Чтение онлайн

Эбби, не веря своим ушам, смотрела на Дункана и ждала завершения фразы. Почему-то она была уверена, что сейчас он скажет что-то обидное. Пытливо вглядываясь в его лицо, она искала признаки того, что он пытается умаслить ее комплиментами, чтобы затащить в постель. Однако ничего подобного не заметила. Дункана, казалось, искренне озадачило ее нежелание заказать десерт. Тогда Эбби произнесла:

– Ты высок и прекрасно сложен, а такие дамы, как я, – маленькие и тол…

Дункан поспешно закрыл ей рот рукой.

– Не смей так говорить. Боже, неужели все мужчины в этой стране слепые идиоты? Каждую минуту этого вечера я провел, размышляя о том, когда смогу увидеть твое прекрасное тело обнаженным в постели, – а ты думаешь о десерте?

Подошедшая официантка поставила перед ними пудинг, украшенный взбитыми сливками, тарелку и, положив две ложки с салфетками, удалилась. Воцарилась тишина. Эбби ощутила, что краснеет от смущения и сексуального возбуждения. Дункан с невозмутимым выражением лица взял ложку и отломил кусочек угощения, не забыв про сливки и карамель.

– Открой-ка рот, милая. Мне ничего не остается, как покормить тебя с ложечки.

Эбби от изумления и впрямь приоткрыла рот. Глядя на Дункана, она подумала о том, что такие взгляды, каким смотрит на нее он, нужно признать противозаконными.

Поднеся ложку к ее рту, Дункан приказал:

– Шире.

Повиновавшись, она застонала от наслаждения, ощутив вкус пудинга. Проглотив сладкий кусочек, Эбби почувствовала, что у нее вот-вот закружится голова. Дункан, наблюдавший за ней, точно ястреб за мышью, спросил:

– Нравится?

– Да, – с трудом вымолвила Эбби. – Хочешь попробовать?

– Только из твоих рук.

Невозможно было не услышать в этих словах сексуальный вызов. Эбби не знала, что и думать. Никогда в жизни она не оказывалась в подобных ситуациях и была поражена тем, как Дункан Стюарт превратил простой десерт в эротическую прелюдию.

– Я не ложусь в постель после первого свидания, – с отчаянием в голосе произнесла Эбби, тщетно пытаясь вспомнить, отчего и когда она это решила.

– Понял. Но это ведь и не свидание – помнишь? Назовем это десертом. А теперь, крошка, давай – а то он остынет.

Дрожащими руками Эбби взяла ложку и отломила кусочек пудинга для Дункана. Ощущая на себе его пристальный взгляд, она воскликнула:

– Прекрати!

– Что? – с довольной улыбкой отозвался он.

– Прекрати раздевать меня взглядом.

– А что, я тебя раздеваю? Откуда ты знаешь, читаешь мысли?

– Открой рот, Дункан.

– Да, мэм.

Эбби не могла себе представить, как это эротично – кормить мужчину десертом с ложки. Белые зубы Дункана сомкнулись совсем рядом с ее пальцами, и она почувствовала, как по телу пробежала дрожь.

– Все? – Откинувшись на спинку кресла, она сделала поспешный глоток воды, едва не поперхнувшись.

Ее спутник рассмеялся – черт бы его побрал.

– Я еще голоден, – сказал он.

– Ну так ешь сам.

– Если мне сегодня не светит с тобой переспать, то, может, хотя бы поиграем?

– В шотландских школах что, специально учат этим словам?

Дункан ухмыльнулся – хотя меньше всего в данную минуту он был расположен смеяться. Его член стоял – и был твердым, точно камень. При одной лишь мысли о том, что сегодня он не получит Эбби, хотелось взвыть от огорчения.

– Понятия не имею, – отозвался он. – Я не очень-то пользовался успехом у дам. Был занят работой.

– О, прошу тебя! – устало отмахнулась Эбби.

– Это правда, – возразил Дункан. – Вокруг меня никогда не крутилось много женщин, вопреки твоим представлениям. Это Броди всегда с легкостью очаровывал девушек. Я предпочитал одиночество – гулял по болотам, копался в моторах и всякое такое. Женщины для меня, честно говоря, были всегда связаны со сложностями.

– Почему ты выбрал меня?

Дункан поначалу решил, что Эбби напрашивается на комплимент, но, приглядевшись, понял, что она и впрямь удивлена, – и это заставило его сердце сжаться.

– Ах ты черт, Эбби, да ты же сама муза в образе женщины. Когда я вошел в твой офис, меня точно кулаком в грудь ударили. Я едва не овладел тобой там, прямо на столе. Не могу это объяснить – возможно, ты решишь, что я идиот.

Эбби посмотрела на него широко раскрытыми глазами и, закусив губу, ответила:

– Молодые мужчины вроде тебя обычно не живут со своими бабушками – к тому же далеко от родины. Наверное, ты тоскуешь по дому и соскучился по нормальным отношениям, оттого и совершаешь такие необдуманные шаги. Я никогда прежде не сводила никого с ума.

– Но, надеюсь, слышала о том, что между людьми порой вспыхивает спонтанная взаимная симпатия?

Взглянув на неуверенное лицо Эбби, Дункан решил, что во что бы то ни стало убедит ее в искренности своих намерений, даже если ему придется для этого забыть на время о собственных желаниях.

– Так между нами вспыхнула симпатия? – спросила Эбби.

– Может. А может, это все феи. Мы, шотландцы, верим в их существование.

Эбби устало улыбнулась.

– Вот что, Дункан. Ты мне нравишься. И если говорить начистоту, ты очень сексуален и привлекателен. Но все это кажется мне плохой идеей.

– Почему?

– Если мы с тобой переспим, обо мне будут судачить все кому не лень. Я слишком усердно работала, чтобы построить карьеру, и она для меня имеет первостепенную важность.

– А мы будем шифроваться. Секретная любовная интрижка – это даже еще круче.

– Думаю, ты не понимаешь, – выпалила Эбби, заливаясь ярким румянцем от стыда.

– Я знаю, чего хочу, Эбби. И если начистоту, мне кажется, что и ты этого хочешь, – заговорил Дункан, чувствуя, что сопротивление девушки придает ему силы настаивать. – Но если я не прав, тебе лишь стоит сказать – и я оставлю тебя в покое.

Воцарилась долгая пауза, и Дункан искренне пожалел о своем слишком поспешном заявлении. Наконец Эбби заговорила:

– Если мы на это решимся, это определенно будет временная, недолгая и очень тщательно засекреченная интрижка. Я не хочу, чтобы о нас судачили, когда все закончится. А для этого есть лишь один выход – молчать.

Дункан разочарованно протянул:

– Никогда прежде не начинал отношения, заранее планируя их завершение.

– Мы, юристы, предпочитаем четко представлять себе сроки. Такова наша профессия. Когда ясно, чего ожидать от жизни, все как-то легче. И еще важно, чтобы все участники поставили свои подписи в нужных местах, – ну, надеюсь, ты понимаешь, что я имею в виду.