Чтение онлайн

В работе «Символы и сигналы» святитель Николай Сербский много раз говорит о роли слова в жизни человека. Как нам сообщают толковые словари и энциклопедии, слово – одна из основных структурных единиц языка, которая служит для именования предметов, их качеств и характеристик, их взаимодействий, а также именования мнимых и отвлеченных понятий, создаваемых человеческим воображением.

В работе Николая Сербского разговор идет в первую очередь о символах материального мира, которые выражают первообразы духовного мира. И символы, и первообразы получают словесное обозначение. Слова в каком-то смысле тоже являются символами (знаками), выражающими предметы материального мира и понятия, находящиеся за его пределами (либо в воображении, либо в духовном мире). В главе 14 святитель пишет:

«Христианство всё осмыслило и выразило в слове, поэтому и явилось Слово Божье во плоти. Ибо нельзя утверждать, что только нечто имеет смысл, а остальное бессмысленно. Но если смысл есть, то он должен быть во всем: в людях, в вещах, в событиях, в мыслях, в словах, в отношениях, в явлениях, в движениях, во снах – словом, во всем. Угоден нам этот смысл или не угоден, но он есть. Вот почему только христианство может дать словесное и осмысленное объяснение жизни. А примет ли его некто как луч света во тьме, как указатель на пути жизни, как возрождение из праха, как спасение от смерти – это зависит не от этого объяснения, но лишь от готовности и способности человека понять и принять его».

Как видим, у святителя понятие «слово» тесно связано с понятием «смысл». Но что такое смысл вещи, события, явления, процесса, мысли, отношений? «Смысл» еще труднее определить. Чаще всего, под «смыслом» понимают «сущность». «Сущность» – от слова «существование».

Большинство философов, как отмечает святитель, под сущностью полагают первооснову, «исходный материал» всего существующего. Для христиан данные интеллектуальные поиски философов и ученых выглядят бессмысленными, «сизифовым трудом», ибо им известно, что Бог создал мир из ничего (глава 1 Книги Бытия).

Святитель в главе 20 пишет: «Между тем о прасущности (в философском смысле) элементов сотворенного Им мира Творец не открыл людям ничего. Несомненно, это было сделано потому, что людям, исполняющим свое предназначение на земле, и не нужно знать этого». Таким образом, в словах не стоит искать ответы на вопросы о первооснове всего сущего.

А для чего же нужны слова? Для раскрытия значения вещей и явлений. А это то, что необходимо человеку в повседневной земной жизни и для спасения души (то есть в духовной жизни).

Святитель пишет: «И хотя в Священном Писании Божием ничего не говорится о сути вещей и явлений тварного мира, однако в Библии открыто многое, очень многое о значении их. Господь открыл людям словесность, объясняющую не сущность, но значение вещей и явлений. Отец Небесный предложил детям Своим бесценный дар – спасоносную письменность. Можно сказать, что значение вещей и явлений тварного мира заключено в их словесной сущности».

У святителя слово «значение» используется в смысле «предназначение». То есть человек должен понять, для чего (с какой целью) Бог создал ту или иную вещь, породил то или иное явление. Человек, имеющий духовное зрение, прозревает значение (предназначение) вещи или явления и дает ей (ему) название, выраженное словом.

Итак, слова играют роль познавательную. Кстати, неправильно используемые слова затрудняют познание окружающего человека мира или даже делают его невозможным. Человек с острым духовным зрением очень хорошо улавливает связь между словом и предметом (явлением). Он может чувствовать гармонию между этими двумя началами, а может улавливать и нарушения гармонии. Каждому объекту (предмету, явлению) соответствует свое исключительное слово. И каждому слову, наоборот, соответствует свой конкретный объект (предмет, явление). Духовный человек подобен хорошему музыканту, который чувствует любую фальшь в музыке. Адам имел, если так можно выразиться, идеальный музыкальный слух, потому что он, подобно хорошему музыканту, каждому звуку присваивал свою ноту. Святитель Николай Сербский обращает внимание на то, что в раю Адам присваивал всем животным имена (то есть словесные знаки), причем никогда не ошибался.

В главе 1 «Вещественность и ее символы» он пишет: «Мыслителямматериалистам, людям с огрубевшим сердцем, кажется, что давать имена животным – мелкое и незначительное занятие. Конечно, это не такое уж важное дело, если только предположить, что Адам присваивал имена животным так же походя и бессмысленно, как материалисты сегодня дают клички своим лошадям и собакам, скорее лишая их имени, чем нарекая имя. Однако Адам присваивал имена вовсе не походя и не бессмысленно, но с глубоким и точным видением духовной реальности, которую рассматриваемое животное собой представляет. Эту работу, безмерно тяжкую для грешника, Адам проделал легко и быстро. Он с легкостью читал все символы вещественности, потому что ему было дано познать вещественность и без символов и видеть ее кристально чистым сердцем в Творце и через Творца. Эту способность к видению и проникновению в сущность Спаситель обновил в близких учениках Своих, но обновил не мгновенно и сразу, но медленно и постепенно, долгим вразумлением, очищением и, наконец, просвещением Духом Святым».

Люди с духовным зрением (или «музыкальным слухом») умеют выражать и передавать другим людям свои мысли с помощью точно подобранных слов. Каждой вещи, каждому явлению соответствует свое слово. Господь учил Своих учеников этой способности для того, чтобы они впоследствии могли правильно, точно передать смысл всего того, что Он сказал в Евангелиях и апостольских посланиях. В Новом Завете слова подобраны учениками точно, каждое на своем месте. Можно сравнить с космическим кораблем, конструкцию которого разработчики точно продумали, просчитали, каждая деталь, каждый винтик сложнейшего аппарата на своем месте.

Кстати, обратите внимание: Бог поручил человеку дать имена животным (если быть точным: Всем скотам и птицам небесным и всем зверям полевым (Быт. 2:20)). Но ведь мир состоял также из других предметов и явлений. Судя по всему, названия им были даны Самим Богом. Отчасти об этом говорит Книга Бытие: «Назвал Бог свет днем, а тьму ночью» (Быт. 1:5); «Назвал Бог твердь небом» (Быт. 1:8); «Назвал Бог сушу землею, а собрание вод назвал морями» (Быт. 1:10). В любом случае люди после Адама получили «правильные» слова, которые выражали суть (предназначение) предметов и явлений.

Увы, позднее правильные слова стали заменяться на ложные. Все мы хорошо помним притчу о пшенице и плевелах (Мф. 13:24–30). Господь, образно выражаясь, засеял наш мир «пшеницей», а позднее появился дьявол и стал разбрасывать «плевелы» (ложные или даже грязные слова). Сегодня наш язык так засорен «плевелами» – ложными словами, что мы перестаем понимать (правильно познавать) мир.

Кроме познавательной, важной функцией слова также выступает преобразовательная (или управляющая). Мы помним слова из Евангелия: «И когда Иисус окончил слова сии, народ дивился учению Его, ибо Он учил их, как власть имеющий, а не как книжники и фарисеи» (Мф. 7:28–29). То есть Иисус Христос использовал слово как инструмент убеждения. Если ты сумел кого-то убедить, значит, ты преобразовал человека. А может быть, через этого человека и окружающий мир.

В небольшой работе «Любостыньский стослов» святитель Николай Сербский рассказывает нам об этой преобразовательной функции слова:

«Поистине они верно говорят, что слышали из других уст слова, что и Спаситель говорил. С тем, что они не увидели неизмеримого различия в действии подобных слов. И другие говорили мертвой девице: девица, встань! Однако мертвая не встала. Но когда эти слова произнес Иисус, девица воскресла и встала. Тысячи фарисеев могли говорить царедворцу из Капернаума: сын твой здоров! Но больной сын царедворца оставался больным. Но когда эти слова произнес Сын Божий, сын тотчас поправился. И сколько мореплавателей не восклицало бы в бурю: перестань! Буря не утихала. А когда то же слово вышло из Его уст, настала великая тишина. Миллионы уст могли говорить слепцу: прозрей, и парализованному: встань и иди, и крикнуть бесам: изыдите, и велеть прокаженному: очистись, и бесплодному дереву: засохни. Се, всё это обычные слова, которые произносит множество людей в подобных обстоятельствах. Те же слова могли произнести Платон, Аристотель, Будда, Конфуций и любой языческий философ, и все бы они оставались без действия и последствий, ибо вместе со словами из Него исходила сила. И буря утихала, и слепые прозревали, и расслабленные вставали, и хромые прыгали, и бесы бежали от людей, и прокаженные очищались, и бесплодная смоковница засыхала. Вот этой разницы не могут видеть многие еретические „объединители“, „приспособители“ и „сопоставители“. Но верьте Богу, эта разница, словно разница между жизнью и смертью» (пункты 71 и 72).