В мышеловке
Шрифт:
– Федор Федорович!.. – обрывающимся голосом воскликнул Резцов.
– Вправо… за могилками… опять… японский… секрет…
Катаранов говорил свободно, но необычайно медленно, равномерно растягивая звуки. Сказал и замолчал, и смотрел, как будто все еще задумавшись. Но глаза под пробитым лбом становились стеклянными и мертвыми.
Резцов с настойчивым, жутким вопросом вглядывался в эти глаза. Они не дали ответа.
Поделиться с друзьями: