Чтение онлайн

Кровь зовет к крови. Страх к страху.

— …то быть земле под властью тьмы…

— …во веки веков, — раздался мягкий голос над ухом. — Всегда удивлялся тому, как быстро они заводятся.

Посредник мало изменился с прошлой встречи, разве что теперь он был обряжен в алую суконную куртку с замусоленными обшлагами. И пуговицы не хватало.

— Прям как вши на больной собаке, — добавил он, поправляя платок. — Премного рад тому, что ты жив… и работаешь все так же умело. Последняя сцена с ревнивым любовником и ножом весьма себе драматична.

— Не моих рук дело.

Юго не любил присваивать себе чужие заслуги. Хотя… нежные письма, которые привели любовника Верховного Судьи в такую ярость, писал он. И до последнего сомневался, верно ли уловил эмоции, все-таки чувства — не совсем его профиль.

— Не скромничай. — Посредник раскланялся с патрулем. — Ты хорош, несмотря ни на что… и у меня есть предложение.

— От кого?

Ответ очевиден: Хаот. Не получилось поймать в капкан, так решили действовать иначе.

— Маги? И что они могут мне предложить?

Юго возвращается в нору, и посредник не отстает. Уверен в собственной безопасности. О да, посредников не принято трогать… но и не принято, чтобы посредники сдавали исполнителей.

— Возвращение домой. Тебе же здесь неуютно. Жарко. И в принципе не твое… я слышал про родной твой мир. Там вечная зима. И вьюги. Красиво, должно быть…

— Особенно когда жрать нечего и заносит.

Переулок. И дверь, которая держится на одной петле. Пустая комната с проломом в стене. За ним — узкий коридор и лестница вниз. Юго идет первым, и посредник, окончательно убедившись, что ему доверяют — прежде Юго не оборачивался к нему спиной, — следует.

— Ты когда-нибудь замерзал до полусмерти? — Юго вытаскивает из тайника свечу. Не для себя, он неплохо помнит окружающую обстановку, но для этого, что начал подозревать неладное.

— Куда мы идем?

— В гости. Ты же хочешь откровенной беседы…

Он попытался все же уйти в тень, вот только Юго не позволил. На такого редкого гостя он рад был потратить последнюю иглу.

— Это всего-навсего паралич, — сказал он, подхватывая тело. — Отойдет через часик-другой… как раз до места доберемся. Поговорим…

Тело волок, пребывая в на редкость приподнятом состоянии духа. Все-таки не так город и плох… умеет преподносить сюрпризы. Жаль, что Сержанта нет, он бы оценил то, что Юго собирался сделать. Заодно и научился бы кое-чему…

— …что тебя ждет? — Посредник говорил, превозмогая боль. Это ему только кажется, что боль почти невыносимая, Юго всего-то руки-ноги переломал — не хотелось, чтобы дорогой гость так быстро исчез. — Ты здесь чужак! И чужаком останешься! У тебя не будет ни дома, ни детей…

— А они мне нужны?

Нужны… Юго все-таки не хватало того мальчишки. Но он уже решил найти себе другого, простого, такого, которого Юго позволят оставить при себе.

— Ты можешь выбрать сторону! Иметь в должниках Хаот…

То же самое, что задницей пушку затыкать. Вроде и размер подходит, но все равно идея неудачная.

— Ты понимаешь, что тебя отсюда не выпустят? Да они возьмут этот мирок и…

Да, Юго подыщет себе мальчика. И будет его учить тому, что знает сам… с маленькими проще, чем со взрослыми. Сержант, конечно, талантливый, но… староват уже для по-настоящему тонкой работы.

— …и ты сдохнешь вместе со всеми.

— Рассказывай, — предложил Юго, подкрепляя предложение первым надрезом, пробным пока.

— Я мало знаю! Я не помню! Ты же знаешь правила!

— Что помнишь, то и рассказывай… начни с того, зачем ты меня сдал?

Ножи… иглы… огонь… не так важно, каков инструмент, главное — с фантазией к делу подойти.

— Это ведь ты на заказ навел?

— Нет. Наниматель просил кого-то, кто справится с винтовкой. А Хаот потребовал, чтобы это был именно ты… ты им изрядно в свое время крови подпортил. Но они позволили тебе опыта набраться.

Позволили, значит.

Юго думал, что сбежал, а его просто-напросто выпустили, удлинив цепь. Дали шанс развить талант. Наблюдали издали. Следили. И когда Юго достиг потолка, решили, что хватит с него свободы. Опасная ведь игрушка.

Посредник же продолжил говорить:

— Они сильнее. Они подомнут этот мирок. Выкачают его досуха. И протекторам не выжить. Тебе не выжить.

Это не знания — догадки, но тот, кто их делает, достаточно долго общается с Хаотом, чтобы догадкам его стоило уделить внимание. И Юго подумает над услышанным позже: будет время.

И для мира. И для протекторов. И для самого Юго.

И для ученика.

Пожалуй, вон в том углу поместится кровать, если небольшая. А в противоположном — стол и стул. Он даже представил себе этот стул и ребенка, на нем сидящего, чистого, аккуратного — в дом нельзя носить грязь — и внимательного.

— Не молчи. — Он погладил посредника по голове, прощупывая череп. Толстый. Пилить будет неудобно. — С кем ты здесь контракты заключал… я знаю, что ты не можешь сказать суть, но мне и не нужно. Имена.

К счастью, посредник решил, что выдержит… он и вправду выдержал пару часов. А потом гораздо больше. Все-таки чудесный выдался день.

Впрочем, кое-что из услышанного озадачило Юго. Информация, несомненно, была достоверной, но… не укладывалась в голове. Он даже испытал некоторое разочарование в собственных способностях: неужели до сих пор настолько ошибается в людях?

И как быть?

Смолчать и нарушить вассальную клятву? Или написать… кому? Выбор не так и велик, но Юго думал. Долго. Минут десять. Еще десять ушло на составление двух писем. Гораздо дольше пришлось искать связного, которому теперь Юго тоже не особо доверял.

Но какой у него выбор?

Оставалось надеяться, что письмо доберется до Кверро в обещанные пять дней. А пока следовало заняться делами насущными, например уборкой… все же имелись в его работе некоторые недостатки.

Что сказать о свадьбе?

Она была и похожа, и не похожа на предыдущую. Не было ни моря, ни баржи, ни толпы на берегу, ни щитов, заслонивших меня от людей. Белого платья, которое сгинуло в пламени революции очередной невинной жертвой, впрочем, куда менее значимой, чем жертвы иные.