В канаве хоронили героев
Шрифт:
– На дракона? – переспросил Выкормыш
– На дракона. Вы уже должны были закрепить такие иллюзии. Твой повар его и приготовит. Возьмешь свой отряд в помощь. Только так, чтобы принц ничего не понял, до самого конца. Пусть думает, что это просто охота на кабана.
– Понял, магистр Хельга.
– ты же сможешь сделать дракона? Так! Покажи сейчас! Там все же будет принц! И тварь должна быть самим воплощением ярости.
Выкормыш прикрыл глаза, по привычке выставил вперед руки, будто готовился к атаке, и за шептал себе под нос. Сперва ничего не происходило, потом в центре комнаты что то бумкнуло и развалилось фонтаном цветных искр. Бестия уже уперла руки в бока, а Выкормыш сделал самую виноватую рожу, как стекло окна брызнуло в стороны. Дракон влетел, словно заплутавшая птица. Столы и книги полетели брызгами щепок и страниц. Дракон озирался, плевался огнем и шипел, пытаясь вылететь в нарисованное на куполе потолка небо. Но ударялся и падал с кусками штукатурки вниз. Попутно снося все на своем пути. Даже учеников. А потом попытался цапнуть Бестию. Та смотрела на все свысока и даже не двинулась. В последний момент, дракон передумал, и вывалился в окно. Выкормыш выдохнул, и пошатнулся. Руки дрожали. Глаза слезились. Иллюзия с комнаты спала. Все, кроме учеников было на своих местах.
– Тебе нужно больше тренироваться. Твердые иллюзии куда как сложней. Но если накинешь иллюзию на поросенка, думаю может получиться.
– Стефан, ты почему такой грустный?
– До меня только сейчас дошло, насколько я тут не к месту. Насколько факультет для высшей знати не для меня. У меня нет будущего.
– Тогда почему ты недостаточно расстроен?
– я все еще живой и мне есть что по есть. Даже сплю не под телегой. О чем еще можно мечтать?
– О власти, богатстве.
– тут я этого не получу.
– ты скучаешь по войне?
– да. Там все было просто и понятно. И быстро. Тут надо мной даже не смеются. Просто не замечают.
– За весь этот год, никто не вызвал никого из нашего класса на дуэль. Никто не строил нам козни. Ты ошибаешься, тебя очень даже замечают. По этому и не показывают. А не думал устроить Бестии протест?
– например?
– Вызвать по очереди каждого боевика на дуэль и хорошо отделать. Или некромантов.
– нет.
– почему?
– Главный некромант прав. Он сказал, что ни боевики, ни некроманты ничего нового мне не дадут. Три года в школе и близко не сравнятся с тремя годами на поле боя. На самой передовой. Где каждый день идет сражение. И тем более, с годом у Опустошителя. Только когда я стал учиться у него, то понял почему с трудом противостоял ему всего десяток молитв.
– ты три года был на передовой? Десяток молитв против Опустошителя?
– Да.
– Нет! Ты три года был на передовой и участвовал в магических боях?
– В боях только два года. До этого учился на пленных солдатах. А еще полтора года провел в ставках генералов, слушая тактику.
– Интересно, а бестия знает?
– Не в деталях. А может и нет.
– Я думаю тебе стоит ей показать. Я могу устроить тебе сотню дуэлей, если хочешь. Если готов. Но это риск.
– готов. Но зачем?
– что бы заметили!
– Вы все говно!
– Маркус вышел на балкон, выходящий на площадку, где занимались боевые маги, заканчивающие второй год. Рядом с ним стоял Выкормыш.
Ответом была тишина. Маркус распростер руки и Выкормыш ощутил от него магию. А потом все боевики хором повторили
– Мы все говно!
– Поклоняйтесь мне! – заявил Маркус.
И вся толпа по падала на колени. А потом магия кончилась.
– Спасибо, Маркус. Все вызовы на дуэли принимаю я – заявил Выкормыш.
Бестия заинтересовавшись вспышкой магии подчинения такой силы настроила свое зеркало и обомлела. Толпа стояла на коленях. Над ними возвышался Выкормыш. За его спиной стоял Маркус. От мальчишек исходила сила.
– Я вызываю тебя! – вскрикнул один, вставая с колен.
– Принимаю. Кто еще?
Ответов было много не так, чтобы прям от каждого. Всего десятка три. Остальные выжидали. А может не надеялись дождаться очереди.
– Начнем? Сейчас на полигоне вас устроит?
– ты хочешь против всех сразу? – спросили из толпы.
– А чего нет? Промахнуться сложнее.
– ты чокнутый! Я размажу тебя первым!
Бестия отказала пытавшимся дозваться до нее заклинанием переговоров. Картина разворачивалась интересной. Глава боевиков смотрел на это роняя челюсть. Выкормыш на против, был спокоен. Занял свою половину поля.
– по счету три! – объявил Маркус.
– раз!
– Два!
– ТРИИ!
Выкормыш сверкнул словно молния, появившись сразу в нескольких местах. Иллюзия! А потом грянул залп. Тренировочное поле потонуло в силе. Удары летели с такой скоростью, что Бестия едва успевала за ними смотреть. Выкормыш перемещался, прятался. Двигал иллюзии. И бил! На счет десять, на поле осталось стоять всего несколько магов. К двенадцати, он один.
Выкормыш выкрикнул еще заклинание, и двое притворявшихся вскрикнули.
– Я вызываю тебя!
– И я вызываю!
– И я! – раздалось с разных концов от парней третьего года.
– Вам будет удобно сейчас? Тут есть еще одна площадка или можно почистить эту. Но лучше по больше и все сразу.
Тридцать молитв спустя, Выкормыш выходил уже еле держась на ногах. Его качало. Руки тряслись. Из глаз и рук истекала магия, преображая их. Ему не хватало смертей. Без них у него почти не было подпитки. Но и так это было достойно.
– Бестия, открой эту чертову дверь! Мы знаем, что ты там!
Дверь открылась, и маги смогли увидеть бестию в не самом приличном платье лежащей на подушках дивана, в весьма неприличной позе.
– Ты видела, что вытворил твой ученик?
– который?
– Маркус! Вся практика коту под хвост! У нас ни одного сильного боевика в рабочем состоянии! Ты понимаешь? Уйдут недели, пока мы поставим всех в строй! Он всю практику сорвал! А у нас по ней обязательства.
– поправка. Один в рабочем состоянии. Брат Маркуса.
– Кто виноват, что они так глупы?
– Отдашь Выкормыша взамен.
– Нет! У него своя практика. Принца ждет лесной домик и охота на дракона.
– Хельга! – голос директора раскатился по комнате.
Глава 7
Выкормышу даже не пришлось собирать отряд. Волчонок сделал все сам. Отряд встречал у ворот школы. И без того мрачный вид илюзорника, и отходящие с дороги ученики дополнил радостный вой стаи, увидевшей хозяина. Да такой, что лошади понесли. Не их, проезжавших мимо.