В глухих лесах
Шрифт:
— Кэрол, он сюда не приедет… колесит где-то…
— Что же нам делать?
— Искать… пока он не натворил новых бед… Схватить его раньше, чем он успеет совершить еще одно убийство. Я поеду в Хантингтон, хочу осмотреть квартиру, где убиты медсестры.
Сначала Кэрол подумала, что жестоко с его стороны напоминать ей о кровавом преступлении, но через секунду поняла: он сделал это умышленно! Подчеркивая, что если она утаивает что-нибудь, то играет на руку убийце, становится его соучастницей.
— Я останусь, — сказала Кэрол. — Он может заехать сюда.
— Вам нельзя оставаться одной. Это опасно. Я хочу, чтобы вы поехали со мной.
Зачем? Чтобы посмотреть на кровавое месиво? Кэрол вспомнила, как однажды настояла на том, чтобы Эрик показал ей фотографии убитых женщин, будто это могло помочь ей понять какую-то тайну или подтвердить невиновность Томми.
Может ли она постичь то, чего не поняла когда-то? Да и зачем ей это нужно? Неужели жуткий кошмар не выпустит ее из своих цепких объятий до тех пор, пока она не пройдет через все муки этого кровавого ада? Хватит ли у нее сил понять душу Томми или хотя бы свою собственную?
Вокруг горят и переливаются яркие красные огни, невысокие голубые перегородки, телевизионщики снуют взад-вперед, придерживая на плечах камеры… Чем не начало циркового представления?.. Только вот на арене не акробаты и жонглеры в цветастых костюмах, а люди в серых плащах с полицейскими значками на нагрудных карманах.
Кэрол вслед за Полом пробиралась сквозь толпу зевак к тротуару, где дорогу перекрывал полицейский кордон. Чуть поодаль, на небольшом возвышении, стоял трехэтажный дом с облупившейся штукатуркой. С крыльца спустилась высокая женщина в оранжевой парке и черных брюках. Заметив кого-то в толпе, она скользнула между полицейскими, оцепившими здание, и почему-то направилась прямо к Полу. Кэрол показалось, что эта симпатичная длинноволосая женщина в очках забрела сюда по ошибке, она нелепо выглядела рядом с этим домом, где произошло убийство.
— Привет, Миллер.
— Привет, Диана. Познакомьтесь: Диана Монро, инспектор полиции, мой друг. Диана, это… Кэрол Уоррен.
— Уоррен?
Кэрол почувствовала на себе удивленный и в то же время бесцеремонный взгляд Дианы, но выдержала его спокойно. Она уже была готова к тому, что всю оставшуюся жизнь люди будут искоса поглядывать в ее сторону, лишь заслышав фамилию Уоррен.
— Все нормально, Диана. Что там у нас? — Пол кивнул в сторону дома.
— Ни единого пятнышка, ни одной улики. — Диана, казалось, сразу забыла о существовании Кэрол.
— Мы осмотрели каждую пядь! И ничегошеньки! «Вудси» все работает, но пока тоже безрезультатно.
— Тела?
— Еще не увозили. М. Е. хочет, чтобы мы ничего не трогали.
Кэрол подумала, что их язык похож на шифр, известный только им двоим, — четкий, краткий и беспристрастный.
— Четвертая девушка?
— В коме.
— Есть надежда?
— Почти никакой, — удрученно ответила Монро. — Мы на всякий случай поставили у нее охрану, но надеяться на то, что она даст показания, не приходится.
— Ладно. Выпиши мне пропуск.
Диана достала из кармана розовую карточку и вписала в нее имя Пола.
— Кэрол, подождите меня здесь.
— Нет.
Миллер положил руку ей на плечо.
— Кэрол, там же…
— Да. — В голосе ее была твердость и настойчивость. Ведь не за тем же она проделала весь этот путь, чтобы постоять в сторонке среди полицейских в голубых мундирах. Глядя Диане в глаза, она тихо попросила:
— Пожалуйста, дайте мне пропуск.
Инспектор вопросительно взглянула на Пола, он кивнул. Женщина медленно достала карточку, повертела ручку в руках и, уставившись на Кэрол поверх очков, спросила:
— Что, так и писать «Уоррен»?
— Это моя фамилия, — ответила Кэрол.
Монро сделала шаг назад, пропуская их через кордон к дому.
В коридоре было тесно, здесь работала группа полицейских экспертов. Сверкали фотовспышки, человек в белом плаще на коленях ползал по обшарпанному ковру в гостиной, то и дело щелкая маленькими ножничками и ловко орудуя пинцетом, на лестничном пролете лысый полицейский снимал отпечатки с перил.
Кэрол подошла к лестнице и сразу же увидела Эрика.
— О, Кэрол… — Он посмотрел на нее с сочувствием и обнял. — Как ты здесь оказалась?
Она обернулась и кивнула на Миллера.
— Ты знаком с Полом?
— Да, мы встречались как-то. — Эрик широко улыбнулся.
Кэрол вспомнила, что Эрик арестовывал и допрашивал Пола.
— У нас неплохо бы пошли дела, если бы вы постоянно сотрудничали с нами, мистер Миллер.
— Да, лейтенант, — язвительно бросил Пол. — Хотя вы, возможно, уже забыли, как два года назад я направил ваших людей к… по верному следу. Однако, насколько я помню, мою версию выбросили на свалку вместе с прочим дерьмом.
— Успокойтесь, — резко ответил Эрик. — Во-первых, я тогда расследовал другое дело; и вообще, все только начиналось: постепенный сбор информации, опросы свидетелей… Вы могли бы вернуться. Какого черта! Кто знал, что вы на верном пути? Если б вы были немного уступчивее…
— Ладно. Сейчас это уже не имеет значения. Все мы тогда наделали кучу ошибок.
Миллер зашагал по ступенькам наверх. Кэрол последовала было за ним, но Эрик преградил ей дорогу.
— Кэрол, туда нельзя, — тихо сказал он. — Это зрелище не для тебя….
— Ничего, все будет нормально, — спокойно ответила она.
— Ты вольна поступать как тебе вздумается, но там… там была кровавая резня. Ты даже не можешь себе представить, что там творится!
«Как это ужасно…»
Слова Эда Дональдсона помимо ее воли возникли в сознании. Когда это было? Когда отец Энни говорил ей, что это ужасно, когда мать приглашают на опознание тела своей дочери? «Да, это было давно, в другой жизни», — мелькнуло у Кэрол. Тогда она была другой и ни за что не поднялась бы наверх.
— Я пойду, Эрик.
Решимость, прозвучавшая в ее голосе, заставила его отшатнуться.
— Жаль, что я не могу остановить тебя.
— Мне и самой жаль, но никто не сможет помешать мне.
Пол и Эрик шли впереди, за ними — Кэрол. По дороге Эрик объяснил, что убийца проник в спальню через окно на втором этаже.
— Он сунул девушке кляп в рот, чтобы не кричала, и изнасиловал. Может, сначала убил, мы еще не выяснили точно. Со второй он сделал то же самое. Остальных связал, уже связанных, выволок в холл, потом в ту же самую спальню, где были убиты первые две жертвы. То есть, одна из двух связанных девушек видела, как он убивал ее подругу. Свидетелей никаких, кроме той девушки, которая сейчас в госпитале.