Чтение онлайн

Для наблюдателей со стороны это было как гром среди ясного неба. Наблюдателей было много. Их пригласили на маневры из ряда стран капиталистического мира. Чтобы видели, чтобы знали: у нас есть сила, которой нет у них. Что привычные понятия «фронт», «позиция», «тыл» уже утратили монополию незыблемости. Что появилась могучая, мобильная сила для войны на территории противника.

Вылощенные, надменные военные атташе капиталистических стран были ошеломлены. Они увидели армию, которая смогла в один день высадить в тылу «противника» пять тысяч бойцов, вооруженных современной подвижной боевой техникой.

Это событие произвело эффект необычайный. Было понятно главное — с такой армией надо считаться всерьез!

До маневров все работы конструкторского бюро Гроховского были строго засекречены. На маневрах было показано почти все. Чем это было вызвано?

Война стояла у порога Европы. Хорошо известно, что Гитлер, не жалея красок, рекламировал ее как войну на Востоке. Его собственная программа, выраженная в книге «Майн кампф» («Моя борьба»), годами воспитывала немецкий народ в этом направлении.

Конечно, Советское правительство, наша дипломатия делали все, чтобы, насколько возможно, оттянуть неизбежную войну с гитлеровской Германией. Как известно, эта цель была достигнута.

Не следует ли, кстати, поставить в причинную связь и эти два события — эффект Киевских маневров и этот поворот острия войны? И не следует ли вспомнить известный афоризм Наполеона, что «бог всегда на стороне сильных батальонов»? Не создалось ли после этих маневров у гитлеровских советников впечатления, что у России слишком сильные батальоны для того, чтобы с нее начинать борьбу за мировое господство?

Вот как подытожил достигнутое бывший в те годы наркомом обороны К. Е. Ворошилов. В своей речи на совещании стахановцев он сказал, а газета «Правда» 20 ноября 1935 года напечатала:

«Парашютизм — это область авиации, в которой монополия принадлежит Советскому Союзу. Нет страны в мире, которая могла бы сказать, что она в этой области хотя бы приблизительно равняется с Советским Союзом. Героических людей, людей, способных на подвиги, на свете много. Они имеются и в буржуазных странах — и за океаном, и на Европейском континенте. Но не найдется в этих странах десятков и сотен тысяч людей, которые парашютизм полюбили бы как свое родное, необходимое дело.

В этом году на Киевских маневрах мы были свидетелями, как одновременно были сброшены 1200 парашютистов, как в течение сорока минут, кроме того, был высажен десант из 2500 бойцов на самолетах. При этом присутствовали представители Франции, Германии, Чехословакии и Италии.

В это же время в одном из соседних округов было сброшено одновременно не 1200, а 1800 человек, а высажено не 2500, а 5700 человек.

Должен сказать вам, товарищи, что парашютное дело — это одно из наиболее тонких и технически сложных искусств — освоено Красной Армией, освоено не только как спорт, закаляющий мужество, а как важная отрасль нашей боевой мощи…

18 сентября 1935 года на второй странице «Правды» под заголовком «Руководители иностранных военных делегаций о маневрах» было напечатано: «Зам. нач. Французского генштаба генерал Луазо; Парашютный десант большой воинской части, виденный мною под Киевом, я считаю фактом, не имеющим прецедента в мире. Это не просто массовый смотр парашютистов, являющихся квалифицированными и организованными бойцами, они ведут бой уже через несколько минут после высадки на землю. Удивительный, новый род войск!»

Глава итальянской военной делегации генерал Монти сказал:

«Кроме того, я буквально в восторге от применения воздушного десанта, допускающего в условиях широких пространств перенос боевых действий в глубокий тыл противника. На меня произвели впечатление ловкость и искусство, с которыми парашютисты выполнили такую ответственную и трудную операцию».

Очевидец этих маневров британский генерал Уэйвел (позднее фельдмаршал) на следующий год после аналогичных маневров, в ходе которых были десантированы 1800 парашютистов и 3000 пехотинцев, докладывал британскому правительству:

«Если бы я сам не был свидетелем этого, я бы никогда не поверил, что подобная операция вообще возможна!» (А. Гове, «Внимание, парашютисты!», 1954.)

МНОГО ЛЕТ СПУСТЯ…

СТО СТРОЧЕК ПУБЛИЦИСТИКИ

Тысячелетиями развивались такие рода войск, как пехота, артиллерия и конница. XX век дал армиям мира авиацию, танки и воздушный десант. Родиной, давшей миру авиацию, признается Франция, Америка заслуженно чтит имена братьев Райт — они первыми поднялись на моторном аппарате тяжелее воздуха. Англичане гордятся созданием танков, и никто не посягает на их приоритет.

Советская Россия первой создала воздушный десант, но об этом знают немногие посвященные.

На развитие и превращение самолетов и танков в самостоятельные рода войск потребовались десятилетия. Достойно изумления, что воздушно–десантные войска из идеи в материальную силу превратились всего за пять лет. Это было конкретным воплощением лозунга коммунистов «Догнать и перегнать!», точно определившим задачу партии в технически отсталой стране. Что касается воздушно–десантных войск, этот лозунг был осуществлен очень ко времени. Быть может, именно это и дало нашей стране еще несколько мирных лет.

В силу многих обстоятельств наши ВДВ в начале войны не сыграли той роли, какую от них ожидали в 1935 году. ВДВ фашистской Германии, переняв наш опыт, провели более эффектные операции, в том числе и на нашей территории.

Почему это произошло?

Прошло достаточно времени, чтобы высказать беспристрастные оценки. Трудно понять, почему д* сих пор в академиях не нашлось адъюнкта, пожелавшего разработать эту тему. Сотни трудов посвящены полководцам древности, а вот при каких условиях, кто впервые указал на возможность применения «крылатой пехоты», когда и кем разработаны основные технические средства переброски по воздуху «живой силы» и тяжелой боевой техники — об этом впервые сказано лишь в 1968 году в книге И. И. Лисова «Десантники».

Для меня история Советской Армии — это опыт жизни моего поколения, в том числе и мой личный опыт, С позиций этого опыта я и пытаюсь осмысливать ее. Сегодняшние ВДВ Советской Армии стали тем, о чем мы мечтали в 30–х годах, во имя чего работали, а многие и многие отдали жизнь. Имена Тухачевского и Гроховского должны звучать для советских людей так же, как имена братьев Райт — для американцев.

Развитие цивилизации показало, что идеи, созревающие для практического применения, носятся в воздухе, Если они погибают в одном месте, то обязательно возникают в другом. Между народами, как и между людьми, идет творческое соревнование в «производстве» идей. Успех в таком соревновании социалистических стран со странами капитализма укрепляет материальную базу социалистической идеологии. Восприимчивость к новым идеям — один из показателей общей культуры народа.