В крике от смерти
Шрифт:
– Не страшно было на войне? – спросила Ира. – Ведь воевали за деньги, а их могли и не получить. Убили бы, и все.
– Видишь ли, Ирина, я больше ничего не умею делать. Бизнесмен из меня никогда не выйдет. И рано или поздно милиция взяла бы меня. В тюрьму я больше не ходок. Поэтому я бы отстреливался до последнего. Больше всего на свете я боюсь неволи. Это я в тюрьме понял. Раньше боялся змей, болезней разных, а сейчас понял, что страшнее тюрьмы нет ничего. Ты на родине и в то же время в плену. В общем, хватит об этом. Суп великолепный. А что на второе?
– И где он сейчас? – спросил Сергей.
– Я его к Орловым отвез, – ответил водитель.
– Ладно, – кивнул Сергей, – поехали туда.
– Не согласились, – сказал в сотовый Кривой. – Так что зря я к Коку катался. Этого повара надо мочить. А особенно там Кулак выставлялся. Он, похоже, там и делает погоду. Так что ни хрена не выйдет.
– Да хрен с ними, с Коком и Кулаком! – зло откликнулся абонент. – Ты взял что надо?
– А как же!
– Короче, по-любому вытащи сегодня Кулака и Кока с Катком…
– Да не поедут они никуда.
– Уверен?
– На все сто.
– Хреново. Но узнать, что они куда-то укатили, ты сможешь?
– Они сегодня ночью на рыбалку собираются. В Саратовскую область. Там живет приятель Кока, подельник его по последнему сроку. Вот…
– Ништяк, – не дал договорить ему абонент.
– Значит, завтра с утра, – уточнил Сергей. – Я потом в Питер махну и оттуда назад. Нечего мне в России делать, – криво улыбнулся он. – Наверняка на срок попаду, на пожизненное. Как я сразу не прибил их, до сих пор не пойму.
– Я подобное пережил, – сказал Анджей. – С цветами приехал… Ладно, хватит о бабах, – махнул он рукой. – Завтра поедем в Пензу. Мне вроде полегче стало. Перед отлетом назад в Саратов заскочу и того ментенка, который меня дубаналом по пузу щелкнул, выловлю и клизму поставлю.
Сергей рассмеялся.
– С Юркой поедем? – спросил Каток.
– Да, – кивнул Анджей.
– А может, – вмешался Вячеслав, – с Пикой? Он говорит, что тебя за так будет возить и…
– Завтра в восемь выезжаем, – перебил его Анджей.
– Так пусть он за нами заскочит и… – проговорил Каток.
– В восемь быть здесь, – тоном приказа произнес Гончаров.
– Есть, полковник! – щелкнул каблуками Сергей.
– Так точно! – отозвался и Каток.
– Может, и мне с вами махнуть? – вздохнул Эдуард.
– Отставить! – отрезал Анджей. – У тебя жена и пацан. Тебе эти канители ни к чему. Еще неизвестно, что там и как.
– Понял? – сердито посмотрела на мужа Ирина. – А как же крестины? – повернулась она к Анджею.
– Так вернусь я завтра, ну, от силы послезавтра. Поэтому на выходные договаривайся с попом, и вперед. Буду крестным отцом Анджея Орлова. И надеюсь, мой путь он не повторит. Как и путь своего папаши.
Саратов
– Как ты? – спросила, присев на стул, Лида.
– Да вроде нормально. – Павел дотронулся до повязки на голове. – Уеду я. Как только выпишут, сразу уеду. А ты постарайся понять, что…
– Давай не будем об этом, – перебила его жена. – Спасибо твоим друзьям, а то еще неизвестно, что было бы. Колька тебя боится очень. И согласись, что это очень плохо.
– Просто от бессилия, наверное, я себя так вел, – прошептал Павел. – Понимал, что неправильно, даже плохо, но… – Он помолчал. – В общем, прости. А Кольке скажи, что… – Он снова замолчал. Вздохнув, продолжил: – Вообще-то лучше ничего не говори. Ты иди, у меня все нормально. Хотя двадцать дней лежать придется. Рука вроде не совсем переломана. Упал я на нее, когда меня рукояткой по голове съездили. Хорошо, что полковник вмешался, а то бы точно на срок попали.
– Вот это Гиви тебе передал, – показала Лида на два пакета. – И работу предлагает. А я не знаю, что делать. Сейчас я просто не могу с тобой жить. Колька, как услышит звонок в дверь, ко мне жмется, боится, что папа пришел. Тебе действительно лучше уехать, – тихо проговорила она и пошла к двери.
Павел с кривой улыбкой отвернулся к стене. Читавший газету на кровати у окна полный мужчина посмотрел вслед Лиде.
– Хорошая у тебя жена, – заметил он. – И красивая, и…
– Хватит, – остановил его Павел.
– Завтра приедет Ваха, – сообщил Мусе Искандер. – Алихан послал туда двоих воинов. Завтра Ваха будет здесь.
– Сколько с ним людей?
– Четверо. И еще пятеро придут дня через два. Тогда мы все решим.
– Документы будут готовы?
– Они уже готовы.
– Скорей бы провести операцию. Ахбуева убили. Слышал?
– Да.
– Надо будет все просчитать. Неплохо было бы в здании детского сада побывать и все тщательно осмотреть.
– Да ведь видели уже. А лишний раз встречаться…
– Да кто подумает, что в Саратове будет проведена операция по захвату детишек? – засмеялся Муса. – Никому такое и в голову не придет. Когда где-то что-то случается, власти сразу вводят разные усиления. Но это ненадолго. А уж вообразить, что могут взять в заложники…
– Но взорвать плотину нам не дали, хотя…
– Сами виноваты, – перебил его Муса. – Сейчас все получится. Наконец-то Ваха приедет, настоящий воин, а не торговец, как вы с Алиханом.
Искандер, играя желваками, промолчал.
– Операцией буду руководить я, – заявил Муса. – Надо все хорошенько проверить. Необходимо осмотреть здание и все вокруг. Мне самому надо это увидеть.
– Да перестань, Людка, – поморщился Петр. – Загулял, напился. Был в больнице у Пашки, ему менты башку пробили и руку сломали. Я же говорил, мы с ним в кафе…
– Значит, ты хочешь сказать, – сердито перебила жена, – что ты в больнице так нажрался? Ты же на ногах не стоял, и язык у тебя заплетался!
– Да в больнице мы с ним по чуть-чуть выпили. Точнее, Пашка пригубил, а я грамм сто врезал за его поправку. А остальное уже потом. Ну извини, выпил за здоровье друга. – Петр вздохнул.
– А где ты деньги берешь?
– Да шабашка подвернулась, – торопливо ответил Петр. – Грузин один попросил помочь вещи перевезти, ну я и помог. Он угостил меня и предложил работу, ну что-то вроде помощника по вызову. Чем, говорит, искать кого-то, тебе позвоню, когда нужен будешь, и ты приедешь. Вот уже два дня я на него работаю. Тебе говорить не стал, хотел сказать потом, когда получать начну прилично. А сейчас он мне дает сигареты, водку и сто пятьдесят рублей в день. Он строитель, ремонты делает. Ну и…