Чтение онлайн

— Коганэ, где находится Фушигуро Цумики? — чтобы сократить поиски, Амай воспользовалась помощью шикигами.

— Сэндай, — сразу же ответил появившийся шикигами.

— Отлично. Это сделает поиски быстрее. Наверное…

Амай долго искала древнюю проклятую энергию, но так и не смогла ничего толком учуять. Всё это время предок наблюдал за ней, терпеливо ждал чего-то. Он будто знал, что будет такой итог. Открыв глаза, красноволосая увидела пристальный взгляд мужчины на себе.

— Что!?

— Ты делаешь всё правильно. Но допускаешь ошибку в своих поисках.

— И какую же? — красноволосая злилась на предка. Ведь он мог поделиться своей мудростью раньше.

— Помнишь, как я учил тебя концентрироваться на своей проклятой энергии? Теперь ты должна сделать всё наоборот. Потянуться за пределы данных владений и отринуть все ощущения. Ты не должна ощущать мою энергию или тех, кто находится в соседней комнате.

— Это труднее, чем ты говоришь.

— Да. Но ты знаешь, что тебе надо искать. Проклятая энергия древних шаманов отличается, она течёт в нашем теле иначе. И ты уже знаешь про это. Исключив трёх здешних древних, ты сможешь расширить территорию поиска и найти то, что тебе нужно.

Амай вновь закрыла глаза и сосредоточилась, она ощущала потоки древней проклятой энергии, исходящей от Хейдзё, чувствовала недалеко лёгкий и свободный поток Хакари, ощущала тяжёлую и тёмную энергию Юты и почти невесомую Утахиме. Всё это пришлось подавить, прекратить чувствовать. Красноволосой не сразу удалось сделать так, но через какое-то время она ощутила вдалеке другие потоки. Некоторые из них — обычные, такие же, как у других шаманов. Но вскоре, Амай ощутила совершенно другую проклятую энергию, мощный поток которой струился по чьим-то венам, но медленно угасал. Заклинательница почувствовала вкус металла на языке, она нашла одного древнего заклинателя в Сэндай.

— Нашла! Пора отправляться в путь.

Красноволосая не решилась использовать телепортацию, хотела сохранить силы для предстоящего боя. Им с Хейдзё пришлось потратить полдня, чтобы попасть в нужное место.

Ёродзу была на футбольном разрушенном стадионе, в воздухе витала смешанная проклятая энергия. Здесь раннее случился бой. Амай заметила углубление и увидела знакомый силуэт — окровавленная девушка не двигалась и не дышала.

— О, нет! — кажется, красноволосая опоздала. — Нет!

Амай прислонилась к груди девушки, она не слышала её сердцебиения. Но не оставляла надежд, что Цумики всё ещё жива. Красноволосая трясущимися руками прикоснулась к телу, она использовала всю свою проклятую энергию для обратной техники. Раны на теле медленно залечились, но девушка не приходила в себя. По щекам Амай текли слёзы, она продолжала лечить сестру Мегуми.

— Это бесполезно, — стоящий в стороне Хейдзё не верил, что погибшую можно как-то спасти.

— Нет! Она ещё тёплая, она была повержена недавно. Я смогу спасти её.

— Мы не умеем воскрешать заклинателей, — покачал головой мужчина. — И не забывай, что внутри неё другой шаман. Если одна душа умерла, то вторая, скорее всего, тоже.

— Цумики…

Амай сжала кулаки на груди девушки, она перестала лечить её. Для красноволосой Цумики была светлой и доброй сестрой Мегуми, которая не заслуживала такой участи. Никто из этих детей не должен страдать и умирать просто так. Внутри заклинательница испытывала злость, отчаяние и боль, она чувствовала беспомощность и винила себя в том, что случилось. Она не успела. Не успела помешать Сукуне захватить тело Мегуми, не спасла Цумики, не уговорила Рю занять сторону заклинателей. Амай было всё равно, что предок стоит рядом и видит её рыдания.

— Её тело всё ещё живое. Но души в нём больше нет, — каким-то образом Хедзё смог это определить. Мужчина не хотел больше терять тут время. — Мы можем доставить её к нам, чтобы похоронить.

— Нет! Её душа внутри, я вытащу её.

— Техники, связанные с изменением души — опасны, они могут навредить тебе самой, — предупредил Хейдзё.

— Я не могу менять души, но говорить с ними и читать умею.

— Это очень опасно. Ты делала так раньше?

— Нет.

— Тогда не стоит начинать.

— Стоит. Эта девочка мне, как младшая сестра. Я сделаю всё, чтобы спасти её.

— Амай-сан, ты можешь не вернуться обратно, — Хейдзё нахмурил густые брови. Он говорил серьёзно.

— Мне всё равно.

Мужчина не успел остановить заклинательницу, девушка прикоснулась к Цумики и погрузилась в её сознание. Для красноволосой это было первое применение скопированной когда-то техники. В теории она знала, что надо делать, но на практике всё оказалось куда сложнее.

Заклинательница не ощущала физической оболочки, но одновременно видела своё тело будто со стороны. Она находилась в непроглядной тьме. И если бы Амай сделала шаг вперёд, могла бы провалиться в бездну. Она прислушалась — вдалеке кто-то тихо плакал.

— Цумики, — позвала Амай. Но никто не ответил. — Цумики! Отзовись! Я пришла за тобой. Прошу, ты нужна Мегуми! Отзовись!

Впереди себя Амай увидела светлую точку, она, будто полярная звезда, озаряла светом темноту вокруг. Красноволосая неуверенными шагами пошла вперёд, осторожно ступая по невидимой дорожке. Чем ближе девушка подходила, тем отчётливее слышала рыдания.

— Я знаю, что тебе тяжело. Всю жизнь вы держались друг за друга. Он был твоей опорой, а ты — его. Мегуми, он не показывает чувств, но ты понимаешь, что ты ему небезразлична. Пора возвращаться обратно, Цумики.

Выйдя на свет, Амай увидела рыдающую маленькую девочку. Больше никого не было, кроме двоих. Душа Цумики и душа Амай встретились в этом месте. Техника позволяла увидеть всё, что скрыто у шамана внутри, здесь невозможно обмануть друг друга. Красноволосая видела старые раны, которые тяготят девочку — уход отца и матери, раннее взросление и взятие на себя ответственности за жизнь брата и свою собственную. Цумики проходила это одна. А брат, который держал всё в себе, редко мог поддержать словом. Он всегда слушался её, но сам рассчитывал на помощь. На протяжении долгих лет девочка оставалась лучиком света для Мегуми, потому что понимала — если она потеряет надежду, то брат погрузится во тьму.

— Всё будет хорошо, Цумики, — Амай опустилась на колени, она прикоснулась к тёмным волосам девочки. — Ты можешь вернуться.

— Но, братик, — малышка посмотрела на красноволосую заплаканными глазами. — Он погрузился во тьму. Он…

— Мы спасём его, — пообещала заклинательница. — И я не оставлю вас. Вы не будете одни.

— Ты не бросишь нас, как… мама и папа?

— Никогда.

Цумики поверила словам Амай, она бросилась в объятия заклинательницы, слёзы продолжали литься по щекам. Казалось, девочка всё больше погружается в рыдания. Она крепко сжимала кофту своей спасительницы, будто это была последняя нить, держащая её жизнь. Амай прижимала Цумики к себе, продолжала гладить ту по волосам. И хотя заклинательница не считала себя хорошей подругой или наставницей для этих детей, она всегда беспокоилась о них и по-своему любила.