Чтение онлайн

Бля… я не готова! Я не готова с ним встретиться. Только не сегодня!

– Доброе утро, мисс Людвидж! – мы увидели госпожу Гувер почти сразу же, как только вошли в открывающиеся на фотоэлементах стеклянные двери здания и чуть было не переглянулись друг с другом от обоюдного изумления. Откуда она узнала, что мы собирались зайти с главного входа, а не подняться в лифте из гаража? Не помню, чтобы Джордан Крамер кому-то звонил или вообще пользовался в машине мобильным. Даже если он и позвонил, после того, как мы вылезли из авто, едва ли она успела бы так быстро спуститься с последних этажей. Или все-таки успела?

– Доброе… Эвелин! – называю ее по имени, хоть убейте, не понимая почему. Может взыграло непреодолимое желание показать себя с более высокой и почетной позиции? Мое служебное положение по любому ее выше. И не важно, что я при этом ни хрена, ни черта и абсолютно никого здесь не знаю!

– С началом вашего первого официального рабочего дня! – мягкая улыбка с нежными ямочками на щеках, при виде которой понижается температура озноба в коже еще градуса на три. Изящным движением обоих рук, вначале вручает мне, потом Робин наши постоянные пропуска. Мы как раз все втроем стоим где-то в центре огромнейшего зала фойе перед рядом турникетов, напротив широкой лестницы с двумя эскалаторами. И, нет, мой сон оказался совсем не в руку. Я прекрасно видела и потолки, и лица проходящих мимо людей, и практически все они были одеты в демисезонную одежду поверх далеко не идентичных деловых костюмов, но и даже платьев с юбками. Да, колонны очень высокие, но из прозрачного толстого стекла и выполняли роль рекламных тумб или боксов. И это действительно был "Глобал-Вижн" со своим красочным бросающимся буквально при входе прямо в глаза огромным логотипом белых с золотом букв в правом крыле залы. Обязательная длинющая административная стойка ресепшена, поделенная между тремя вежливыми красавицами-"диспечерами" и парочкой скучающих представителей охраны внутренней системы безопасности. Ну, и не менее привлекающий внимание огромный мультимедийный экран в левом крыле со сменяющимся видеорядом рекламных новинок и бегущей строки хлестких слоганов известнейших брендов мирового рынка.

Почувствовала ли я разницу с "Доминик-Хаус" или какой-нибудь схожей рекламной фирмой-агентством? Вы издеваетесь?! Это была далеко не разница! Это был нахрен что ни на есть тот самый контрольный, который бы запросто снес голову в буквальном смысле слова, если бы человеческие эмоции обладали аналогичной физической мощью.

– Как-то мне посчастливило во время последнего семестра в колледже еще в Долус-сити побывать на тематической экскурсии в "Верджил-Флэш". Тогда для меня это было нечто запредельным и нереальным! Но сейчас, признаюсь честно… – Робин умудрялась не только старательно оглядываться по сторонам, идти только вперед, ни на кого при этом не наступая и не натыкаясь, но еще и делиться по ходу личными впечатлениями-воспоминаниями. – Думала, что круче Верджил ничего более не может существовать! Теперь я вижу, как сильно заблуждалась.

– Круче, наверное, работать только на саму Лиз Кэррол?!

– Шутишь?! Она тебе в подметки не годится!

– Робби, только давай без этого, я тебя умоляю, и уж тем более не сейчас. У меня далеко не подходящее настроение.

Мне еще требовались силы, чтобы подняться не известно на какой этаж, дойти до своего нового рабочего кабинета, ознакомится с планом предстоящих работ, встреч, главных обязанностей и… продержаться до конца всего этого дня! И мне так же очень-очень сильно хотелось, как можно реже видеть перед собой безупречное лицо Эвелин Гувер и не дай бог не наткнуться (особенно "случайно"!) на того, кто… продолжал меня точить изнутри с момента моего последнего пробуждения… или со вчерашнего дня!..

– Ваш кабинет уже полностью готов и ждет самого малого. Вашего в нем появления.

Ох, как мило! Право же, не стоило, и крайне излишне!..

Мне почему-то совершенно не хочется отвечать восхитительной улыбке миссис Гувер, хотя и приходится, через силу. Неужели никак нельзя попасть в свой кабинет без ее обязательного сопровождения?

Эллис, держись! Фойе ты уже прошла, ни с кем не столкнулась, не сбила никого с ног, ни у кого не выбила из рук кофе-телефона-папок с важными документами… Остался только лифт и возможно парочка пролетов-коридоров неизвестного этажа. Ты обязательно справишься! Ты же такая бойкая и отважная. Сумела проделать за последние дни то, чего боялась на протяжении всех последних лет – взглянуть прямо в лицо своим самым большим страхам, включая самого Дэниэла Мэндэлла-старшего. Вдохни поглубже и расслабься! На вряд ли Младший станет тебя специально поджидать где-нибудь за углом, в том же лифте и уж тем более в твоем кабинете! Президенты мега-компаний не шляются по рабочим местам своих мелких подчиненных (расспроси об этом поподробнее в следующий раз у Саманты Грин!).

35 этаж, в лифте только мы, без остановок и лишних попутчиков, возможно опять благодаря присутствию Эвелин Гувер и ее невидимому кольцу всевластия. Что это за отдел? Кабинеты-офисы ведущих студийных фотографов, художников-редакторов и концептуалистов? Какому директору я теперь должна подчиняться, не считая самого главного боса?

Периодический мандраж накрывает время от времени, заполняя кристаллами льда с кипящей лавой пульсирующие сосуды и капилляры в глазах, висках и в зудящей коже. Мне все еще не верится, что я делаю все это добровольно, по собственной воле!

Робин, надеюсь, ты запоминаешь не только, что нам говорят, но и куда ведут. Потому что я опять ни хрена не вижу, не слышу, а только чувствую. И то что я чувствую и едва замечаю, абсолютно мне не нравится.

Ты ведь не рядом? Господи, умоляю, сжалься! Пусть его не будет сейчас ни в этом здании, ни в этом городе, ни где-либо вообще во всей этой вселенной. Пусть он окажется моей больной воспаленной галлюцинацией из прошлого, от которой мне посчастливило уже раз излечиться. Я не хочу вспоминать ни стука его сердца, ни звука голоса, ни движения его шепота в моих волосах… Я не хочу чувствовать касания и объятий его рук, иначе… это будет предел! Я просто… умру, скончаюсь на месте.

Белые стены? Это мрамор, дерево или ламинат? Я не соображаю. Я… у меня в буквальном смысле отвисает челюсть, как только сознание вместе со зрением возвращаются на свои законные места.

У Эллис Льюис широко раскрываются глаза и округляется ротик. Первое, что она наконец-то замечает в упор и весьма четкой картинкой – крупные бутоны бордовых бархатных роз не иначе как самого «черного» сорта Black Baccara. Нет, не несколько штучек или дюжин в одном букете, а, мать вашу, целое море идеально подобранных цвет к цвету, размер к размеру свежих и восхитительных цветов!

– Мать моя женщина! – выпаливает Робин где-то по левое от меня плечо. Замирает рядом, видимо не решаясь идти вперед первой, пока я сама этого не сделаю.

Поднимаю взгляд, глаза, голову выше. Пытаюсь обхватить открытое пространство незнакомого помещения напротив "узкого" коридора приемной и двух живых "изгородей" из роз вдоль обеих стен "тоннеля", пока до меня не доходит, что это и есть мой рабочий кабинет. Вернее его открытая моему взору часть. Пластиковые вазоны с пышными и высокими букетами по всему периметру комнаты и стены-углы самого коридора, казалось затопили и скрыли как минимум две трети обзора всего кабинета. Ну, разве что кроме панорамного окна напротив.

– Что… это такое? – кажется, по моим губам начинает растягиваться ошалелая улыбочка.

Даже показываю пальцем на ближайший букет роз с очень высокими стеблями-ножками без единого шипа… Fuck! По высоте они почти достают мне до солнечного сплетения. Сколько их вообще? Сотни? Тысяча? А главное… я почти не слышу их запаха. Какой-то особый сорт для аллергиков? То, что они настоящие и живые, в этом я нисколько не сомневаюсь.

– Небольшой бонус-подарок к вашему первому рабочему дню! – Эвелин Гувер останавливается посреди кабинета, повернувшись к нам лицом и полубоком со своей эксклюзивной улыбкой идеального секретаря. Изящный жест-взмах правой руки, приглашающий переступить "порог" моего сказочного чудо-кабинета. Надеюсь, цветочные феи сейчас не взлетят в воздух над всеми этими бутонами? Может я до сих пор еще сплю?

Сжимаю крепче пальцы на лямке сумочки у плеча, стараясь вышагивать как можно уверенней, с невозмутимостью надменного скептика, привыкшего и не к таким шокирующим сюрпризам. Правда, взгляд тянется вправо, отталкиваясь от фигуры Эвелин, будто избегая намеренно зрительного контакта с этой женщиной, торопливо прячась на поверхности и в пространстве вещей самого кабинета. Он и вправду куда больше, чем видно из коридора приемной, и ко всему прочему к нему примыкало как минимум парочка смежных помещений неопределенной площади, как раз за стенами прохода, из которого я только что вышла. Не знаю, или это все розы, или фигура миссис Гувер, или удачное соседство соседней комнаты, но мое сознание с напряженным вниманием сосредоточенно как раз правым крылом кабинета, управляя моим телом в угоду сложившимся обстоятельствам. Здесь еще больше вазонов с такими же идентичными букетами, но им не удается полностью скрыть-перекрыть большинство элементов не менее шикарной офисной мебели с ультрасовременным дизайном общего интерьера. Наверное успеваю проделать только несколько шагов за несколько секунд до того, как успеваю различить поверхность большой дугообразной столешницы моего будущего рабочего стола, парочку шкафов-горок с молочными полками из закалённого стекла, еще розы, дверь в соседнюю комнату… Моя челюсть отвисает все больше, но сознание едва успевает обработать и зафиксировать в памяти четкие картинки увиденных вещей. Слишком мало для этого времени, как и для полного понимания главного факта – я ещё не осознаю/не ощущаю себя законной хозяйкой и владелицей всего этого… И где вы видите в моих руках картонную коробку с моими личными вещами?