В лабиринтах сумерек
Шрифт:
Правила отборочных боёв были просты. Один на один. Только мечи. Никаких запрещенных приёмов, дополнительного оружия и рукопашной. До первой крови. Но если боец и после получения раны не желает признавать свой проигрыш, то имеет право подать знак, с просьбой о продолжении боя. Тогда уже поединок будет окончен лишь при безусловной победе одного из бойцов. То есть, побежденный не сможет продолжать бой в силу тяжелых ран, не сможет подняться с пола или будет убит.
Логично.
Ожидая своего выхода, Адш сидел один, в маленькой комнатушке, держа катану в ножнах в левой руке и вспоминая все, что им рассказывал об этом мече Картер. А оборотень-ягуар, похоже, знал о холодном оружии абсолютно все.
И сейчас в памяти всплывало то важное, что говорилось в просторной зеркальной «тренажерке» непередаваемым, порыкивающим, с прорывающимися мурлыкающими нотками, голосом:
— Поединок на мечах должен быть корротким. Это прризнак вашего мастеррства. Поединок на катанах — тем более. В идеале — вы должны нанести смерртельный ударр перрвым же движением, доставая катану из ножен. А что для этого нужно? Уважать прротивника, прросчитать его движения, его стиль ведения боя, думать и анализирровать! Рработать головой! И только затем хвататься за меч! Отсеки ему голову, быстрро и вежливо, а потом уже можно кррасиво помахать мечом, если ещё будет желание! Это понятно?
Да, это было понятно. Хорошо. Остальное он и так помнил. Основные стойки. Основные связки движений. Единая траектория. И самое главное — особое внутреннее состояние спокойствия, единение с мечом.
К самой арене, на которой проходили поединки, вела узкая, приподнятая над толпой, дорожка. Подиум. По нему и прошёл Адш, высоко неся голову и развернув плечи, сжимая ножны с катаной в левой руке.
Толпа. Она бесновалась внизу! А по сторонам, амфитеатром, поднимались зрительские ложи для остальных. И оттуда ему тоже кричали что-то, свистели, аплодировали.
Адш старался отключиться сейчас от всего. Криков. Общего шума. Слепящих прожекторов, хаотично шарящих по залу. И грохота собственного сердца.
Нет, он не боялся предстоящего боя. Но сама атмосфера шоу была ему не по нутру. Да и демон беспокойно ворочался под кожей. Он не мог проявить себя, не хватало сил. И это злило ипостась все больше и больше.
Легко взбежал по трем ступеням.
Арена.
Прочувствовал её всем нутром, размеры, границы, суть. Привычно настраиваясь на поединок. С холодной головой.
Противник. Дерганый, хоть и пытается казаться спокойным. Мелкие движения выдают. Боится. Очень хорошо.
Сигнал к началу боя!
Адш мгновенно выдернул катану из ножен, одним движением, продолжением которого стал короткий секундный росчерк блеснувшим лезвием по горлу стоящего напротив человека. Кровь! Легкая царапина, он сумел удержать руку. Но это победа в поединке! Если у человека хватит мозгов признать свое поражение.
Да, испугался. Отступил на шаг. Поклон.
Всё?
Адш коротко наклонил голову и под оглушительный рёв толпы сбежал по трем ступеням обратно на подиум, уводящий его за кулисы человеческого безумия.
Первый поединок был завершен. Нужно ждать следующих. Впереди у него целая ночь.
Он выходил на поединки, снова и снова. И предсказуемо побеждал. Не видя, как в одной из крайних зрительских лож сидит бледный, встревоженный Тимур, до боли сцепив руки и провожая взглядом каждое его движение.
— Тимур, да что ты переживаешь! — заорал рядом с ним счастливый Вик. — Ты посмотри на Адша! Он же их всех рвёт в клочья! Он просто машина! Терминатор!
— Дурак! — не выдержал Тимур. — Он не машина. Человек. Неужели ты не понимаешь? А если его демон очнется и решит вмешаться в схватку? Мы получим хищника! Не думал об этом? Что тогда может случиться? Здесь полный зал патрульных! Его изрешетят! Расстреляют! И я ничего не смогу сделать!
— Вот же… — Вик медленно сел рядом, растерянно потирая лоб. — И что теперь?
— Я не знаю, Вик. Не знаю. Надеяться, что Адш удержится на грани.
— Эй, вы что такие? — к ним протиснулась счастливая Ёлка.
Вик прижал её к себе, зашептал в ухо.
А Тимур снова вернул всё своё внимание Адшу, методично, холодно и спокойно загоняющему очередного противника, на пути от победы к победе.
Глава 24
Зря Тимур волновался. Разумеется, он победил и в финальном бое.
Демон мечтательно урчал под самой кожей, но вырваться и разодрать побежденного когтями Адш ему так и не позволил. К чему? Он выполнил поставленную задачу. Осталось забрать выигрыш и уехать домой, отдыхать и отсыпаться.
Ах да, еще таверна, где они сделали на него ставку. Разумеется, Адш не мог позволить, чтобы Тимур в очередной раз в одиночку безрассудно сунул голову в ловушку. Нужно сходить туда с ним.
Они ждали его у выхода, все трое, и бросились навстречу.
Ёлка, эмоциональная, как обычно, радостно завизжала и внезапно повисла у него на шее.
И ничего. Не убил. Кажется, этот триггер у него снят, отлично. Спасибо одной маленькой, хрупкой птичке.
Вик тоже откровенно радовался, хлопал его по плечам. А в глазах Тимура еще таяли осколки сильнейшей тревоги.
Добравшись до таверны, оставили квадр подальше, в проулке, с раннего утра уже заполненном мельтешащими людьми.
Адш строго-настрого приказал Вику и Ёлке никого не подпускать близко к машине и самим не отходить от неё, даже если к ним прибегут и закричат, что их с Тимуром там убивают. Добился понимания ситуации.
Подумав, снял свой меч и сунул его Вику. А сам накинул на голову капюшон плаща, чуть ссутулился, опустил плечи.
— Адш, тебе это не поможет, — заржал Вик.
Тимур тоже усмехнулся и заявил, что зря всё это. Сейчас он заберет выигрыш, и они спокойно выйдут. Но если Адш хочет сходить с ним — то пожалуйста, он не возражает. Адш спокойно кивнул. Но на Вика покосился строго. Тот послушно кивнул и приосанился.
Ну, будет стараться парень. Хорошо. Проникся.
В таверне сели за прежний стол, он оказался свободным. Тимур отошел к бармену, они о чем-то начали разговаривать. А Адш сидел, низко надвинув капюшон на глаза, из-под его края зорко осматривая периметр и фиксируя взглядом перемещения окружающих.
Внезапно ему показалось, что кто-то наступил ему на ногу. Под столом?
Адш кинул взгляд вниз и с удивлением обнаружил, что прямо на его тяжелый ботинок положил свою голову тот самый больной пёс. Только теперь ему было уже гораздо хуже. Он часто, поверхностно дышал. Единственный оставшийся целым глаз полностью заплыл гноем, открыть его пёс уже не мог. Значит, нашел Адша по запаху. Узнал.