Чтение онлайн

Скажу честно, я расценила этот факт, как знак, разрешающий мне развитие темы. От этого понимания у меня внутри что-то заискрилось, и дорога назад с этого волшебного места уже не казалось столь грустной. Впереди ожидалось чарующее общение с толстым мальчиком.

Когда все туристы загрузились в автобус, экскурсовод предложила включить мультфильмы для детей, которые хорошо вели себя на экскурсии. Водитель включил экран над своей головой. Что-то поискал по поисковику на диске, сказал что-то экскурсоводу. Она объявила по микрофону, что мультфильмов, к сожалению, нет, но взамен можно включить фильм. «Включайте музыку!» – предложила я. Экскурсовод посовещалась о чем-то с водителем, и он еще поискал по поисковику. Я говорю своей соседке Дине Николаевне: «Сейчас будет эротика».

Она долго веселилась, когда под звуки активной музыки на экране действительно появилась горячая девушка, начавшая раздеваться с первой секунды. Мы не без интереса наблюдали за ее действиями. Девушка за минуту успела раздеться донага, и когда части ее тела одну за другой начали показывать в самом ближнем фокусе, то в автобусе раздался смех. И мы с Диной Николаевной сказали водителю, (нам было сподручно это сделать, поскольку сидели сразу за ним), что на экране кажут голую девицу. Кто знает, что бы она стала вытворять дальше.

Водитель очень засмущался, а экскурсовод громко извинилась по микрофону, объяснив произошедшее тем, что им не видно, что показывают над головой, и что водитель перепутал диски. Понятно, море, солнце и соленый воздух благотворно влияют не только на меня.

Кстати, о Дине Николаевне. На этот раз она сидела смирно и пребывала в абсолютном молчании. Я не тревожила ее молчание. Я отсканировала ее внутренним зрением и ощутила, что она переживает свое опрометчивое поведение на дольменах. Поначалу я погрузилась в свои собственные переживания по поводу того, что негативные эманации, которыми, скорее всего, напиталась моя соседка, сейчас могут повлиять и на меня. И от этих мыслей у меня заболела голова. «Всё, негативная энергия начала действовать», – обречено подумала я. Еще какое-то время я пыталась сосредоточить свое внимание на видах природы за окном автобуса, но это мало помогало. Мысли уже зацепились за информацию о дольменах. Тогда я подумала, как быстро я сдаюсь обстоятельствам, и решила изменить свое ухудшающееся настроение, заговорив с Диной Николаевной. Она откликнулась, и постепенно мы снова нашли повод посмеяться, прежде вспомнив эпизод с неудавшимся мультиком. Головная боль отступила, и я еще раз убедилась, что излишняя мнительность способна испортить что угодно.

В пансионате мы снова поужинали сухим пайком. И мы с Сергеем опять сидели рядом и обменивались случайными прикосновениями. Удивляюсь до сих пор, что может делать со мной водная стихия.

Перед отходом ко сну Сережка, взяв кружку с нашим фото в руки, предложил ее мне. Это было сделано очень трогательно. У Валентины Степановны тут же включилась камера видеонаблюдения с выставленным вперед дулом пистолета, на всякий случай. «Дай посмотреть», – уклонилась я от прямого ответа. Получив кружку в руки, я повертела ее, одновременно сканируя бабушкино дуло, направленное в мою сторону, и сказала: «Спасибо, но у меня большой необходимости в ней нет». Дуло опустилось, кружка вернулась к Сережке. Мы немного поговорили о кружках вообще. Толстый мальчик рассказал, что у него их целая коллекция. Он же спортсмен, кикбоксер. И после каждого очередного соревнования в другом городе или стране, в котором он принял участие, он обязательно покупал кружку с изображением эмблемы места. Так что кружку Сергей притянул. Довольно забавно.

Следующий абзац (ровно один) толстым мальчикам читать запрещается.

После путешествия по водопадам я ощутила сильный прилив женской сексуальной силы. Она заполнила меня до краев. Нужно было что-то срочно с ней делать. Когда среди ночи я проснулась от переполнявшего меня желания, мне поневоле пришлось вспомнитьизвестную методику ОмраамаМикаэляАйванхова. Япопыталась аккумулировать бьющую через край энергию, но, поскольку я не великий мастер в этом, то часть этой силы я транслировала Сережке. Это сделать, оказалось, гораздо легче. Я мысленно отправляла ему свою избыточную энергию. А он, ни о чем не тревожась и не думая, безмятежно посапывал как здоровый поросенок. Позавидуешь, честное слово, а вот мне приходилось туго. К утру я чувствовала себя лучше, но хотелось спать.

У Сережки зазвенел будильник. Толстый мальчик, с трудом вынырнув из мира сна, выключил его. Через пять минут раздался новый звонок. Мальчик выключил его. Будильник прозвенел и в третий раз. Я не могла понять, зачем такое количество звонков. Я была в крайней степени удивлена. К тому моменту, когда толстый мальчик, наконец, проснулся окончательно, я насчитала пять звонков. Одно радовало, музыка для звонка была приятной.

Дождавшись, когда толстый мальчик умылся, причесался, я решила удовлетворить свое любопытство: «Зачем тебе столько будильников?» «Чтобы проснуться», – ответил он. «А одного не хватает?» – пыталась я добиться вразумительного ответа. «Нет», – простовато сказал он. «Ну точно, толстый мальчик», – подумала я про себя, а вслух попробовала его убедить. –«Я просыпаюсь с первого звонка, может быть, ты не будешь заводить столько будильников?» «Я же не проснусь», – откровенно тупил толстый мальчик. «Ты думаешь, мы тебя не разбудим?» – снова спросила я, имея в виду не только себя, но и его бабушку. Во время нашего разговора она принимала душ, поэтому я спрашивала, не опасаясь направленного выстрела Валентины Степановны.

Вечером того же дня, при отходе ко сну, я застала момент, когда толстый мальчик приступил к заводу будильника. Один завод пропикал, второй, третий. Я стала нарочито считать вслух, и когда счет достиг десяти, я снова с большим терпением спросила: «Куда тебе столько будильников?» Вместо ответа Сережка продолжил считать: «Одиннадцать, двенадцать, тринадцать…» Что взять с толстых мальчиков? И еще смеется. А тут еще Валентина Степановна вмешалась. Разве могут такие сложные вопросы решиться без нее? «Пусть ставит столько будильников, сколько ему нужно»,– насупилась она и свела брови к широкой переносице. Я махнула на них рукой. С львицей, стерегущей свое дитя, лучше не пререкаться. Но на следующее утро будильников было всего три. И на том спасибо.

Вообще толстым мальчикам эту главу читать не очень-то рекомендуется, но если свою толщину вы немного сбавите, то почитать можно, но осторожно, чтобы не замкнуло )))).

Свою избыточную энергию я транслировала Сережке не только ночью, но и по возможности днем. Каким образом? Например, делая ему всевозможные комплименты.

Я восхищалась то мелодией его будильника, то его мыслительными способностями, то невероятной способностью не обижаться, то его сувенирами, которые он покупал для своей семьи. Как-то я даже предложила перечислить вслух все его таланты на пару с бабушкой Валентиной Степановной. Но чтобы она не заподозрила никакого подвоха в этаком энергетическом ходе, я предложила чередовать перечисление талантов не только у Сережки, а также у самой бабушки. Получилось неплохо, львица-мать с интересом включилась в мою игру. Мне только этого и было надо, и моя энергия беспрепятственно перетекала Сережке в поля.

Как еще я транслировала ему свою избыточную женскую силу?

Если до поездки на водопады после утреннего и вечернего душа я выходила из ванны, одетая в халат, то после поездки, я просто заматывалась в большое белое полотенце, а потом уже, сидя на своей кровати спиной к Сережке, одевалась, сначала одевала верх, потом низ. Я не размышляла об этом, это произошло само собой. Просто внутри себя я поняла, что так будет намного комфортнее лично для меня.

Я считаю, что жара и отдых максимально способствовали расслаблению и стирали мелкие ненужные границы между разнополостью и разновозрастностью. Чувствуя на себе, обернутой в полотенце, любопытствующий взгляд мужчины внутри толстого мальчика, я ощущала приятную истому. И мне нравилось, вылезая из белого махрового полотенца, как из кожи какого-то экзотического зверя, надевать человеческую одежду.

Валентина Степановна чисто женской интуицией определила, что в пространстве комнаты что-то происходит, и она всячески старалась оградить внука от непонятного влияния. Исходящая от всего моего существа чарующая женская сила, не рассеивалась в пространстве, а направленно отправлялась мальчику Искрящаяся Радость. Бабушка мальчика слышала ее нюхом матерой львицы. Мне кажется, эту чарующую женскую силу можно было бы потрогать руками, настолько она уплотнилась в воздухе нашего номера.

Об этой силе я поговорю немного подробнее. Не хочу приписывать себе достоинства, которыми не обладала. На самом деле сила, о которой идет речь, шла НЕ от меня, а через меня от источника более мощного, чем обычное женское тело. К этому источнику каким-то образом я подключилась во время прогулки по горной расщелине и купания в водопадах.

Там, где я хотела остаться, там, где пел мой разум, там, где я мысленно разговаривала с пространством, там, где часть моей души осталась навсегда…

В связи с этим подключением у меня возникла одна интересная особенность – в моей голове зазвучала музыка в виде очень приятной и радужной мелодии. Она включалась только тогда, когда я была готова ее слушать. С момента моего пробуждения ото сна она сама просилась включиться. И если я разрешала, то она начинала негромко звучать, наполняя меня хорошим настроением и заряжая на весь день энергией и силой. Мелодия тут же прекращалась, как только я об этом думала. Мне это очень нравилось. Мне даже наушники не требовались, чтобы наслаждаться музыкой. (Оговорюсь заранее, вернувшись в родной город, эта способность улетучилась).