Чтение онлайн

Поэтому и тел нет, сделал вывод Маор. Искать проще, доставлять проще, печей больше. Быт налажен, болеют меньше, устают меньше. Никакой кровавой диктатуры, люди работают, понимая, что от этого зависит и их выживание. Неужели Волк, обычный заключённый, смог сделать здесь то, к чему так стремился и сам куратор? Это следовало обдумать.

Пока же, когда закончится экскурсия, надо максимально вежливо попрощаться и пообещать вернуться. Тем более, что девушка ему неожиданно понравилась. Чувствовалась в ней жизнь. И красота. Не смотря на обезображенное лицо, девушка была красива. Да, определённо надо будет вернуться.

Когда высокое начальство наконец ушло, Эспер облегчённо выдохнула. Тяжело это, для нелюдимой и стесняющейся своего уродства Эспер так долго быть в центре внимания кого-то постороннего. Ладно уж, если свои. Хотя говорить получалось на удивление складно. Маор оказался приятным собеседником.

— Эспер! — подбежал к ней, размахивая руками, Онвер.

— Что такое?

— Там это. Волк очнулся!

XXXVII

— Что теперь будет?

Этот вопрос Аммир задавала уже раз в пятнадцатый. И Амрен, как мог, успокаивал девушку. Та боялась. И было от чего. Завтра её переведут в барак распределения. И куда она оттуда направится, никто не знает. И сделать никто ничего не в состоянии. Торгвар только руками разводил, да Гролага, на чём свет стоит, поносил. Можно понять, у него тут сейчас своих проблем хватает. Людей стало меньше, а обязанностей резко прибавилось. Да и, опять же, расселить всех людей по тем чисто номинальным жилищам, что были у их мастеров. Это визуально там большие кирпичные дома старой постройки. А внутри под жильё оборудовано всего пара помещений. И сейчас в спешке приходилось приводить эти помещения в порядок. В общем, защитить Аммир в текущей ситуации было некому. Та, в отчаянии, пришла к Амрену. А он не смог отказать. Жаркий секс и животная, всепоглощающая страсть вызвали состояние неги. Которое быстро развеялось паникой Аммир.

— Я придумаю что-нибудь! — отвечал ей Амрен.

Но успокаивало её это мало. Пробиться в бараки, дабы присмотреть за девушкой, вероятно, не выйдет. Амрен прочно был прикреплён к людям Кремня, как мастер. А значит в распределении не нуждался. И договорится с надзирателями вряд ли выйдет. Торгвар, со своей стороны, пробовал. Но надзиратели превратились в каких-то совершенно непробиваемых и неподкупных чурбанов. Что, интересно, Маор с ними такого сделал?

— И вообще! — продолжал успокаивать девушку Амрен — Ничего совсем уж страшного не произойдёт. Маор решил к вам людей приставить…

— Ты сам-то веришь в их помощь, если что?

— Не знаю, Ами. Не знаю. Нам только верить остаётся. Хорошее тоже случается.

— Да? Например?

— Волк вчера очнулся, например. Сегодня вот виделся с ним. Вообще несгибаемый человек. Нас всех из жуткой ситуации вытащил, причём как именно, ума не приложу. Но и сам, видно, по краю прошёлся. Валялся там, ни жив, ни мёртв. Думали, что всё, путь на Тот Берег ждёт. А нет, не таков Волк. Вот и говорю я. Если не сдаваться, то проблема решиться. Дай только немного времени.

— Да. А как там вообще? В Крематории этом. Страшно?

— Да нет, в общем-то. Там такой порядок сейчас. Разве что в господских домах лучше. Но это большой-большой секрет. Волк не особо жаждет пополнения своих рядов.

— Даже если их пополнит красивая, молодая девушка, и без того очень ему благодарная за защиту? И которая будет ещё более благодарна? — выразительно похлопала глазами и демонстративно осмотрела своё обнажённое тело Аммир.

Амрен вспыхнул. Он помнил разговор с Волком и близнецами. Всё понимал умом. Но эмоции, обычно подконтрольные брату Меруды, в этом случае брали верх. И мысль, что ему опять предпочтут другого, казалась невыносимой.

Аммир, видимо, это поняла. Поэтому вдруг звонко рассмеялась.

— Иди ко мне, глупый!

Только вот глаза у неё не смеялись. Абсолютно. И странное дело, но занимаясь любовью с Амреном, в голове у неё в этот раз крутился образ Волка. Впрочем, в голове Амрена он тоже наверняка возникал. Пусть и по другой причине.

Ночью же, дождавшись, когда Амрен уснёт, Аммир тихонько выбралась из постели. Тихо-тихо умылась, оделась и вышла из комнаты Амрена. Ей предстоял долгий путь вниз, в Крематорий. И, не дай Боги, стражи увидят. Чем подобное своеволие закончится, Аммир даже представить боялась. Но откладывать свой визит к юноше, который очень давно ей приглянулся, она не могла. Мало ли что произойдёт завтра.

Амрен открыл глаза. Он не спал, когда уходила Аммир. Хотя и понимал, куда и зачем она пойдёт. Но не стал её останавливать. В конце концов, Волк был прав. Эта девушка всегда будет искать для себя лучшую партию из возможных, а Амрен, увы, таким не был.

XXXVIII

Когда Волк очнулся, чувствовал себя он так, будто его через мясорубку пропустили. Затем слепили из получившегося человека и пропустили через мясорубку ещё раз. Даже говорить было сложно, не то, что с постели встать. К счастью, рядом быстро оказалась запыхавшаяся и явно бежавшая к нему Эспер. И окружила Волка такими вниманием и заботой, каких юноша на своём веку никогда не испытывал. Он моментально оказался накормлен, напоен сперва гадким, но «восстанавливающим» отваром, а затем вкусним и дефицитным в лагере чаем. Чувствуя огромнейшую благодарность к подруге, Волк лежал, наслаждался и очень быстро приходил в себя. Настолько быстро, что к вечеру смог сам встать и привести себя в порядок. А утром и вовсе чувствовал себя вполне прилично. Будто и не провалялся без сознания больше недели.

Надо было наверстывать. Встречи с Хугином и Мунином, Амреном и Стержнем, долгая беседа с Эспер, прояснили для Старшего Смотрящего Крематория новые реалии их жизни.

— Д***** — процедил он.

Впрочем, в руки Волк себя взял моментально. Ибо плохое в его жизни случалось регулярно. И держать удар — первое, к чему он себя приучал.

В конце концов, не так уж много и изменилось. Главный его актив — Крематорий, остался под контролем Волка. Со слов Эспер, Маор был приятно удивлён и крайне доволен результатами своей проверки. Собственно, был доволен и сам Волк. А потому, потерю только лишь жилья, из которого, к тому же, все ценные вещи усилиями близнецов были перенесены в Крематорий, можно было за личную трагедию не считать. Другое дело, что давление на бизнес Торгвара возросло ещё в несколько раз. И Маор честно дал понять, что договориться с ним не выйдет.

Странное дело. В других обстоятельствах, Волк бы с радостью приветствовал бы всё то, что делал вновь испечённый куратор Альегора. Попытка установить новый порядок, суровый, но справедливый. Сделать так, чтобы люди в лагере могли оставаться людьми, а не оскотиниваться и падать на самое дно в своих моральных ориентирах. Ведь классно же? Но сейчас от сделки Волка с Торгваром зависело слишком многое в жизни людей, которых он принял под своё крыло. А потому, Старший Смотрящий Крематория и Куратор Альегора были противниками. Или врагами. Тут уж как пойдёт.

Но с проблемами следовало разбираться постепенно. Поэтому с новым днём, уладив сиюминутное и мелкое, юноша составил наметил себе несколько задач. На среднюю и ближнюю перспективу. И первое, с чем решил разобраться Волк, было как никогда насущным. И важным. Ибо… а какого Жнеца с ним происходило? Он помнил, как время остановилось. Все будто замерли. А он нет. Продолжал двигаться и наносить удары по совершенно беззащитным целям. Ещё и хрупким, словно это были не облаченные в сталь воины, а бумажные фигурки. Да и сопротивление. В прошлый раз, при нападении остатков банды Мертвоухого, движение при замедлившимся времени давалось через огромные усилия. Здесь же, хоть сопротивление и ощущалось, но было вполне посильным. И как вызвать такое состояние вновь? А последствия? Вряд ли Волк хотел ещё раз испытать на себе эти последствия.