Чтение онлайн

– Я видел. – Он подошел ко мне и приставил дуло к виску.

Евгений Петрович сел на диван рядом с мальчишками:

– Давайте с вами все-таки разберемся до конца. Где товар, который вы увели?

Ребят затрясло мелкой дрожью.

Я попробовала пошевелиться и тут же получила вескую оплеуху. Хорошенькое кино. Со мной не церемонились. Похоже, они всерьез решили осиротить тарасовское общество и даже уже считали Таню Иванову покойником.

Но я-то так не считала и решила испробовать еще одну действенную женскую штучку: набрав побольше воздуха в легкие, я что есть сил закричала:

– Помо…

Кирилл зажал мне рот ладонью.

– Таня, разве это в твоем стиле? – укоризненно покачал головой Колокольцев. – Если ты будешь так вести себя, придется тебя связать и кляп в рот засунуть. Ты разве этого хочешь?

Этого я не хотела.

– Ну! – снова обратился к парням на диване Евгений. Серый заговорил охрипшим от волнения голосом:

– Он в дупле, в диком парке. Но его уже нельзя достать.

– Это еще почему?

– Менты пасут. Мальцы там в войну играли, и один из них нашел пакет. Мы расфасовали товар и там спрятали. А он нашел.

Глупый Сережа. Теперь его ничто не спасет, как и меня. Не надо ему было об этом докладывать. Избегая встречи с милицией, он нарывается на куда большую беду. Косой-то поумнее немного.

Тот бугай, который оказывал первую помощь пострадавшему приятелю, угодливо подскочил и ударил Серого в ухо.

Я сжала кулаки так, что ногти вонзились в ладони. Евгений рявкнул:

– Не суй нос, пока не просят. Бить-то не этого надо. Он хоть сказал, что товар засвечен. Представляешь, если бы мы туда сунулись! Или они, а потом ментов на хвосте привели бы. Тупорылый!

Тупорылый Вадик быстренько исправил свою оплошность и двинул Косого в челюсть:

– Скотина! – И сплюнул на палас.

– Уйди, не мельтеши. Займись лучше пока дамочкой. Или глянь, живой ли там Арсений. Что-то его не слышно.

Как раз в этот момент в санузле обрушился поток воды. Видно, у бедного Арсения на нервной почве возникли проблемы с кишечником.

Косой вновь было заканючил, но выстрел из пистолета, тихий, как звук пробки, вылетевшей из бутылки шампанского, заставил его замолчать. Колокольцев медленно опустил пистолет.

– Вот так. Теперь надо все обыграть. У меня хороший план.

Он был спокоен, как удав. Словно не человека только что убил, а назойливую муху. Пуля угодила парню в переносицу. Голова его откинулась назад. Широко открытые глаза удивленно смотрели в потолок. По носу стекала тоненькая струйка крови.

Серый побелел от ужаса и уже открыл рот, чтобы завопить истошно.

– Вякни только. За ним отправишься.

Серый сразу закрыл рот и закивал головой часто-часто.

– Сейчас мы поступим вот каким образом. Товар нам уже не спасти. Но надо хотя бы точку сохранить. И самим не засветиться. Ты, – обратился он к Серому, – сейчас возьмешь пушку и прикончишь эту вездесущую. Потом вложишь этот пистолет в руку своему бывшему товарищу. Ей же в руку вложишь другую пушку, вот эту. – Он указал глазами на пистолет, который держал в руке. – Когда мы уйдем, вызовешь милицию. Скажешь, что они друг друга застрелили. И старуху он убил из-за героина. А ты вообще ничего не знал, пока все это не завертелось в твоей квартире. Возникнут трудности – помогу. Но только в том случае, если все сделаешь как надо. Понял, мозгляк?

Серый смотрел на него во все глаза, кивал и шептал:

– Но я не могу, Евгений Петрович.

– Старуху смог, а ее не сможешь? Хочешь жить – сделаешь, как я сказал. Живо поднимайся! Ну! Бери пушку, свинья!

Да. Тут, пожалуй, переборщил клиент. Недооценил меня. Сидеть и ждать пули в лоб, как безмозглая курица, я не собиралась. Уж лучше погибнуть в перестрелке. Эх! Была не была! Прощайся, Тарасов, со своим лучшим детективом!

В этот момент мне не было страшно. Страх пришел потом, когда все кончилось.

Улучив подходящий, на мой взгляд, момент, резким движением руки я выбила пистолет у Кирилла и с размаху ударила его в солнечное сплетение.

В тот же момент я сама получила удар по темечку, и наступила темнота…

Очнулась я от того, что кто-то совал мне под нос нашатырь. Я попыталась увернуться от назойливого, совершенно невыносимого запаха. Голова гудела, как пивной котел. Было непонятно, в каком месте болит больше: вроде бы зарядили по темечку, а над бровью саднило так, что рука невольно потянулась туда. Пальцы нащупали что-то липкое – кровь. Наверное, ударилась, когда падала.

Я с трудом поднялась, села и потерла то место, куда меня ударили, похоже, рукояткой пистолета.

– Ай, болит, зараза.

– Ну что, получше немного? – участливо спросил тот самый молоденький лейтенантик, который докладывал Сан Санычу про пакетик с героином. – Мы вызвали «Скорую», потерпите немного. Вы ранены. Но вам жутко повезло: пуля вскользь прошла, только кожу сдернула.

Я вяло улыбнулась:

– Спасибо, не надо никакой «Скорой». Мне уже лучше. Мне очень даже хорошо. Ерунда, до свадьбы заживет.

Он помог мне подняться с пола. Из кухни появился его коллега с ампулой йода и бинтами.

Тело Косого еще лежало на диване. Вокруг него хлопотали фотограф и врач-судмедэксперт. В кресле, пристроив папку на коленях, чтобы удобнее было писать, сидел господин в штатском. Коллеги составляли протокол и осматривали место происшествия.

– Идемте в кухню, Татьяна Александровна. Надо до конца прояснить обстановку.

– А разве она еще не прояснилась?

– Не совсем. Очень много неясного.

– Ну, хорошо, как скажете. А где вся компания?

– Вся компания в наличии. Свидетель на кухне. Его допрашивают. Идемте?

– Какой свидетель? А кто же, по-вашему, стрелял?

– А вот этот, которого вы убили, и стрелял, голубчик. А какой-то сосед услышал и позвонил. Его мы, правда, пока не нашли.

Я ничегошеньки не понимала. Какой сосед? Куда делся Евгений Петрович со своими подручными? Я терла виски, пытаясь осмыслить то, что услышала.

– Я вообще никого не убивала. У меня даже пистолета не было. А остальные? Где остальные?

– Какие остальные? Один мертв. Другой дает показания. Больше никого здесь не было. А пистолет вот он, рядышком с вами валялся.

– Я его даже в руках не держала, этот чертов пистолет. Вы мне лучше скажите, как это других не было? Тут еще целых четверо ошивались. Покрупнее рыбка, чем эти салаги.

Но тут я обратила внимание на открытую дверь в лоджию и все поняла. Ну конечно же. Они ушли через соседскую лоджию. Коллеги тоже поняли и кинулись звонить в соседнюю квартиру. За дверью стояла тишина. Соседи сообщили, что Матвеевна, скорее всего, на лавочке у подъезда.