нагретом солнцем шезлонге из натурального ротанга, слушая, как недалеко от меня шумят волны. Словно море делало медленный вдох и выдох. Вдох и выдох. Как на медитации, которые я полюбила в последнее время. Они помогали не сойти с ума.

Краем уха слышала, как муж, чей шезлонг стоял рядом, говорил по телефону. Старалась не вдумываться. Я вообще держалась от дел Саши как можно дальше, не вникая в подробности, однако смысл разговора волей-неволей уловила.