Чтение онлайн

– И что же вы хотите?
– спросил Пан, сверкая глазом в дыму.

– Вы, насколько я понимаю, Пан?

– Да.

– Мне говорили, что вам можно излить душу.

– Ерунда, ерунда. Помоями и объедками занимается он.
– Пан ткнул в призрак за стойкой.

– Я, - сказал Дизайнер, не замечая, что Пан ему нахамил, - хочу создать новое племя полубогов, которые уничтожат всю эту мразь!

И он снова обвел рукой вокруг.

– Фу, ну какая же это новая идея? Дело банальное. Мы здесь только что даже обсуждали что-то на эту тему.
– Пан покосился на Вервольфа, но тот отвлекся от разговора...

Адам мягко выговаривал представителю сверхцивилизации:

– Вы, по моему мнению, слишком спешите со спасением. Чтобы погрузиться в фантазию, надо ее иметь. Нельзя придумать то, чего никогда не видел, нельзя вообразить яркую жизнь, не зная о ней ничего. Мир сладких грез очень узок...

Об Адаме Вервольф ничего не знал, но чувствовалось, что переместить звезду или галактику, или самого представителя сверхцивилизации куда-нибудь для него сущие пустяки.

Дим заинтересовался. Что нам известно о цивилизациях, рожденных до Взрыва?

...Говаривали, что Черный Проповедник очень хотел отвадить Вервольфа от своего заведения...

Тут оживилась и предалась воспоминаниям нога Гагамота...

"Было время, когда все были порознь, и подвергались тлетворному влиянию, и пускались грешить по примеру любого, но миссионерский дух не умирал. Заповеди непонятным образом западали в человеческий разум. Наступили и такие времена, при которых если кто-то перегибал палку, все бросались его усмирять и наказывать, кое-какие мерзости кое-где загнивали сами собой, ибо у остальных хватало сил не пускать заразу на свою территорию. Человечество менялось; Люди стали благороднее, научились мыслить абстрактными категориями, и количество ассоциативных связей у них увеличилось. Но большинство людей, в отличие от поэтов, было деятельно и не считало, что лучше умереть от голода в размышлениях над сущностью бытия, чем добывать руду; а к тому времени поспела и технологическая революция. Народ перестал взрывать бомбы и сам удивился этому в крайней степени целесообразному и мудрому решению. И вот, когда у всех мысли стали весьма изрядной длины, а претензии к окружающим поуменьшились, и подкатилось человечество к долгожданному, но скучному золотому веку.

Все было бы неплохо, но покой имеет обыкновение только сниться. К тому времени существовали, нет, даже не роботы, а весьма полноценные разумные существа. Да и с животными эволюция подоспела, объявились и долгожданные братья по разуму, и проблемы навалились не по одной, как того всегда желается, а все сразу, как оно обычно и бывает.

И снова завертелся круг, и были извлечены из забвения такие слова, как "здоровье нации", и "национальное самосознание", и "нетерпимость к окружающим", обогащенные новым смыслом, и гибли миссионеры, ибо всегда были времена, когда люди не понимали, что нет ни иудея, ни римлянина.

Человечество было мудро своим опытом, однако оно было еще и сильно. И нужно лишь терзаться ночами, понимая слабых, и упорно искать мирные методы решения. Золотой век не наступил, ибо три новые цивилизации были молоды, однако, понятно, что и человечество было уже не то...

Что дает нам генная технология? Красивых женщин, безупречных детей, героев и гениев и еще привычку менять себя, небрежно и буднично, движением пальца; внешность и прочее... Отсюда выход прост: объединить под единой крышей вида ВСЕХ!

Вселенная бесконечна. Новые цивилизации отыскивались в ней, и все новые способности получал человек; многое он мог и раньше, а теперь практически все... И, витая в просторах Вселенной, ностальгически вспомнил он однажды то человечество, от которого все и пошло. И тогда для забавы, а может, по мудрости, создал он нечто по образу и подобию своему. А значит, стал он Богом или Природой, что теперь уже все равно..."

– Уж не хотите ли вы занять место Бога, коли плодить придется полубогов?
– вопросил стеклянным голосом Пан.

– А если да?
– отвечал Дизайнер.

– Так ведь оно чужое, а вам нужно быть на своем!

– Ерунда!
– Дизайнер в запале сорвал очки и тут же завертел головой, расталкивая движением воздуха машины Профессора.
– О-о! Да это же то, что мне нужно!

Сигарета обожгла руку Вервольфа, он побледнел и от волнения (что с нами творит волнение!) ткнул раскаленное жало окурка в стоящую тут же пепельницу чешского стекла. Раздался нечеловеческий вой. Сны рухнули на пол и вмиг растворились.

– Боже, это мне за грехи, - причитал Профессор, в которого только что погасили окурок.

– Вы случайно не Хрустальный Профессор?
– с подозрением спросил Дизайнер.

– Нет, я убийца, - горько ответствовал тот.

По лицу Дизайнера разлилось разочарование.

– А-а...
– сказал он и отвернулся.

Ночь клонилась к концу. Начали расходиться гости. Исчез в неведомых краях Адам, а за ним, влекомый любопытством, исчез и Вервольф, и долго не было его.

Прошло миллион лет.

Черный Проповедник свел Дизайнера со слабовольным Профессором, и Дизайнер пошел к своей цели. Даже Клим Полигалов не может справиться с ним. Многосущностная Жигелла все большим и большим количеством лиц являлась в зал, а Пан заглядывал все реже. Прислужник за стойкой разросся и обнаглел. А Вервольфа все не было.

И говорили завсегдатаи, что не было никакого Адама, а просто Черный Проповедник нашел-таки способ отвадить Вервольфа. И ждет теперь Дима место его в придорожной таверне, его приземистый черного дерева стул.