Чтение онлайн

— Что это значит?

— Я дальше пойду пешком, а ты уедешь на машине. Полицейский не может преследовать нас обоих и должен выбрать кого-то одного из нас. Я подозреваемый. Он последует за мной. В плане Элайджи был один минус. Если она уедет, а он пойдет пешком, кто же будет следить за местом преступления? Элайдже не понравится блестящая идея Ксио.

— Я выйду из машины, а ты поедешь, — предложила девушка. — Твой брат меня не знает.

— И рисковать, что Исаак тебя обнаружит? — Элайджа покачал головой. — Что ты сделаешь, если он появится? Мой брат убийца, а не какой-то непослушный мальчик, которого шлепают по рукам. Сам факт, что ты здесь со мной, делает тебя мишенью его агрессии. Исаак может причинить тебе боль… — Элайджа пригладил свои непослушные волосы легким движением руки. Его волосы жили своей собственной жизнью. По крайней мере, одна прядь его темной шевелюры всегда была непослушной, и торчала прямо или сбоку. Мужчина покачал головой.

— Я не могу в это поверить! Либо Исаак совсем сошел с ума, либо хочет увенчать все убийством полицейского. И этот придурок-полицейский преподносит ему себя на блюдечке с голубой каемочкой. Открой дверь!

Ксио открыла двери, нажав на кнопку.

Элайджа выскочил из машины и побежал на небольшую детскую площадку. Рана на бедре была почти незаметна, несмотря на то, что он двигался быстро и проворно.

Ксио тоже вышла из машины. По сравнению с Элайджей она двигалась как хромая черепаха. Она слышала звуки драки, но ей потребовалось мгновение, чтобы увидеть сцену, которая разыгралась посреди игровой площадки.

Драка мужчин была похожа на какой-то странный танец. Несмотря на царившую темноту в это время дня, Ксио удалось разглядеть кто из них Элайджа. Она осознала, каким монстром был Исаак в отличие от своего брата. Исаак был на добрую голову выше Элайджи, который казался тощим по сравнению с ним. Исаак имел телосложение бодибилдера, который накачался благодаря стероидам. Несмотря на огромную массу мускулов, он двигался со скоростью, захватывающей дух, и с легкостью танцора, о которой можно было только мечтать. В честном бою шансы Элайджи были реально близки к нулю.

— Эй, что здесь происходит? — Вмешательство комиссара уголовной полиции Гербера не очень увеличивало шансы в пользу Элайджи. Напротив. Ксио держалась на приличном расстоянии от двух противников, в то время как Гербер приближался к ним с вытащенным из кобуры оружием. Девушка недолго обдумывала свои шансы и решила, что привлечь внимание полицейского будет самым разумным решением. Гербер был один. Ксио видела лишь мужчину, у которого опасно дрожала рука с пистолетом. Он производил впечатление молодого, полного энтузиазма человека с превосходным чутьем, который шел по верному следу. В любой другой момент она отдала бы должное его выдающейся следственной работе.

Ксио подошла к комиссару с поднятыми руками.

— Не стреляйте! Ни мой спутник, ни я вам не враги. Мы искали убийцу. Некоторое время его уже ищет подразделение специального назначения. Он уже совершил три убийства. Можно сказать, что вы и мой друг — коллеги.

— Можно сказать? Я ничего не слышал о такой оперативной группе, — сказал Гербер, все еще направляя пистолет на Элайджу.

Ксио не ожидала, что комиссар поверит ей и опустит пистолет. Но все же его реакция была довольно положительной.

— Потому что американцы не рассказывают всем направо и налево, когда убийца бесчинствует. Мой друг работает в следственных органах США. Они подозревают, что преступник, который бесчинствовал там у них, также несет ответственность за серию убийств в Германии, — соврала Ксио. Но она не лгала об участии в этом деле властей США и о том, что Элайджа на самом деле знал, а не просто подозревал, кто преступник. Девушка лишь немного приукрасила правду и добавила деталей.

— И какова ваша роль в этом деле, госпожа Диаз? Вы Мата Хари нашего времени (прим. пер.: Мата Хари — танцовщица и куртизанка, которую обвиняли в шпионаже и казнили во время Первой мировой войны)? — Ксио изо всех сил старалась придумать правдоподобный ответ. — Вы, конечно, не агент по связям с общественностью нашей службы разведки? Это я знаю точно.

— Вы думаете, я бы вам сказала, если бы это было не так? — возразила Ксио. — Вы вообще не работаете над этим делом. — Это была лишь её догадка. Поскольку комиссар внезапно появился тут один, и поблизости не было подкрепления, это показалось девушке логичным предположением.

Уголки губ Гербера дернулись вверх, и он, наконец, опустил оружие.

Ура! Ксио была права. Время от времени ей все же везло в жизни.

— Он в этом и виноват. — Гербер глянул на Элайджу и Исаака, которые все еще кружили друг вокруг друга. Оба противника, казалось, разговаривали, но на таком расстоянии Ксио не могла разобрать ни слова. — Чтобы я не раскрыл его прикрытие.

Девушка не согласилась с его выводом, но и не опровергла его. Вместо того чтобы тратить время на этот разговор, она бы лучше бросилась на помощь Элайдже. Внезапно у Ксио возникла идея взять оружие у Гербера и использовать его, чтобы вывести из строя Исаака, но она почти сразу отбросила эту мысль. Конечно, она могла бы попытаться сделать это. Однако Ксио понимала, что больших шансов на успех у нее нет. Ее боевой опыт ограничивался драками с братом. С Грегором это была бы явно игра в одни ворота. Она даже не хотела тратить свои силы на эти мысли. То, что Ксио защищалась от своего склонного к насилию мужа, повлекло за собой серьезные последствия. В правом кармане её брюк был баллончик со слезоточивым газом. Она могла бы использовать его на комиссаре, чтобы отобрать у него оружие, но если этот трюк ей не удастся, Гербер будет вне себя от ярости, и ее ложь разоблачится. Да и что бы она делала с пистолетом? За всю свою жизнь Ксио ни разу не держала в руках оружие. Она вообще не знала, как с ним обращаться. Риск принять неправильное решение был слишком велик. Противники все еще кружили друг вокруг друга, каждый ожидал, когда другой совершит ошибку. На расстоянии добрых десяти метров Ксио мало что могла разобрать.

Элайджа ранее упоминал, что попытается сломать сопротивление Исаака. У него есть свои пути и средства. Они были братьями и росли вместе. Элайджа знал этого человека и понимал его слабые стороны. Но это все также может быть использовано Исааком против него.

Элайджа с рычанием бросился на Исаака, сбивая гиганта с ног. Они были будто связаны узлом. В темноте можно было разглядеть лишь клубок вылетающих рук и ног.

— Почему ваш друг не стреляет? — спросил Гербер.

— Если бы у него было оружие, он бы выстрелил. Он потерял его в драке.

В суматохе Исааку удалось вырваться из этой потасовки и снова встать на ноги. Но он стоял недолго. Элайджа воспользовался возможностью, когда Исаак обратил внимание на комиссара и Ксио, и ударил младшего брата ногой в подколенную впадинку, затем вскочил, схватил Исаака сзади за шею и снова повалил на землю. Обеими руками Элайджа обхватил массивную шею гиганта, держа его мертвой хваткой. Исаак упорно сопротивлялся, яростно сражаясь со своим братом. Этот тип был монстром по сравнению с несчастным Элайджей, который изо всех сил старался держать под контролем гораздо более сильного противника.

В тусклом свете фонаря Ксио увидела блеск металла. Элайджа закричал и отпустил своего врага, когда тот вонзил ему в бок лезвие ножа.

Прежде чем Ксио успела среагировать, она увидела, что Исаак направляется к ней словно разъяренный бык. Она сомневалась, что всего магазина служебного оружия комиссара Гербера хватило бы, чтобы остановить этого монстра.

Исаак повалил Ксио на землю, набросившись на нее с мощью падающего небоскреба. Весь воздух вышел из её легких после одного удара, и с неумолимостью многотонного веса на своей груди она не могла даже сделать вдох. Ксио очень сомневалась, что ей удалось бы вдохнуть и без веса, так как, несомненно, несколько ребер было сломано. Нечеловеческая боль в груди почти лишила её сознания. Пальцы Исаака сомкнулись на ее запястьях, словно железные кандалы прижимали её руки к голове, лежавшей на песке. Дыхание преступника коснулось ее лица. Ксио была вынуждена смотреть этому жестокому мужчине в лицо. Ее кровь застыла в жилах. Черты лица Исаака походили на Элайджу. Однако из-за увеличенной мышечной массы всего тела черты лица Исаака были более грубыми. Щеки впалые, скулы высокие, а глаза посажены глубоко. Его лицо с темно-коричневыми, почти черными радужными оболочками глаз в темноте превратилось в застывшую гипсовую маску. Ксио даже представить себе не могла, что чувствовали женщины наедине во власти этого чудовища.