Чтение онлайн

Много денег Манташев заработал на финансовых операциях, и каждый раз, когда финансовая сделка была удачной, он постоянно вкладывал средства в нефтедобывающую промышленность России. Октябрьские события застали Манташева, как и других, вложивших колоссальные деньги в бакинскую нефть, врасплох. Только Ротшильды задолго до большевистского переворота сумели удачно продать свой интерес в Баку компании «Роял Датч Шелл». Нобели, Манташевы и другие оказались на краю гибели.

А. Н. Толстой в своей повести «Эмигранты», которая в первом издании называлась «Черное золото» (1931 год), описывает трагедию Манташева, бежавшего в Париж, когда в России разгорелась гражданская война. В Париж бежали и многие другие крупные нефтепромышленники во главе с Нобелями, но они не могли захватить с собой черное золото. Оказавшись практически без денег, Манташев, пользуясь услугами сомнительных людей, продал за бесценок свои компании «Роял Датч Шелл». Даже здесь, можно сказать, ему повезло, все-таки продал. Детердинг, руководивший «Шеллом», покупал уже то, что никогда не будет принадлежать его компании.

Маркус Самуэл, основатель компании «Шелл»

К концу XIX века на европейском рынке конкурентную борьбу в основном вели три группы – «Стандард Ойл», Нобели и Ротшильды. Европейский рынок становился для них тесным. Поиски других рынков стали естественной потребностью. Взоры нефтяных компаний были обращены на Восток. Построенный к 1869 году Суэцкий канал давал большую пишу для размышления и планов.

Идея развития рынка в странах Дальнего Востока и Азии связана с еще одним примечательным человеком в истории нефтяного бизнеса. Этим человеком был англичанин Маркус Самуэл (Marcus Samuel), преуспевающий купец, торговец различными восточными товарами. Его отец был известен в доках Лондона как торговец морскими ракушками (shell merchant). Маркус начал свой трудовой путь в 16 лет и быстро приобрел славу купца, способного мыслить категориями международной торговли. В Лондоне он был представлен Ротшильдам одним судовым брокером по имени Лейн. Маркус сразу оценил перспективность торговли нефтью и нефтепродуктами. Ротшильды, в свою очередь, сразу увидели купца большого калибра. Пройдет время, и они поймут, что это был один из тех людей, которых в нефтяной истории можно пересчитать по пальцам. Уже в 1890 году Маркус Самуэл побывал на Кавказе и пришел в восторг от нефтяного бизнеса в этом регионе. Маркус Самуэл заразился идеей транспортировки керосина на рынки к востоку от Суэцкого канала. Именно ему принадлежит идея создания танкера, способного транспортировать нефтепродукты на дальние расстояния.

Шкатулка из ракушек, предмет торговли отца Маркуса Самуэла

В 1891 году Маркус Самуэл подписывает с Ротшильдами контракт сроком на 9 лет, в соответствии с которым он получает исключительное право на экспорт российского керосина из Батуми на рынки Дальнего Востока и Азии. Одновременно он приступает к осуществлению своего фантастического плана по созданию танкерного флота для перевозки русского керосина. В то время это было действительно фантазией. «Стандард Ойл» моментально увидела опасного конкурента и организовала лобби против идеи Самуэла возить керосин танкерами через Суэцкий канал. Главным аргументом американцев был момент безопасности судоходства, особенно через Суэцкий канал. Сама компания «Стандард Ойл» возила свой керосин в таре на Дальний Восток парусным флотом. Самуэл же задумал танкер нового типа, работающий на жидком топливе.

При поддержке Ротшильдов и английского правительства, которое было заинтересовано в том, чтобы суда под английским флагом пересекали Суэцкий канал, укрепляя свое присутствие на Дальнем Востоке, в 1892 году компания Самуэла получила официальное разрешение на транспортировку керосина через Суэцкий канал в танкерах нового типа. Строительство первого танкера было закончено в Англии в 1892 году. Самуэл дал ему название «Мюрекс» (Murex), наименование одного из видов морских ракушек. Это была дань памяти его отца. В июле 1892 года танкер «Мюрекс» сделал свой первый рейс с керосином из Батуми через Суэцкий канал на Сингапур. Началась новая эра в истории нефтяного бизнеса. Нефть России была соединена с рынками Дальнего Востока и Азии. Проникновение русского керосина на Дальний Восток означало новый виток в конкурентной борьбе на мировом рынке. Конкуренты начали вытеснять друг друга на завоеванных рынках, используя все известные методы: снижение цен, политические махинации, подкупы и т. д. От этого страдали только нефтяные компании. Их потери могли нанести непоправимый удар по финансовому положению компаний, поэтому с самого начала предпринимались попытки найти какое-либо соглашение, которое могло бы обеспечить работу нефтяных компаний на тех или иных рынках без больших потерь. В 1893 году между Ротшильдами и «Стандард Ойл» в Чикаго состоялась первая встреча, имевшая целью как-то затормозить «пускание крови» путем постоянного снижения цен. Встречавшиеся стороны вынашивали идею, заключавшуюся в том, чтобы Ротшильды и Нобели взяли под свой контроль всех русских производителей нефти, а «Стандард Ойл» – всех американских производителей для дальнейших переговоров по согласованию взаимоприемлемой политики. Речь шла о возможном разделе мирового рынка. «Стандард Ойл» не смогла договориться с большой армией мелких производителей США, и идея повисла в воздухе. Но первая попытка была сделана.

Американцы неоднократно пытались разрушить союз между Ротшильдами и Самуэлом, но безуспешно. Потери от конкурентной борьбы были настолько велики у всех конкурирующих сторон, что их ни на минуту не покидали мысли о достижении соглашения по разделу рынков сбыта. Неоднократные попытки все-таки привели к тому, что в 1895 году «Стандард Ойл» от имени американских нефтяных компаний, и Ротшильды и Нобели от имени русских нефтяных компаний подписали соглашение, в соответствии с которым американцы получили 75% мирового рынка, а русские – 25%. Но и этому соглашению не суждено было жить долго – царское правительство России заблокировало его. Борьба на мировом нефтяном рынке продолжалась. И «Стандард Ойл», и Ротшильды, и Нобели очень бережно охраняли свои позиции в нефтяном бизнесе. Нет смысла даже упоминать о том, что они вряд ли изъявляли желание поделиться своими успехами (прибылями) с какими-либо аутсайдерами. А желающих войти в этот быстро растущий бизнес было много. Многие национальные компании поддерживались своими правительствами в надежде уйти от зависимости от американской и русской нефти. Только нефть, найденная в районах, не контролируемых «Стандард Ойл», Ротшильдами или Нобелями, могла гарантировать такую независимость. Эта элементарная истина диктовала необходимость поисков нефти в различных уголках земного шара. На заре развития нефтедобывающей промышленности большое значение имели просто случай, счастливый случай и, конечно, человек-энтузиаст, фанатик, который мог бы воспользоваться этим случаем.

Нефтяная вышка на Суматре (1855 г.), принадлежавшая

«Роял Датч»

Голландец Цислькер (Zislker), торговец табаком на Суматре, был как раз таким человеком. На Суматре, как и в других местах, нефть была замечена лишь только потому, что сама под давлением просачивалась сквозь кору, образуя на поверхности большие черные пятна. С незапамятных времен на территории голландской колонии (Dutch East Indies, сегодня Суматра) люди научились использовать появляющуюся на поверхности земли нефть для освещения факелами и для смазывания лодок. Нефтяной бум в Америке и в России докатился, конечно, и до далеких берегов Суматры. Торговец табаком Цислькер не тратил зря времени и начал активную работу по созданию голландской компании по добыче нефти на Суматре. При поддержке самого голландского короля в 1890 году была создана компания «Роял Датч» (The Royal Dutch), которой суждено было впоследствии превратиться в одну из самых сильных нефтяных монополий мира «Роял Датч Шелл» (Royal Dutch Shell). Но к этому вел непростой путь борьбы на мировом нефтяном рынке. Голландская компания при поддержке влиятельных голландских бизнесменов стала усиленно развиваться. Уже в 1892 году на Суматре был построен первый нефтеперерабатывающий завод, к которому была проложена десятикилометровая труба от нефтяного месторождения. Возрастающая активность «Роял Датч» не могла остаться незамеченной людьми «Стандард Ойл». Американцы, конечно, сразу же стали разрабатывать варианты своего присутствия на Суматре. Эксперты «Стандард Ойл» докладывали совету директоров компании: надо или купить голландскую «Роял Датч», или объединиться с ней. Известно, что в 1897 году американцы сделали официальное предложение голландцам увеличить капитал их компании только за счет взносов «Стандард Ойл». Но голландцы к этому времени уже знали аппетит американской монополии и поэтому вели себя чрезвычайно осторожно, боясь быть основательно и навсегда проглоченными. Их осторожность была оправданна.

Именно в эти времена английский купец Маркус Самуэл, поддерживаемый через Ротшильдов русской нефтью, разрабатывал планы транспортировки русского керосина через Суэцкий канал и укрепления позиций своей компании на рынках Дальнего Востока и Азии. Агенты Самуэла подробно докладывали ему о событиях на Суматре и о переговорах между «Стандард Ойл» и «Роял Датч». Самуэл прекрасно понимал, что «Стандард Ойл» как нефтяная акула вызывает много опасений у всех, с кем она ведет переговоры. Любая начинающая нефтяная компания понимала, что объединение с крупными монополиями значительно усиливает ее позиции на мировом нефтяном рынке, но одновременно она лишается свободы.

Маркус Самуэл видел преимущества своей компании и смело вступил в переговоры с голландцами. Компания «Стандард Ойл», конечно, была не новичком в нефтяных хитросплетениях, не в ее правилах и традициях было легкое отступление. Американцы должны были от начала до конца испытать все варианты достижения своих целей. Видя, что их переговоры с голландцами зашли в тупик, они принялись за компанию Самуэла, которая к этому времени уже зарекомендовала себя прекрасным торговцем керосином, и у нее был свой танкерный флот и сильные позиции к востоку от Суэца. Компания Самуэла уже называлась «Шелл Транспорт энд Трейдинг» (Shell Transport and Trading), сын снова отдал дань своему отцу и процветающую нефтяную компанию назвал «Shell» – ракушка, предмет торговли его отца. «Стандард Ойл» делала все, чтобы по крайней мере заполучить хотя бы контрольный пакет акций «Шелла».

Самуэлу было сделано официальное предложение (около 700 млн. долларов по сегодняшним деньгам). Это предложение делало Самуэла не только самым богатым человеком на земле, но и давало ему чрезвычайно высокое положение в самой могущественной нефтяной компании мира. Соблазн был велик! Снова возник вечный вопрос: что делать? Быть или не быть?

Компания Самуэла параллельно вела переговоры с голландской компанией «Роял Датч», которую в это время возглавлял признанный авторитет в нефтяном мире Детердинг (Deterding). В конце 1901 года, когда практически все варианты были рассмотрены и обсуждены как с американцами, так и с голландцами, надо было принять решение. И Самуэл принял его в пользу голландской компании «Роял Датч». Почему? Конечно, в любом бизнесе деньги значат очень многое. Но не все! Особенно в большом бизнесе. Дело в том, что

Самуэл ни за что не хотел терять контроль над своей компанией, а именно это бы произошло, если бы он принял предложение американцев. Детердинг в конце концов согласился со всеми основными требованиями Самуэла относительно контроля над компанией «Шелл», и 27 декабря 1901 года было подписано соглашение, которое стало началом развития гиганта, известного сегодня под названием «Роял Датч Шелл» (Royal Dutch Shell).

Интересно, что у Самуэла помимо нефти была еще одна заветная мечта – стать мэром Лондона. Эта мечта осуществилась в 1902 году. Но это одновременно и стало началом конца Самуэла как нефтяника. Он увлекся работой мэра Лондона (все-таки любая власть и почет сладки), потерял связь со своими коллегами по компании. Многие старожилы начали уходить из «Шелла».

Этим воспользовался Детердинг и в 1907 году заставил Самуэла переписать ранее подписанное с «Роял Датч» соглашение. Новое соглашение давало голландской компании 60% акций, за «Шеллом» оставалось 40%. Так в 1907 году родилась «Роял Датч Шелл Групп» (Royal Dutch Shell Group). То, чего Самуэл боялся от слияния с американцами, он получил от голландцев, т. е. полную потерю своей независимости и контроля над своим детищем. Так или иначе, это детище росло так быстро, что вряд ли кому-либо одному, даже из той гвардии «белых» нефтяников, было под силу сохранить индивидуальный контроль.